Люблю. Целую. Босс - Алина Аркади

Затягивает галстук и надевает пиджак, чтобы устроиться в рабочем кресле и приготовиться к рабочему дню.

— Просто выбросила бы. Конечно, при условии, что оно вызывало бы во мне неприятные ассоциации. Странно хранить вещи, связанные с отрицательными эмоциями. — Кстати, именно так я и поступила несколько дней назад, когда решила, что собеседование провалено, а потом копалась в мусоре. — Но это при условии, что колечко стоит немного. Могу предположить, что у такого, как вы, стоимость ровняется десятками тысяч.

— Сотнями, — тут же поправляет меня, ввергая в замешательство. Мне в принципе всё равно, сколько стоят вещи у людей. — Юлианна настаивала на пышной свадьбе, большом количестве гостей и дорогих кольцах от известного бренда. Я же хотел скромное торжество.

— Но её пожелание исполнили.

— Потому что любил. Мужчина готов сделать многое, если женщина для него действительно важна.

Его слова приправлены прошедшим временем и сожалением в голосе. Марков отводит взгляд, проваливаясь в собственные мысли, но спустя минуту собирается и начинает перебирать бумаги на столе. Показатель того, что разговор окончен, а я могу вернуться на своё рабочее место.

— Вам что-нибудь нужно Александр Алексеевич?

— Нет.

Опускает голову, а я покидаю кабинет, чтобы оказаться в уютной приёмной. Есть ещё двадцать минут, чтобы сделать бодрящий напиток и насладиться тишиной, потому что уже скоро помещение превратится в проходной двор.

Что и происходит спустя полчаса, когда напротив, устроившись на диванчике, щебечут две женщины средних лет.

— Он освободился? — Одна из них, с высоким пучком на голове и очках в ярко-розовой оправе, показывает взгляд на дверь кабинета босса.

— Пока нет, — шепчет вторая, чуть наклонившись к собеседнице и прикрыв рот ладошкой, но всё же держа её на расстоянии, чтобы не коснуться губ, на которые плотным слоем нанесена красная помада. — Кеша не любит вдаваться в подробности, но всё же проговорился. Юлианна стоит на своём, не хочет продавать акции ему или родственникам.

— А так можно?

— Нет. Сначала она должна предложить пакет акционерам, и в случае несогласия искать покупателя.

Так, женщины говорят об акциях, которые жена Маркова не хочет отдавать ему, точнее, только не ему или членам семьи. И тут действительно попахивает местью оскорблённой женщины, которая стремится насолить по максимуму.

— И? Она предложила?

— Предложила, — ухмыляется та, что с красными губами, — только стоимость запредельная. Марков не потянет.

— Даже так?

— Только так. Она хочет развод, он хочет акции, а вместе они хотят подгадить друг другу.

— Марков?! — восклицает та, что в очках. Слишком громко, потому как обе косятся в мою сторону, прикидывая, слышу ли я. — Ты что-то путаешь, Свет. Не поверю, что он, — повторно указывает на дверь, — опустится до подобного.

— Ну знаешь, — шепчет собеседница, активно жестикулируя, — когда тебя бросает жена, и не до такого опустишься. Хотя, говорят, он уже утешился.

Смотрю на монитор, но всё моё существо сосредоточено не беседе сотрудниц компании, которые по глупости решили обсудить личную жизнь босса в присутствии его секретаря, наивно полагая, что у меня проблемы со слухом.

— И кто она?

— Не из наших.

— Правильно, не стоит плодить служебные романы. Чтобы другим не повадно было.

— Это ты о себе? — Подтрунивает «красная помада». — Прекращайте зажиматься по углам. Как подростки, ей-богу.

— Просто Виктор Романович — мужчина нетерпеливый, — женщина в очках смущается, видимо, не планируя делиться подробностями, а после показывает собеседнице, что пора замолчать.

Десять минут проходят в тишине, разбавляемой щелчками клавиатуры и телефонными звонками. А когда из кабинета босса вылетает зам, «красная помада» подскакивает и громко объявляет:

— Светлана Викторовна Лесовая, глава юридического отдела.

Поднимаю взгляд, позволив себе несколько секунд исследовать женщину, а затем оповещаю Маркова, который тут же принимает сотрудницу. Та, что осталась на диванчике, достаёт телефон и отвлекается, не обращая на меня внимания.

Я же думаю о том, что в компании не прочь обсудить личную жизнь Маркова, не стесняясь посторонних. Нет более интересных тем? По какой-то причине я всегда была равнодушна к офисным сплетням, да и мой предыдущий коллектив был немногочисленным. Мы общались больше, как хорошие знакомые, чем коллеги, но даже, когда возникали спорные ситуации, старались не доводить до абсурда, улаживая конфликт сразу. Да и спросить можно было прямо и получить такой же ответ. Интересно, знает ли босс, что тема его развода интересна подчинённым настолько, что обсуждается даже в собственной приёмной?

День пролетает незаметно, и сегодня на кухне никто ко мне подсаживается, позволяя спокойно употребить обед. Маркову заказала тот же набор, что и ранее, оставив в кабинете.

Прощаюсь с ним, предварительно оповестив, что ухожу, забегаю в отдел кадров и бухгалтерию, чтобы предоставить документы. Нервничаю, ожидая, что в меня прилетят вопросы об отсутствии штампа в паспорте, и уже мысленно готовлюсь произнести версию Лены, но на удивление никто не делает на этом акцент. Что ж, либо сотрудники невнимательные, либо я не столь значимая фигура, чтобы меня исследовать.

Первая короткая рабочая неделя окончена. Выходные кажутся спасением. В планах отдых, чистка костюма, который так и лежит на балконе, звонок маме и, конечно же, разговор с подругой. И чтобы не передумать, достаю телефон и пишу короткое.

Я: Я прошла собеседование. Работаю с Марковым.

Интересно, через сколько секунд Ленка перезвонит и забросает меня вопросами? Но звонка не поступает, а сообщение остаётся не прочитанным. Странно… В некоторой степени даже радуюсь, надеясь, что подруга решила не играть в шпионские игры, а поговорила со своим мужчиной через рот.

Выхожу на своей станции, поднимаюсь, заглядываю в магазин, а когда оказываюсь в арке дома, на меня кто-то налетает.

— Витка, привет.

Передо мной запыхавшаяся и растрёпанная Лена, которая согнулась пополам в попытке отдышаться.

— Ты что, бежала?

— Ага, — выставляет руку, показывая, что ей нужно ещё немного времени, чтобы прийти в норму. — Рванула после твоего сообщения. Смахнула верхнее меню, прочла и сразу к тебе.

— Могла бы дождаться вечера.

— Нет. Ты что, не понимаешь, что произошло?

Иду в направлении подъезда, а Ленка, повиснув на моей руке, семенит рядом.

— А что произошло?

— Ты теперь с ним работаешь! — Пищит, задыхаясь от радости. — Ты можешь всё-всё про него выяснить, понимаешь? Даже то, что он мне не рассказывал.

И пока поднимаемся в лифте, мне проговаривают список того, что по мнению Лены я должна узнать о её мужчине. Такое количество пунктов я вряд ли осилю…

— Вы что, вообще не разговариваете? — Подруга смотрит непонимающе, ожидая продолжения. — Ты хоть что-то о нём знаешь?

— О его работе всё. То есть, с кем встречается, куда едет, какие встречи проводит, а вот о семье… — мнётся, ожидая,