Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

Первые несколько секунд даже не дышала. Приземление вышло не мягким и не твердым. Я отделалась легким испугом, но отчетливо чувствовала, что что-то не так.

И вот лучше бы не открывала глаза. Ниша оказалась просторнее, чем выглядела на первый взгляд. В нее без проблем поместились кресло и чайный столик. Дневной свет лился из узкого окна.

Пытаясь выдавить из себя извиняющуюся улыбку, я лежала на Снежном форде, прежде рухнув именно в его объятия. Его ладони надежно придерживали мою талию, а пронзающий взгляд не давал отвернуться.

Поза была двусмысленнее некуда.

‒ Фиса, вы меня преследуете? ‒ спросил Квелин Прейн требовательно.

‒ Не дай Всевышний, ‒ выдохнула я, ощущая давящую боль в районе живота.

Хотелось приподняться и взглянуть на то, что доставляло дискомфорт, но меня удерживали излишне крепко.

‒ А зачем тогда вы сюда пришли? ‒ задал он новый вопрос.

Щеки и уши резко опалило жаром. Мне не хотелось признаваться в том, что я пряталась от фордов. Это вызвало бы новые вопросы, на которые я точно не смогла бы дать ответ.

Его серые глаза зло сузились.

‒ А вы? Что здесь делали вы? ‒ произнесла я хрипло, с трудом выталкивая из себя слова.

Всего мгновение мы так и продолжали сражаться взглядами. Я пряталась, а он? Неужели тоже искал одиночества, не желая знакомиться с претендентками на роль любовницы?

Снежный дракон первым отвел взгляд. Догадка поразила меня. Разве форды участвовали в отборе не добровольно?

Вновь приподняв меня, Квелин Прейн дождался, пока я крепко встану на ноги. Все это время в живот мне давил угол книги. Пухлый коричневый томик упал форду на колени.

Дракон поднялся, отложив его на столик.

‒ Снежный форд, Квелин Прейн, ‒ представился он сухо.

‒ Фиса Анатейзия Лифорд, ‒ тем же тоном отчеканила я.

Мы замерли в неуютном молчании.

‒ Кажется, всех пригласили в столовую, ‒ заметил он и предложил свой локоть с таким видом, словно я была змеей, желающей впиться в него зубами.

Я не слышала никакого приглашения. Снаружи по-прежнему долетали лишь обрывки фраз и отголоски смеха.

‒ Спасибо, что снова поймали меня, ‒ высказалась я, не сумев удержать в узде вежливость.

Мою благодарность молча проигнорировали.

Осторожно поместив кончики пальцев на сгиб предложенного локтя, я вышла из ниши вместе с драконом. Растерянность ‒ меньшее из того, что я испытывала. Непонятное поведение форда начинало злить.

Глава 6. Подаренная Снежному

Гостиная и правда оказалась пуста. Голоса тянулись сквозь распахнутые двери столовой. К этому времени форды и фисы уже заняли места за длинным столом. Свободными оставались только четыре стула ‒ у выхода. Не хватало рыжей девушки, которая вчера пыталась сбежать, и одного форда.

Во главе стола ‒ на противоположной от входа стороне – сидел Глыбальд Хенелшилт. Увидев нас, ледяной дракон сложил руки в замок и поставил их перед собой.

На его губах блуждала ехидная улыбка. Дракон не демонстрировал ее прямо, но она легко читалась в его глазах.

Мне стало неуютно под этим взглядом. В желудке появилось неприятное ощущение. Впрочем, смотрел Ледяной форд не столько на меня, сколько на Снежного. Но, усаживая меня за стол, Квелин Прейн оставался невозмутимым.

Слава Всевышнему, мне досталось место рядом с Ристой. Напротив нее сидел проводник смерти. Снежный занял соседний с ним стул.

Услышав свое имя от Просьи, я бросила быстрый взгляд на противоположную сторону стола. Блондинка о чем-то весело щебетала с Глыбальдом, а две ее подружки поддакивали и кивали.

Ледяной форд заметил мое внимание.

‒ Фиса Лифорд, это правда, что вы работали в книжной лавке? ‒ неожиданно спросил он через весь стол.

На мне скрестились практически все взгляды. Внимание, которого я избегала в гостиной, обрушилось в полном его величии. Меня снова рассматривали и изучали.

‒ Это правда, ‒ ответила я негромко.

Но в воцарившейся тишине меня услышали все.

‒ Работа ‒ недостойное дело для фисы, ‒ как бы между прочим заметила Просинья.

‒ Естественно, лучше ничего не делать и тратить деньги отца, ‒ парировала Ристория, не глядя на врагиню. ‒ И потом, Анатейзия ‒ владелица книжной лавки, а не рядовая работница. Работа обусловлена ее любовью к книгам, а не нуждой.

Когда это требовалось, Риста умела выражаться изящно. Она на глазах превращалась в даму из светского общества, каких считала скучными и напыщенными. Ее отца часто приглашали на званые обеды и вечера, а вместе с ним подобные мероприятия приходилось посещать и Ристории.

Я несильно сжала ее руку под столом, желая остановить. Считала, что не нуждалась в рекламе, словно ярмарка. Наоборот, пыталась быть ниже травы и не привлекать еще больше внимания.

Женщина, вынужденная работать, ‒ позор. Мне хотелось бы, чтобы драконы считали так же.

‒ И что же? Вы сами ведете бухгалтерию? Сами работаете с поставщиками? ‒ полюбопытствовал дракон с болотного цвета волосами и глазами.

Он сидел слева от Черного форда.

Осознав, что я не знаю, как к нему обратиться, дракон представился:

‒ Нердис Дреови, Земляной форд, к вашим услугам.

‒ Анатейзия Лифорд, ‒ была вынуждена представиться и я. ‒ Вы правы, я сама веду бухгалтерию, картотеку и работаю с поставщиками. Раньше этим занимался мой отец, но после его смерти мне пришлось взять все в свои руки.

‒ Вышли бы замуж, да и все на этом, ‒ усмехнулся Ахасан Тейшан. ‒ Такая прекрасная фиса должна наслаждаться жизнью. Оставьте скучную работу мужчинам.

Я промолчала. Вероятно, со стороны ситуация, в которую я попала, действительно выглядела простой. Мне ничего не стоило подыскать мужчину, который смог бы встать во главе моей семьи, заменив отца. Но проблема заключалась в том, что после замужества девушка неизбежно переходила в семью супруга.

Наследниками имущества всегда оставались мужчины, и лишь в редких случаях ‒ женщины, если иных преемников не было.

Наследником моего отца уже после его смерти был признан Рейшик. При отсутствии завещания мэр не захотел разбираться в перипетиях нашей родословной. Я же не захотела тягаться с мачехой и сводной сестрой.

Если бы я уехала или вышла замуж, то уже никогда не увидела бы племянника, не смогла бы участвовать в его жизни. Да и лавку они продали бы. Этот разговор жаждущие денег женщины заводили по три раза в месяц. Им не нравилась та сумма, которую я выделяла им на расходы.

‒ У меня есть тост, ‒ произнес Ледяной