Влюбить босса. Новогодний спор - Ника Лето

Где все? Что это за совещание такое без людей? Ау?

Я осторожно подхожу к двери конференц-зала. Стеклянная стена позволяет видеть, что внутри пусто. Столы стоят одиноко, чистые, убранные после вечеринки в честь Нового года, кресла задвинуты. Никакого совещания и в помине нет.

Чёрт побери. Значит, всё-таки Шереметьев меня загнал в ловушку? И я повелась, как последняя идиотка. Прекрасно. Суббота. Вечер. Я в пустом офисе… и он. Где-то здесь. Ждёт меня, как охотник зверюшку.

И словно в подтверждение моей догадки я чувствую колебание воздуха за своей спиной. По телу пробегает волна мурашек от неконтролируемого страха.

— Добрый вечер, Жукова.

Разворачиваюсь, сжимая сумочку сильнее в руках.

Шереметьев стоит в двух шагах. В идеально сидящем тёмно-синем костюме, без пиджака, рукава рубашки закатаны. На нём нет галстука. Это неформально. Опасно неформально.

Он смотрит на меня. Его медленный, оценивающий взгляд скользит от моих туфель до пучка на голове, задерживается на лице дольше, чем положено боссу смотреть на свою сотрудницу.

— Добрый вечер, Кирилл Захарович, — выдавливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Что… что случилось? Почему… вы меня вызвали?

Он слегка наклоняет голову, и в уголке его губ появляется опасная лёгкая улыбка.

— Соскучился.

Моя челюсть буквально отвисает.

— Вы… издеваетесь, Кирилл Захарович⁈

Его улыбка становится шире, но глаза остаются серьёзными.

— Шучу, Женя. Не надо так нервничать. Хотя твоя реакция бесценна. Все в отпусках до конца недели. Помнишь? Отдыхаем после дикого предновогоднего аврала. Забыла?

Я забыла? Конечно! В панике после корпоратива я вычеркнула из памяти все служебные записки. Но он ведь не просто так меня позвал. Сообщение. Это что… тоже была такая идиотская шутка?

— Так… а совещание? — слабо спрашиваю я.

— Отменено. Но раз уж ты здесь, — он взмахивает рукой в сторону моего рабочего стола, — есть пара срочных задач. Всё на почте. Будь добра разобраться. Я буду в своём кабинете.

Шереметьев разворачивается и уходит, оставляя меня стоять посреди пустого, безмолвного офиса. Я медленно плетусь к своему рабочему месту. В голое лихорадочно прыгают мысли.

Он играет. Играет со мной. Это ясно как день. Вся эта ситуация — «соскучился», пустой офис, отменённое совещание, его вид — всё продумано. Каждая деталь. Он специально загнал меня в эту ловушку.

Я сажусь за компьютер, пытаюсь вникнуть в письма. Цифры и сроки пляшут перед глазами. Внутри бушует странная смесь злости, страха и… чёрт побери, предвкушения. Оно тёплое, порочное, пульсирующее где-то глубоко внизу живота. От этой пустоты, от этой тишины, от осознания, что в этом здании, кроме охраны внизу, есть только он и я.

Это неправильно. Это непрофессионально. Ты же взрослая женщина, соберись, Женька!

Но тело не слушает мой разум. Оно помнит его прикосновения. Помнит его страстный, жаркий поцелуй на столе и нежный, аккуратный поцелуй у такси.

В конце концов, я не выдерживаю. Встаю, поправляю платье и, проклиная себя за слабость, иду к его кабинету. Стучу.

— Входи.

Он сидит за столом, что-то пишет, не глядя на дверь. Выглядит действительно занятым. Будто решает свои привычные рабочие вопросы. Может быть, я зря себя накручиваю? Я просто схожу с ума.

Но упрямо делаю шаг внутрь.

— Сделать вам кофе, Кирилл Захарович? — мой голос звучит хрипло от напряжения.

Он медленно поднимает на меня глаза. Кладёт ручку.

— Это просто вежливость… или ты хочешь предложить свою компанию к кофе?

Щёки мгновенно вспыхивают огнями. Ну что за наглец? И что я за дурочка? Зачем вообще сама к нему пришла? Ненормальная.

— Я просто не понимаю, что вы хотите от меня! — вырывается у меня, и в голосе слышны слёзы отчаяния и злости. — Все эти игры! Этот пустой офис! Что это⁈

Шереметьев пару секунд смотрит молча на меня, а следом медленно поднимается из-за стола. Подходит ко мне. Не близко, но достаточно, чтобы я почувствовала его одурманивающий моё сознание запах, его бешенную энергетику.

— Допустим, я не соврал, — говорит он тихо.

Я хлопаю глазами.

— О чём?

— Что соскучился, — его взгляд становится пристальным, почти невежливым. — У меня был ужасный Новый год, Женя. Скучный, одинокий, пресный. Я всё время думал об одной… рыжей зайке.

От его слов у меня перехватывает дыхание. Шутит? Снова? Или он всерьёз эти дни думал обо мне?

— Зайцы не бывают рыжими, — выдыхаю я немножко шокировано.

Он улыбается, и в его глазах появляются смешинки. Он подмигивает. Один раз. Разрушая всю мою броню одним этим фамильярным, интимным жестом.

— А одна точно есть. Самая необычная. Самая… незабываемая.

Я не нахожусь что ответить. Смущённо отвожу взгляд в сторону и отступаю назад. Опять всё не так. Опять разговоры идут не в том русле. И опять я попадаю в ужасную ситуацию, где босс проявляет ко мне интерес, а мне следует отступать.

— Мне нужно работать, — бормочу я и почти выбегаю из кабинета.

За своим столом я пытаюсь успокоиться. Хотя это сложно. Это вообще… невозможно просто. Знать, что он там за стеной и думает обо мне. Вспоминает, как поймал зайку. Как на том самом месте, где он работает прямо в данную минуту… Чёрт.

Эти игры ничем хорошим не закончатся. Ты знаешь это, Женя. Держись от него подальше.

«Соскучился». «Я всё время думал об одной… рыжей зайке».

Блин! Перестань думать об этом!

Из моих тревожный размышлений меня вырывает звук моего мобильного телефона. Ева. Надеюсь, она звонит не ради того, чтобы узнать оценил ли босс мой наряд. Провожала она меня неодобрительным взглядом.

Сказала, что это слишком официально. Она-то, кстати, действительно оказалась близка к истине. Никакого совещания…

— Жень! — выпаливает она слишком громко и нервно. Её голос на другом конце срывается от паники, в нём нет и следа обычной мрачной иронии. — Этот придурок… Рома… Он здесь! Напился, ломится в дверь! Орёт, что я его бросила, грозится выбить дверь! Я боюсь! Что мне делать⁈

Кровь стынет в жилах. Всё — страх, смущение, игры — мгновенно улетучивается. А вот и самые настоящие проблемы, а не то, что я там себе надумала.

— Запрись в своей комнате! Не открывай ему! Я сейчас! Сейчас приеду!

Я срываюсь с места, хватаю сумку и мчусь по коридору. Мозг лихорадочно соображает: такси, полиция… Но сначала босс. Надо предупредить, что мне срочно нужно уйти. Толкаю дверь без стука и влетаю в его кабинет.

И… попадаю прямиком в его объятия.

Он стоял, видимо, собираясь выйти. Моя инерция, его неожиданность — и я прижата к его груди, его руки инстинктивно обхватывают меня. А я вцепляюсь в его плечи, чтобы не упасть.