Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

Отсмеявшись, Филья утерла выступившие в уголках глаз слезы.

‒ Каждый месяц одно и то же. Никогда не надоедает, ‒ поделилась она с братом.

Талид тоже улыбнулся. Эта эмоция на его будто восковом лице смотрелась странно и неестественно. Улыбающийся фисье пугал еще больше.

‒ Вот уж эти ваши любовные романы, ‒ попеняла нам организатор. ‒ Но что уж скрывать: когда-то и я так думала. Итак, темани ‒ это узаконенная любовница. И это честь и власть, фисы. Влияние темани на дракона гораздо выше, чем у жены, а обязанностей в сотни раз меньше. И те исключительно приятные.

‒ То есть все те форды, которых мы видели… ‒ начала было разгневанная Ристория, подбирая слово за словом.

‒ Все они ищут постоянных любовниц. И найдут, в этом сомнений нет, ‒ ответила фиссис с улыбкой. ‒ Отбор темани для дракона ‒ это предсвадебная традиция. Через нее проходит каждый, чья дата свадьбы уже назначена и неумолимо приближается.

‒ Все эти форды вскоре женятся независимо от того, что будет происходить на отборе? ‒ уточнила я пораженно.

Да у меня в голове это не укладывалось! Сотни любовных романов, тысячи страниц со слезами на глазах и улыбкой на губах. Любимая, суженая, неповторимая. Темани ‒ это сердце дракона.

Но, видимо, не его душа. Если они на такое согласны, то души у них просто нет.

‒ Совершенно верно, Анатейзия, ‒ подтвердила Филья мои худшие мысли.

Я посмотрела на Ристу. Вот так и рушились замки из бумажных страниц.

Жить в Королевстве Драконов резко расхотелось.

Подавшись ко мне, Ристория положила свою ладонь поверх моих пальцев и незаметно сжала их.

‒ Мы все равно собирались участвовать лишь номинально, ‒ произнесла она едва различимым шепотом.

Да, для нас правда о темани не меняла ровным счетом ничего, но…

‒ Девушек жалко, ‒ призналась я, с сочувствием взглянув на сокрушающихся участниц.

‒ Они смирятся, ‒ ответила подруга, выпрямляясь.

Теперь мне стало ясно, зачем фиссис Базенова спряталась за креслом и своим братом. Опыт подсказывал ей, что возможна попытка расправы. Одна из кандидаток требовала расторжения контракта прямо сейчас, но организаторы раз за разом повторяли, что это невозможно.

Еще одна девушка, дочь мясника, который держал лавку через улицу, просто плакала. Любовница ‒ это не жена. В Бишопе нас всех воспитывали одинаково. Девичья честь играла важную роль при первом замужестве, если за тобой не было приличного приданого.

Пока три змеи сидели и скучали, не отягощенные чувством собственного достоинства, мы с разрешения фисье первыми покинули гостиную. Лучшее, что мы сейчас могли сделать, – это уйти.

Этому полю битвы требовался тщательный осмотр. Но уже на пороге гостиной я остановилась. Замерла на миг, принимая решение, и все же обернулась.

‒ Никто не может принудить вас стать темани, ‒ произнесла я громко, перекрикивая возгласы.

В гостиной воцарилась тишина. Все взгляды устремились ко мне. Риста что-то прошипела и дернула меня за руку, но я высвободила запястье.

Фиссис Базенова поджала губы, а глаза фисье Талида недобро сузились. Я понимала, что их гнев будет обращен ко мне, но промолчать не могла.

‒ Никто не может принудить вас стать темани, ‒ повторила я уже тише. ‒ Не поддавайтесь фордам, и через десять дней вы окажетесь дома с подарками. Они исполнят любое ваше желание и…

‒ Достаточно, ‒ произнес фисье Базенов хрипло. ‒ Чтобы осмотреться, у вас есть время до обеда.

Глава 4. Расстановка

Ристория ругала меня всю дорогу до наших комнат.

‒ Что тебе стоило промолчать? ‒ шипела она, утаскивая меня вверх по лестнице.

Выделенный под проведение отбора особняк оказался огромным. Вернувшись из гостиной в холл, мы поднимались на второй этаж. На третьем находились комнаты фордов, а на четвертом ‒ иные помещения общего пользования.

Мы действительно шли быстрее остальных. И пока организаторы проводили девушкам короткую экскурсию, добрались до комнат с табличками, где были указаны наши имена. На моей выжгли Анатейзия Лифорд.

Я толком и не успела ничего рассмотреть по дороге. Светлые интерьеры были разбавлены массивной мебелью с деталями из позолоты. Красный и бордовый доминировали в декоре, будь то подушки на диванах или тяжелые портьеры, закрывающие высокие окна.

Хрустальные люстры тесно перекликались с произведениями искусства: картинами, скульптурами, гобеленами и коврами. Почти на каждом приставном столике стояли канделябры. Они соседствовали с вазами и графинами.

‒ Я не могла промолчать, ‒ ответила я, едва мы остановились.

Комната Ристы была следующей по коридору.

Подруга тяжко вздохнула, глядя на меня. Я знала, что она сейчас скажет, и оказалась права.

‒ Пора тебе уже переставать быть правильной. Прийти сюда ‒ это их выбор, Тез. Как и наш с тобой. А раз есть выбор, значит, есть и его последствия. Думай о себе и о том, как продержаться нам. Что-то мне подсказывает, что просто не будет.

Озвучив справедливую истину, Ристория пошла к себе. Я понимала, что она права, но все равно не смогла бы поступить иначе.

Этих девушек обманули, заманив сюда под благовидным предлогом. Организаторы поступили несправедливо и даже подло, озвучив самое главное уже после подписания нами контракта.

Да и что я сделала? Лишь напомнила, что шанс вернуться домой есть у всех.

Мы коснулись дверных ручек одновременно. Кисть тут же оплело потоком теплого воздуха, а металлический кругляш ярко вспыхнул и погас.

Мы с Ристой переглянулись. Пора было узнать, какое убежище нам приготовил этот отбор.

Толкнув дверь, я шагнула в просторную комнату. Запираться не стала, но дверь закрыла, чтобы не стать мишенью для любопытных взглядов.

А посмотреть было на что. Пройдя через всю комнату, я прильнула к одному из двух окон. За стеклом открывался невероятный вид на вершины гор. Они будто окружали Королевство Драконов, возвышаясь острыми пиками до самого серого неба.

Крупными хлопьями на покрытую белым полотном землю медленно оседал снег.

Не удержавшись, я отворила окно. В лицо пахнуло прохладой, но и только. Холод практически не чувствовался. Пахло свежестью, чистотой и чем-то неуловимо знакомым.

Костром. Или дровяной печью.

Между покрытыми инеем деревьями проглядывали другие дома. Они находились за высоким забором, который ограничивал территорию особняка.

Опустив взгляд, я заметила широкие ворота. К ним вела расчищенная подъездная дорога, а за ними у тротуара вереницей стояли магавто.

Ну