Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован - Любовь Песцова

Этот человек был прирожденной ищейкой. И титул получил наверняка не просто так.

Я знал, что в том числе благодаря его заслугам раскрыли заговор моего брата. Возможно, он какую-то и более серьезную роль сыграл.

Но кто ж расскажет больше потенциальному предателю?

Это клеймо, от которого не отмыться.

Жаль, у нас не практикуют ритуальные самоубийства, чтобы очистить свое имя. Вот так и подумаешь, что жители восточного Аматсу не так уж и неправы.

— Вы хотели меня видеть, Ваша Светлость? — Спросил Киндаун, когда пауза затянулась.

— Хотел. Граф, давайте без полных титулов. Нам работать вместе неизвестно сколько. Да и не привык я к ним в армии.

— Я буду только рад. Чем обязан встречи с вами, лорд Кейн?

— Эйнар.

— Тогда Велтон. Итак, для меня есть какие-то поручения?

Поручить, как же. Захотелось закатить глаза и попросить отставить эту клоунаду.

Это ведь его приставили ко мне соглядатаем. Убедиться, что я не захочу повторить схему своего брата и захватить власть уже в этой стране.

Предателям веры нет. Нужно об этом помнить.

Может не так уж и неправы были высшие силы, решившие связать меня узами с Алиенорой.

— Да. Нужно, чтобы кто-то приглядел за моей супругой.

Надо же, получилось сказать это даже не сквозь зубы.

— Вы лучше знаете посольство, лорд Киндаун. Я бы хотел, чтобы вы подобрали людей, которые будут контролировать ее поведение. Точнее, держать ее подальше от чего-то важного. Ну и докладывать мне, если она что-то задумает.

Велтон на секунду задумался, как будто перебирал в уме воображаемую картотеку.

— Сделаю.

— Хорошо. Надеюсь на вас, Велтон.

Вот так. Лучше просто читать отчеты. Чем меньше я буду контактировать с ней, тем лучше.

Может быть, дракон не заметит, что я игнорирую истинную пару?

Ну да, конечно, не заметит он!

Но лучше так, чем терпеть ее рядом с собой.

Глава 12

Интерлюдия. Велтон.

— Ваше Сиятельство, позвольте представиться. Граф Велтон Киндаун к вашим услугам.

Представляться таким образом было непривычно. Внезапно свалившийся титул не то чтобы тяготил. Но и не сказать, чтобы сильно радовал.

Любимое дело пришлось оставить, чтобы превратиться в кого-то вроде лазутчика с политическим уклоном. Хотя это я себе сильно польстил. Скорее сейчас я имел статус советника.

Совершенно не моя профессия.

— Наслышана о вас, — кивнула моя собеседница. — Что привело вас ко мне?

Женщина напротив меня являлась графиней почти вражеской для меня страны. Но удивительным образом была лучшим союзником, чем любая другая кандидатура.

Она достаточно сильно пострадала от действий Алиеноры Виндзорской, так что мотивация у нее есть. Если согласится, то станет следить за ней весьма пристально и докладывать о любых странностях в ее поведении.

Ее нельзя подкупить дорогими побрякушками, да и просто деньгами. Не уверен даже, что она отреагирует на шантаж.

В общем, идеальная свита для новоиспеченной королевы.

— Леди Корбетт, буду откровенен. Мне нужна ваша помощь. И признаюсь, мне очень стыдно просить помощи у такой прекрасной леди. Особенно после того, как меня просили присмотреть за вами и помочь всем, чем могу.

На лице графини не дернулся ни один мускул. Она смотрела все так же холодно и почти отстраненно.

— Вот как? И кто же просил вас об этом?

— Ее Величество Элейн.

Она на секунду прикрыла глаза. Показалось, что даже уголок губ дернулся.

— Чем я могу вам помочь?

— Вы… могли бы войти в свиту Алиеноры?

Знаю, некрасиво, но я не мог называть эту особу по титулу. Слишком много чести.

— Понимаю, что прошу о многом. Со своей стороны я сделаю все, чтобы максимально обезопасить вас. Ваша репутация больше не пострадает. К тому же, оставаясь во дворце, вы получите множество привилегий.

Что я несу? Какие привилегии? В прошлый раз Алиенора оболгала ее, чуть под казнь не подвела. Потребовалось вмешательство императора, чтобы очистить ее репутацию.

Я знал, что графиня собирается возвращаться к себе домой. Там ее муж ждет, в конце концов.

Но она действительно была лучшим кандидатом. Я перебрал всех, прежде чем назначить ей встречу.

Не хотел к ней обращаться до последнего. Потому что у меня, как и у Алиеноры, не было рычагов давления на эту женщину.

— Граф, вы пытаетесь подкупить меня? — Поинтересовалась она все тем же светским тоном.

— Как вы могли так плохо обо мне подумать, леди? Уверяю, если бы я отважился на такой нехороший поступок, как подкуп, непременно отыскал бы то, от чего вы не сможете отказаться, — улыбнулся я.

Леди смерила меня взглядом, слегка вскинув бровь.

У нее вообще эмоции присутствуют?

— Я избавлю вас от необходимости тратить столько времени на поиски нужной взятки. Сделайте так, чтобы мой супруг оставался в своем доме. Тогда я выполню вашу просьбу.

— Вы ведь понимаете, что если граф решит навестить вас в столице, я не смогу этому помешать?

— Кто-то только что говорил, что отыскал бы для подкупа то, от чего я не смогу отказаться. И теперь пасуете перед первыми же трудностями?

Я улыбнулся. Ну, может и зря я так про ее эмоциональность.

Да, выдержка у нее что нужно. Но это скорее плюс. Зато как ориентируется. За секунду мои слова вывернула и против меня же использовала.

— Леди, если бы я был менее порядочным, мог бы выполнить вашу волю весьма… своеобразным образом.

— Например?

— Помешать графу Корбетт прибыть в столицу можно разными способами. Можно найти ему любовницу, чтобы он не захотел никуда ехать. Можно подставить его и посадить в тюрьму. Можно убить по дороге и свалить все на разбойников.

Графиня продолжала смотреть в пустоту своими красивыми, слегка грустными глазами. И снова проигнорировала мой выпад. Не разозлилась, не смутилась, не засмеялась.

— Как вам будет угодно, — отмахнулась она. — Главное — результат.

Либо она является одной из самых беспринципных особ, что мне приходилось видеть, либо у леди достаточно своеобразное чувство юмора.

— Что ж, ваше слово — закон, — провокационно улыбнулся я.

— Я выполню вашу просьбу, — сказала она, снова проигнорировав мою ловушку. — Останусь во дворце и войду в свиту Ее Величества Алиеноры. Но не думайте, что я буду доносить вам обо всем, что она делает. У меня нет столько времени.

— Что вы леди,