Влюбленный - Луна Мейсон

– Я скоро увижусь с ним, мы все уладим. Думаю, что раз и навсегда.

Телефон на секунду замолчал.

– Мэдди беременна.

Вот черт. Провожу рукой по лицу – тут нужно что-то покрепче кофе.

– Это же хорошая новость? – уточняю я, сбитый с толку его серьезным тоном.

– Да, если бы сегодня утром ко мне не заходил Грейсон, который едва не прибил одного из наших новичков. Он считает, что тот не обеспечивает должной защиты, поэтому волнуется.

– Поговорю с ним. Ты же знаешь, что я делаю все возможное, чтобы обезопасить наши семьи, верно?

Он вздыхает.

– Знаю. Лука, просто пойми нас. Ты не должен справляться с этим в одиночку.

Стараясь не зевать, я прощаюсь. Нужно повидаться с Грейсоном и убедиться, что с ним все в порядке. Я уже три ночи без сна.

Роза не хитрила, когда говорила, что ей нужно выпить, чтобы нормально выспаться. Каждый крик – это как удар в живот. Я сочувствую ей. Прошлой ночью я обнимал ее, пока она не успокоилась и заснула.

Все, что я сейчас хочу, так это проникнуть в ее разум, чтобы забрать преследующие ее воспоминания. После того как я вылил все запасы алкоголя, она стала очень нервной. Да и мне было чертовски больно смотреть, как «Макалан»[3] стекает в раковину. Но наверное, сейчас у Розы единственная возможность в жизни, чтобы все исправить.

Я просто не могу понять, почему меня так волнует эта девушка и ее будущее. Или почему я после обеда провожу время за просмотром информации о ее жизни, которую прислал Энцо. Тем не менее пока у меня нет зацепок, чтобы понять, кто причинил ей такое зло в прошлом. Клянусь всем, что у меня есть: я найду этого ублюдка и накажу его.

Допивая кофе, я смотрю на золотые часы. Десять утра.

Она может проснуться в любой момент.

Отставив в сторону кофейную чашку, запускаю кофеварку, чтобы приготовить для Розы свежий напиток. Она помешана на всем сладком, поэтому достаю из холодильника молоко и карамельный сироп.

Я улыбаюсь, когда слышу на лестнице ее легкие шаги.

Знает ли она, что я обнимал ее во сне? Я не хочу, чтобы знала. Не хочу, чтобы она смущалась.

Она со вздохом взбирается на высокий стул.

– Доброе утро, ворчунья, – приветствую я, наливая ей дымящийся кофе в чашку.

Под глазами у нее круги, а лицо посерело.

– Роза, как ты себя чувствуешь? – интересуюсь я, поставив перед ней чашку и устраиваясь напротив.

Она смотрит куда-то мимо меня и молчит.

– Роза?

Девушка качает головой.

– А?

– Я спросил, как ты себя чувствуешь.

– Отлично, – отвечает она, придвигая к себе чашку.

– Мне нужно идти. В холодильнике есть все необходимое. Когда вернусь, приготовлю нам ужин.

Она кивает.

Я со вздохом смотрю на ее худую фигуру. Она не отказывается от еды совсем, но этого недостаточно. На нее заметно влияет синдром отмены. И если к этому добавить ночные кошмары, то я могу лишь догадываться о том, что нас ждет впереди.

Я не хочу стать свидетелем чего-то ужасного. Этого не случится.

Когда я прохожу мимо, она останавливает меня за руку.

Смотрю на нее.

– Спасибо, – шепчет она, избегая смотреть в глаза.

Я замечаю розовый румянец у нее на груди.

– За что? – уточняю я затаив дыхание. Я и так знаю, что она собирается сказать.

– Я знаю, что ты помогаешь мне справляться с ночными кошмарами, Лука. У меня еще никогда не было такой поддержки, – говорит она и протяжно вздыхает.

У меня покалывает в груди. Я даже не могу представить, насколько ей тяжело.

– Как долго ты с этим живешь?

Она прикусывает нижнюю губу.

– Шесть лет.

Сжимаю ее руку.

– Я чертовски тебе сочувствую, – шепчу я.

Она убирает руку, а я делаю шаг вперед и за подбородок поднимаю ее голову. Эти большие темные глаза смотрят на меня, и у меня перехватывает дыхание.

– Назови его имя, Роза. Мне нужно его имя. Я позабочусь о том, чтобы его не стало.

На ее лице мелькает страх, и она сильнее прикусывает губу. У нее по щеке катится слеза, и я смахиваю ее пальцем.

Она закрывает глаза и медленно качает головой.

– Не могу. Не заставляй меня.

– Тише, все хорошо. Однажды, когда ты будешь готова, ты назовешь имя, и я покончу с этим.

У меня сжимаются челюсти, когда думаю о том, как накажу этого мерзавца, но я продолжаю нежно гладить ее лицо.

Опустив глаза, она теребит нижний край своей футболки.

– Лука, я же не твоя личная проблема, требующая немедленного решения. Как только я уеду отсюда, то вновь стану сломленной девушкой, пытающейся вернуть контроль над своей жизнью.

Во мне с новой силой пробуждается желание защищать. Я не могу просто махнуть рукой на все те депрессивные вещи, что она говорит. Я постараюсь поскорее закончить дела, чтобы вернуться к ней. Может, не стоит уходить?

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? Я могу остаться с тобой, если тебе это нужно.

У нее дрожат губы, и на лбу выступают капельки пота, но она отрицательно качает головой. А я думал, что мы уже прошли стадию абстиненции. Когда у нее начались кошмары, она стала похожа на саму себя.

Глава 14

Роза

Я расхаживаю по кухне, раздумываю о сегодняшнем утре. Я не могу жить с этими кошмарами. Я уже давным-давно нашла свое лекарство от них – пьянство. Я успела позабыть, насколько они реальны: словно Данте постоянно находится рядом, а я снова та юная невинная девушка. Юная девушка, чей мир вот-вот будет разрушен.

Я потираю шею. Я не могу позволить, чтобы Лука снова увидел меня в таком состоянии.

Когда он коснулся моего лица, весь мир будто остановился. И дело не только в этом. У него есть дар утешать, я заметила это, когда он обнимал меня.

Он словно видит меня насквозь.

Будто знает, что нужно делать, и делает это.

Но он не знает меня. Никто не знает. Боль, которую мне довелось испытать, невозможно понять.

Я снова открываю шкафчики в поисках алкоголя. Единственное, что может меня исправить. Не следует привязываться к Луке.

Мое тело горит, а со лба капает пот. Я ни на чем не могу сосредоточиться, кроме поисков того, что поможет забыться.

Пакеты с макаронами? Банки с соусами? Бутылка нашлась, но, когда я достаю ее, это оказывается соевый соус. Здесь