Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

‒ Обойдусь без бала, ‒ ответил снежный дракон безэмоционально.

Отпустив мои плечи, отчего кожу будто обожгло сквозь рукава платья, он обошел нас и вскоре скрылся на лестнице. Следом в коридоре появилась обеспокоенная Ристория. Но, увидев Филью, подруга захлопнула рот, так ничего и не сказав.

‒ Мы хотели потратить этот вечер на изучение анкет кандидатов, ‒ на ходу придумала я, выдавив из себя улыбку. ‒ Сегодняшние встречи с фордами ведь необязательные?

‒ Необязательные. Официальная часть начнется завтра, ‒ подтвердила женщина.

Мы уже собирались уйти, когда она неожиданно добавила:

‒ Похвальное рвение, фисы. Мне нравится ваш деловой подход. Ваша речь сегодня, Анатейзия… Таких моралисток, как вы, я видела уже сотни. Обычно, вы первые становитесь темани.

Челюсти свело от натуги. Я продолжала улыбаться, но вряд ли выглядела приятно. Боялась, что на моем лице легко читалась гримаса отвращения.

‒ Мы пойдем, ‒ вступила подруга и потащила меня к лестнице.

Мы практически бежали до нашего этажа. В тишине был слышен только перестук каблуков. Но стоило мне открыть дверь своей комнаты и пропустить Ристу внутрь, как она взорвалась:

‒ Драконий гибрид! Да как ему вообще в голову такое пришло?! Да как он посмел произнести подобное вслух?!

‒ Нам просто напомнили наше место, ‒ ответила я спокойно, вернув себе хладнокровие. ‒ Ты сама читала контракт. У отбора толком нет правил, а значит, мы зависим от желаний фордов.

‒ Так именно это и пугает! Что они о себе возомнили? ‒ сокрушалась подруга, расхаживая по гостиной взад-вперед. ‒ Да если бы у подножья Драконьих гор узнали правду, никто никогда больше не пожелал бы участвовать в отборе темани!

Сев в кресло, чтобы снять туфли, я мягко возразила:

‒ Думаю, Риста, желающие все равно нашлись бы.

‒ И это пугает еще больше, ‒ призналась подруга и, выдохнув, практически упала на диван. ‒ Что будем делать?

Я удивленно посмотрела на нее.

‒ Полагаю, мне нечего опасаться. Квелин Прейн явно не в восторге от такого «подарка», как я.

‒ Ахасан тоже сказал, что волноваться не следует, ‒ поделилась она.

‒ Ахасан? ‒ переспросила я, не сдержав улыбку. ‒ Ты уже называешь его по имени?

Ристория внезапно покраснела. Я впервые в жизни видела ее такой. Никогда раньше краска стыда не заливала ее лицо до самых ушей.

‒ Риста! ‒ весело возмутилась я на выдохе.

‒ Да ничего такого, не придумывай, ‒ отмахнулась она и быстро переключилась на меня: ‒ А почему ты появилась в столовой вместе со Снежным? Я тебя искала, когда всех позвали, но не нашла.

‒ Мы случайно столкнулись, когда оба прятались, ‒ призналась я отстраненно.

Подруга пронзала меня пытливым взором. На ее губах медленно расползалась ехидная усмешка.

‒ Даже не смотри на меня так! ‒ предупредила я, отмахиваясь.

‒ Да что я-то? Что я? ‒ рассмеялась она. ‒ Пусть Ледяной форд и повел себя как распоследняя сволочь, но, по-моему, он прав, Тейзи. Снежный так на тебя смотрел…

‒ Будто хотел придушить собственными руками. Да-да, я тоже заметила, ‒ ответила устало.

Ристория поиграла бровями. Ее улыбка стала еще шире.

‒ Прекрати, ‒ попросила я, сдаваясь. ‒ Ты прекрасно знаешь мое отношение к мужчинам. Да и мы здесь не за этим.

‒ Не за этим, ‒ повторила она, продолжая улыбаться.

‒ Все, если что, я в уборной. Захочешь обсудить кандидатов – приходи через час.

Бессовестно сбежав от подруги, я и правда отправилась в помещение, в котором еще не была. Неприметная дверь располагалась между шкафом и напольным зеркалом во второй части комнаты. Толкнув ее, я попала в купальню. Она не была большой, но имела еще одно ‒ третье окно, а потому казалась светлее и просторнее.

Глубокая чаша для омовений утопала в полу. Отдельного клозета не предусматривалось. Особая конструкция с мягкой круглой подушкой пряталась за ширмой рядом с широкой раковиной.

Последняя выступала в роли туалетного столика и вмещала в себя десятки стеклянных флаконов. Они рядком стояли у овального зеркала. Справа в стеллаже стопками разместились белоснежные простыни.

Принцип подачи воды был простым. Один рычаг отвечал за горячую воду, а второй ‒ за холодную.

Наполнив чашу, я разделась и осторожно погрузилась в воду. Она всегда смывала лишние мысли, а мне сейчас требовалось именно это. Сколько бы я ни злилась на себя, на других, на случившееся, исправить ничего не могла. Только усугубить.

Чтобы этого не произошло, мне требовалась холодная голова.

Закрыв веки, я размышляла над словами Ристории. Зря она пыталась увидеть симпатию в отношении Снежного форда ко мне. По сравнению с Ахасаном Тейшаном Квелин Прейн был снеговиком ‒ таким же подмороженным и безэмоциональным. Гнев, презрение и злость ‒ все, чем он владел помимо надменности.

И все же, даже если бы симпатия с его стороны действительно существовала, я бы никогда не решилась на такое. Стать чьей-то любовницей при законной жене? Что может быть отвратительнее и безнравственнее?

Да и что уж скрывать? Свою жизнь я в принципе не видела в замужестве. Нет, знала, что когда-нибудь и у меня будет семья, потому что так положено, но пока не отвечала взаимностью на попытки ухаживаний разными фисье.

Мне хватило увидеть изнанку этой стороны. Многие ухаживания, кажущиеся на первый взгляд безобидными, заканчивались рождением внебрачного ребенка. Моя сводная сестра тому прямое доказательство.

Верить мужчинам ‒ значит наплевать на себя, отдав контроль над своей жизнью кому-то чужому. Тому, о чьих реальных планах ты узнаешь лишь в самом конце.

И все же я бы хотела найти того, кому смогла бы безоговорочно доверять. Кто бы поставил на первое место меня и помыслить не мог о том, чтобы предать или бросить.

Жаль только, что такие персонажи существовали лишь в любовных романах.

Через час Риста так и не появилась в моей комнате. Расположившись на кровати, я изучала анкеты участников отбора. Не только потому, что искала кандидата, с кем могла бы посетить город на первом же свидании. Но и чтобы понять, с кем лучше избегать общения.

Пока идеальным кандидатом для свидания мне виделся земляной дракон.

Еще через час ко мне в покои поскреблась Ристория. Оказалось, что подруга задремала прямо в купальне. Вид она имела помятый, но боевой, а потому изучать анкеты мы продолжили вместе.

На ужин никто из нас так