Крылья желания - Леона Уайлд

скулеж, прижимая ладонь к губам, проглатывая желание сбежать из своего укрытия. Когда в поле зрения появляются похожие на птичьи лапы, я решаю, что у меня нет иного выбора, кроме как пробиваться с боем. Существо облачено в кожаную броню и держит в одной руке копье. Когда оно наклоняется, чтобы проверить, я наконец вижу его лицо. Шокирует то, что у него глубокие, любопытные глаза, тупой нос-клюв и острые зубы.

Я ахаю, вжимаясь спиной в дерево, пока он разглядывает меня с пугающей ухмылкой на лице.

Его рука тянется ко мне, и я отбиваю ее.

— Иди на хуй. — Отвечаю я дрожащим голосом.

Мрачный смешок существа пускает дрожь по моему позвоночнику. Прежде чем я успеваю среагировать, его рука смыкается на моей, вытаскивая меня вперед. Я впиваюсь бедрами и ногами в мох, отчаянно пытаясь не дать ему сдвинуть меня с места. Я кричу и извиваюсь, пытаясь высвободиться из его непреклонной хватки.

— Не сопротивляйся, — приказывает он, дергая меня за руку последним, жестоким рывком, от которого я кубарем вываливаюсь наружу.

Я кричу и отбиваюсь, но человек-сова хватает меня за волосы, вздергивая на ноги. В его глазах, однако, нет злобы, только какая-то отстраненная неуверенность в том, что он намерен со мной делать теперь, когда поймал.

Я пинаю его ногами, надеясь нанести удар, но он слишком быстр.

— Закирас! — Я выкрикиваю его имя, молясь, чтобы он меня услышал. И есть проблеск надежды, что он свалится с неба мне на выручку.

Человек-сова рывком поднимает меня нос к носу, обхватив рукой за талию. Он злобно ухмыляется, показывая мне ряды зазубренных зубов.

— Маленькая добыча, замолчи; никто не придет.

— На помощь!

Он с силой бьет меня по лицу, моя шея резко дергается в сторону от силы его пощечины. Кожа горит, на глаза наворачиваются слезы, пока я тихо всхлипываю от жгучей боли.

— Молчать!

Смело сглотнув слезы, я позволяю громкому звуку глотка в горле быть единственным, что он слышит. Я позволяю неповиновению расцвести вместе с саднящим синяком, формирующимся на моей щеке.

Внезапно позади нас раздается пронзительный крик. Металл взмахивает над плечом совы, и меня окатывает брызгами свежей крови.

— Отпусти ее! — Команда грубая, приправленная жестокостью, которой я никогда раньше не слышала. И все же, несмотря на резкость тона, я сразу же узнаю голос — Закирас пришел меня спасти.

Сова резким движением раскручивает копье, переключая внимание со своей раны на приближающуюся угрозу. Хлещущая из него кровь сейчас куда менее важна, чем угроза, исходящая от Закираса.

Сова отбрасывает меня в сторону без раздумий. Когда я падаю на землю, мои зубы лязгают, а в спине хрустит. Мягкий мох ничуть не смягчает падение.

С кряхтением я отползаю, повернувшись лицом к двум сражающимся мужчинам. Плечо Закираса изуродовано ожогами, а в левом боку торчит стрела. Из него все еще течет кровь, заливая крылья и спину. Он покрыт запекшейся кровью с ног до головы. Каждая его частичка окровавлена.

Сова бросается на него, и Закирас использует свой меч, чтобы отбить его с пути одним взмахом. Это несправедливое преимущество — быть бойцом ближнего боя, когда другой использует лук, но Закирас с довольной ухмылкой подзывает сову ближе. Кажется, будто ему совершенно плевать, если его проткнут копьем Сагат. Он держится уверенно, словно беспокоиться не о чем.

Сагат бьет копьем, и их оружие снова сталкивается. Закирас отскакивает в сторону, но наконечник копья все же цепляет его за спину. Острие прорезает одно из его крыльев, разрывая его по краям, словно это не более чем папиросная бумага. Закирас не издает ни звука, хотя, должно быть, сгорает от боли. Это должно быть мучительно, учитывая, насколько чувствительны его крылья. Его лицо совершенно лишено каких-либо эмоций, кроме чистой ярости, хотя это не скрывает пот, покрывающий его лоб.

Пока сова восстанавливается после выпада, Закирас с разбегу бросается на него сбоку. Сова не успевает скорректировать положение, разворачиваясь на пятках, когда лезвие вонзается ему в живот. Оно пронзает его насквозь, разбрызгивая кровь и перья по всей земле.

Закирас на этом не останавливается. Он вытаскивает меч из вспоротого живота совы, нанося еще один удар, прежде чем сова падает на колени с гортанным криком. Последнее, что я вижу, — это меч у шеи Сагат и то, как Закирас отрубает ему голову в фонтане крови. Он хватает ее за рога, с тяжелым выдохом отбрасывая голову в сторону.

Как только угроза миновала, я, шатаясь, поднимаюсь на ноги и подбегаю к нему.

— Ты в порядке? — Чем пристальнее я его осматриваю, тем больше беспокоюсь, что он перестарался. Он дрожит на ногах, стискивая зубы, чтобы они не стучали.

Закирас бросает на меня напряженный взгляд, прежде чем опуститься на одно колено, его дыхание вырывается тяжелыми вздохами. Капельки пота блестят на его лбу в свете леса.

— Я в порядке, — настаивает он, хотя хрипы выдают его. Я понимаю, что он пытается казаться сильным ради меня, не желая, чтобы я о нем беспокоилась.

Я опускаюсь на колени рядом с ним, качая головой.

— Ты не в порядке. А как же твои люди? Нам позвать их на помощь?

Тихий стон срывается с его губ, когда он смотрит на меня, его губы кривятся в гримасе.

— Их смяли. Я не могу летать в таком состоянии. Мне нужно отдохнуть, и мы найдем их потом.

Я жую нижнюю губу, оглядываясь по сторонам.

— Здесь есть где-нибудь поблизости место, где ты сможешь отдохнуть и остаться незамеченным?

Он медленно кивает, тяжело опираясь на мое плечо. Я обхватываю его за талию, чтобы поддержать, когда мы встаем.

— Недалеко отсюда есть пещера. В ней находится подземный минеральный источник, и Волез используют ее для земледелия. Мы сможем укрыться там.

Светлячки и боль

Когда мы наконец добираемся до входа в пещеру, воздух наполняется яичным запахом серы. Устье пещеры скрыто светящимся плющом, он свисает над ним с розовыми бутонами цветов. Хотя Закирас и утверждает, что здесь кто-то живет, я и понятия не имела, что здесь будет так оживленно, пока не услышала доносящиеся изнутри веселую музыку и голоса.

— Они живут здесь все время? — Я помогаю ему встать ровнее, пока мы идем ко входу.

— Нет, они не живут здесь постоянно. Они остаются на время сбора урожая, а затем возвращаются в город. — Объясняет Закирас, отодвигая плющ от входа. Раздается звук, похожий на звон колокольчиков, и вся пещера замолкает.

На людей внутри опускается тишина шепотков. Я удивлена тем, что вижу внутри; здесь двадцать крошечных людей с