На осколках или подмена - Галина БризЪ

Оглянулась на Глеба, убеждаясь, что он одобрил её выбор, опустилась в плетёное кресло и поплыла от вида на море.

Звучала музыка. Лёгкий ветер трепал кроны пальм, живая изгородь из кустов окружала бар.

Далеко на горизонте красовались неторопливые парусники, яхты. Шумные прыгучие гидроциклы рассекали волны вблизи берега, оставляя за собой белую пену и восторженный визг.

В голубом до рези в глазах небе под цветастыми парашютами со смеющимися смайликами, болтая ногами, парили смельчаки.

С пляжа доносился смех, беззаботные голоса, звуки ударов мяча.

Солнце, небо, море — красота и полный релакс.

— Вот, пробуй, — Глеб вырвал её из созерцания, опустив перед носом запотевший бокал, в котором среди разноцветных слоёв напитка постукивали прозрачные кубики льда.

Сел напротив, с испытующей улыбкой наблюдая, как она делает первый глоток.

— Ну как? Нравится?

— Ммм... — кивнула Полина. Было так хорошо, что не хотелось разрушать блаженный момент, открывая рот для ответа.

Красавин удовлетворённо мурлыкнул и, сдув пену в своём стакане, отпил содержимое.

Между делом огласил план мероприятий:

— После обеда сходим в СПА-салон. Запишемся на процедуры и массаж. Пока ты не обгорела, заглянем в хаммам. Это надо сделать или сегодня, или крайний срок — завтра. После него загар хорошо ложится. Перед ужином погуляем по городу. Нравится мне одно турагентство, заглянем туда. Ты в стране впервые, ничего ещё не видела. Значит, можно брать любые экскурсии. Сначала предлагаю съездить на двухдневную, потом ещё куда-нибудь сгоняем.

Полина пожала плечами: она не против. Всё равно куда ехать, пусть выбор делает Глеб. Он уже полностью завоевал её доверие.

Дни помчались донельзя стремительные и насыщенные, порой казалось — время потекло иначе. Полина уже запуталась в последовательности, что было раньше, что позже — происходила такая уйма нового, интересного, будто и она сама, и всё вокруг кружилось в огромном калейдоскопе.

Маленький час вмещал невероятно много событий, которых в обычной жизни с лихвой хватило бы на неделю.

Примерно на пятый день отдыха произошёл неприятно озадачивший её инцидент.

Нет, звоночки уже были, и она догадывалась: мало того, что Глеб — человек со взрывным характером, так ещё и жуткий собственник. Однако не предполагала, что сей факт каким-то образом может коснуться её.

После ужина они по обыкновению направились в номер.

Никаких особенных мероприятий на этот вечер не планировали. По крайней мере, Красавин ничего не обещал.

Видимо, по умолчанию хотел провести время стандартно: прогулка по улицам погружающегося в сумерки города, который со вкусом отдыхал от дневной испепеляющей жары. Параллельно с этим потрошение ассортимента магазинов, трёп с общительными торговцами и сотрудниками турагентств или зависание возле уличных музыкантов.

А в заключение — участие в вечерней анимации на территории отеля.

Полина с хитрым видом помалкивала, у неё были свои планы, в которые пока не просвещала Глеба.

Он, закинув ногу на ногу, в одежде завалился на кровать.

Заграбастав пульт телевизора, принялся перебирать каналы, отыскивая непонятно что. Похоже, не обнаружил ничего стоящего и, лениво позёвывая, открыл ноутбук.

С сытым видом вполглаза следил, как Полина в приподнятом настроении порхает из комнаты в ванну, из ванны обратно в комнату. Крутится у зеркала, освежает макияж, приводит в порядок волосы.

Напоследок сбрызнув духами шею, подёргала носом. Аромат, который в дьюти-фри выбрал для неё Глеб, ей очень нравился: лёгкий, приятный и стойкий — запах держался чуть ли не сутки.

Наконец закончила прихорашиваться. Перекинула лямку сумочки через плечо, взялась за ручку двери. Помахав ладошкой, игриво подмигнула:

— Пока, Глебчик! Сюрпри-и-из. Не скучай. Сегодня проводим вечер по отдельности. Я на анимации познакомилась с хорошеньким мальчиком из моего города. Мы договорились встретиться в девять часов на ресепшен.

Довольно отметила, как мгновенно исчезла сонливость и изумлённо вытянулось лицо Красавина.

Полина озорно хихикнула и, показав кончик языка, выскользнула в коридор.

Но не успела сделать и шаг, как в долю секунды с грохотом распахнулась дверь. Вслед с красным перекошенным лицом выпрыгнул босой Глеб и, грубо схватив за руку, втащил её в номер.

Глава 18. Актёр

Если честно, то она ожидала нечто подобное. И втайне даже обрадовалась, что Красавин не остался равнодушным. Если бы он никак не отреагировал, а по-отечески благословил её на гулянье и помахал вслед, было бы немного обидным: неужели они совсем посторонние люди и Глеб ни капельки не переживает за неё?

Но сейчас удовлетворение мешалось с недоумением: он явно перебарщивал с демонстрацией негативных эмоций, будто разыгрывал плохую роль в дешёвом спектакле.

Чего стоил преувеличенно яростный ор:

— Куда? Стоять! Какой ещё мальчик и что за гуляния?

— Пусти! Ты чего меня хватаешь? — хохоча, возмутилась Полина.

Слабо дёрнула рукой в попытке освободиться. Безуспешно — Глеб впился мёртвой хваткой. Даже пальцы побелели, с такой силой вдавились в кожу. Похоже, не понимал, что заактёрствовался и своим театральным гневом мог оставить на её теле вполне реальные синяки.

Разделяя каждое слово, внятно повторила:

— Я же говорю, с мальчиком познакомилась из нашего отеля. Ждёт меня на ресепшен. Нормальный парень: вежливый, симпатичный. Отдыхает с другом, но сейчас мы вдвоём погуляем.

— И кто тебе разрешил?

— В смысле: кто разрешил? Что разрешил? — округлив глаза, но всё ещё смеясь, переспросила она, думая, что Глеб так забавно шутит. — Мне не требуется ничьё разрешение. Я свободная личность.

— Ну-ка, идём поговорим, свободная личность, — сквозь зубы процедил он и, ухватив за локоть, из прихожей бесцеремонно потащил внутрь.

Подтолкнул к центру комнаты.

Полина с улыбкой от уха до уха повернулась, рассчитывая встретить ответные дурашливые эмоции. Однако, как ни приглядывалась, не обнаружила на его лице ни малейшего намёка на игривость.

Хихикнула: надо же, какой талантливый артист! Правдоподобно изображает злость.

Взглянув на время, топнула, поторопила:

— Глеб, давай скорее говори, что ты хотел? Мне некогда. Я ведь не шучу, мальчик правда ждёт. Опаздываю.

Шагнула к выходу с целью обойти мешающую фигуру.

Красавин, скрестив руки на груди, несдвигаемой глыбой преградил дорогу.

Сквозь зубы мрачно прогудел:

— Полина, ты не поняла? Я тоже не шучу. Ты никуда не пойдёшь. Я не раз-ре-шаю.

Сглотнув, она удивлённо посмотрела в непривычно серьёзное лицо и ледяные глаза цвета стали. Из них струился неподдельный холод и вымораживал бушующее в ней веселье.

До Полины вдруг дошло: мужчина действительно не шутит. Приподнятое биение сердца притормозило, настроение испортилось.

— Пф-ф... — высокомерно скривилась она. — Ты ничего не перепутал? Кто ты такой, чтобы