"Дом" под землей - Ясма Грин

значит в равной степени из неё может получиться как идеальный врачемаг, за которого в Верхнем убить будут готовы, так и самый рядовой целитель, которых словно крыс в катакомбах, — закончил за неё директор. — Собственно, мы среди них и находимся.

— Ну-ну, не ворчи.'

— Готово.

Вита опять вздрогнула, второй раз за последнюю минуту. И сама удивилась, как глубоко погрузилась в воспоминания.

— Угу, молодец. Эми, что там с колбами?

— Почти всё протёрла, — малышка отозвалась из соседнего помещения. Она, как и брат, была отправлены в помощь врачемагу чтобы провести генеральную уборку. Вернее, вызвались эти двое по своей инициативе, потому что лучше один день физически поработать, зато избежать скучнейшей лекции от господина Брендона.

— Вот и молодец. А теперь будь добра, отнеси их в подсобку.

— Я помогу, — тут же вскинулся Кевин, привычно делая шаг в сторону сестры. — Коробка тяжёлая.

Но больше этого одного шага ему ступить не удалось, потому что перед ним буквально выросла госпожа Вазайски.

— Нет, не тяжёлая, — отрезала она. — И идти Эмилии всего-то через три комнаты. А нам с тобою нужно поговорить.

Глава 11

Вита прекрасно видела, как заметался взгляд парня — продолжать называть его мальчиком уже не поворачивался язык. Но и ослушаться женщину он попросту не мог.

Эмилия же словно само собой разумеющееся подхватила действительно лёгкую коробку и ушла в нужном направлении.

— Есть разговор, Кевин, — Вазайски привлекла к себе внимание парнишки. — И он довольно серьёзный.

— Может чуть позже, когда помогу Эмилии? — осторожно предложил тот. — Я быстро, вы даже глазом моргнуть…

— Стоять!

Теперь врачемаг заговорила ещё строже, а заодно вцепилась пальцами в рукав Кевина.

— Если хочешь переселиться в основное крыло вместе с сестрой, то не дёргайся, а слушай меня очень внимательно.

По лицу парня пробежала тень сомнения, но, бросив быстрый взгляд в сторону двери, он всё же осторожно кивнул.

Госпожа Вазайски же шумно выдохнула и посмотрела в глаза Кену тем своим коронным строгим взглядом, которым чаще всего одаривала пациентов. Стоит ли упоминать, что с дисциплиной проблем не случалось никогда?

— Ты ведь понимаешь, что это ненормально? — и тут же взмахнула рукой, требуя сохранять тишину. — Кевин, у тебя за четыре года в «Доме» так не появилось хотя бы относительно близких друзей, а Эми так и вовсе ни с кем кроме тебя не общается. А всё почему?

— Но мы ведь семья, — пожимает плечами парень. — Разве не само собой разумеющееся, что Эмилия будет у меня в приоритете?

— Нет, мальчик, нет, — теперь врачемаг и вовсе поджимает губы. — То, что происходит у вас — это патология. И закрывают на неё глаза пока что исключительно из-за того, что вы оба слишком ценны как для самой организации, так и конкретно для директора. Но ещё чуть-чуть, и вы дойдёте до точки накала.

— Эмилия — моя единственная семья, — упрямо повторил Кен, теперь смотря себе под ноги. Вита понимала, что мальчишка всё осознаёт не хуже неё, но сделать с собой ничего не может. Потому что это уже давно вышло за рамки привязанности. — Что плохого в том, что я забочусь о ней?

— Плохо то, что ты с этой заботой начисто забываешь, что она — тоже человек. А ты сейчас душишь её опекой, не позволяя морально расти. Она спит рядом с тобой, ест рядом с тобой, ходит на занятия, словно твоя тень. Кен, у тебя комплекс младшей сестры, — теперь уже Вазайски заговорила тише. Мягче, пытаясь достучаться по-хорошему. — Это плохо, но это лечится. Просто позволь помочь вам обоим.

— Всё, я готова, — помещение тут же наполнилось мягким голоском Эмилии, которая фактически сияла от удовольствия, раз уж получилось помочь своей любимой наставнице.

— Умница, детка, — кивнула Вита. — Только я забыла про ещё две колбы в шкафу. Добавишь к остальным?

Малышка кивнула, и тут же бросилась выполнять указание.

Исполнительная.

Слишком покладистая.

И это было плохо, очень плохо.

— Она ещё очень мала, чтобы я мог её оставить, — теперь, когда они снова остались одни, Кевин и вовсе говорил еле слышно. — Возможно чуть позже, когда она сама…

— Сама она никогда не оттолкнёт тебя, потому что ваша болезнь — не односторонняя, — отрезала Вазайски. — И Эми слишком послушная, чтобы сказать тебе «нет». Притом она не откажет и кому-то другому, стоит тебе скрыться из поля зрения.

— Вот видите!

— Кен! Вам обоим нужно расти, иначе со временем это доставит проблемы не только вам, но и всем нам тоже. И директор Смит готов пойти на уступки.

— То есть, он всё-таки переселит нас вместе?

— Не торопись, — женщине было тяжело отказывать, особенно после того, как у мальчишки так зажглись глаза. — Сперва тебе придётся пройти испытание «в полях» и успешно выполнить операцию. Докажи, — она понизила голос. — Докажи, что ты достоен и справишься. Твой успех и начало лечения будут гарантом того, что твою просьбу удовлетворят.

Теперь в кабинете воцарилось молчание, но нарушать его не было в чьих-то интересах. Всё, что необходимо, уже прозвучало, и теперь выбор только за Кеном.

— Справилась, — опять просияла Эмилия, входя в комнату, и Вита слегка прикусила губу.

У девочки тоже зависимость, притом не только от брата, но и от похвалы. Такое можно использовать себе на пользу, но для самой Эми станет ещё одним фактором, тормозящим развитие. Вот только как перестать хвалить малютку, глядя в её чистые глаза, решительно не понимала.

— Ты — молодец. Вот видишь, Кевин? Она справилась и сама.

— Братик, а почему ты такой задумчивый?

Девочка подошла вплотную, заглядывая снизу вверх, и Кену стоило немалых усилий остаться просто спокойно стоять рядом.

— Нужно будет заглянуть к господину Смиту. Кажется, у него есть для меня какое-то задание вне стен «Дома».

— Ого! — и снова глазки малышки засияли. — Ты наконец-то станешь оперативником? Да это же здорово!

— Уверена, что справишься без меня? Не будешь бояться? А если…

— Она обязательно справится, — отрезала врачемаг, обрывая парня на полуслове. Иначе он и вовсе никогда не решится, или так накрутит Эми, что уже она не сможет его отпустить. — Если что, я присмотрю за ней. А