Спор не по правилам - Екатерина Юрьевна Васина

чтобы челюсть не отвисла. Вот жеж… а приятно прозвучало, несмотря на слащавость. Произнеси это другая — заржал бы, не выдержал. Но тут среди строк так и читается: “Пойдете в жопу, Илья Романович, как только научите меня мужиков не боятся”.

* * *

Уже только когда мы подъезжаем к парадной лестнице, то я стукаю себя по лбу. Эти беременные меня доведут. Одна — моя дипломница. другая — племяшка. Совсем из головы вылетело.

— Дарья. — придерживаю девчонку ща локоть, не давая выйти. — Извини, что не успели заехать в магазин и купить наряд.

— Какой наряд?

Ты вот зачем мне в душу смотришь, ведьма разноглазая?

От такого вопроса самую малость подзависаю. Но не ответить не могу.

— Ну как там девочки наряжаются. Бусики, трусики…

— Какие у тебя, Илюшенька, вечеринки интересные, если там на девочках только это.

А меня что-то вдруг так резко прет от ее “Илюшенька” нежным и слегка ироничным голосом. Прям до мурашек.

— Дарьюшка, хорошие девочки о таких вечеринках знать не должны, ай-яй-яй. Нет, серьезно, насчет наряда не переживай, мои родители весьма демокра…

— Кто сказал, что я переживаю? — и локоть вытаскивает из моей хватки, чтобы выйти из машины. — Поверь, Илюша, мне давно плевать на фразу “встречают по одежке”.

Молча выхожу следом.

Снаружи уже почти стемнело, пахнет весной, мокрыми листьями и капелью, которая звенит, прыгая с водостоков. Перед нами прямо дворец. Мои родители поклонники слегка тяжеловесной роскоши. Когда колонны вокруг, статуи, лепнина, кожа и бархат. Мой внутренний архитектор и дизайнер каждый раз валяется в обмороке, когда прихожу сюда.

— Возьми меня под руку.

Молча берет. Макушка достигает моего плеча, осанка идеальная, даже мешковатая одежда сидит как нарядный костюм. Волосы в простом хвостике, но блестящие, завиваются в крупные кудри.

И, конечно, глазища.

Поднимаемся по мокрой лестнице, а я все кошусь в ее сторону. Ну ты хоть моргни, блин! Неужели не нервничаешь? Мысленно ставлю на ее место любую из знакомых студенток. Нет, ну они как минимум начали бы восхищаться, а эта идет, оглядывается с интересом, но молчит.

Дарья, ты человек вообще?

Может, среди нас уже андроиды живут, а мы и не знаем?

— Дарья, не волнуйся. — закидываю пробный шар.

— Милый, — звучит как “придурок”, - я не волнуюсь, уже говорила. Это просто люди. Они не причинят мне физической боли, не попытаются убить или покалечить. Чего мне их бояться то?

Ну тут как бы и не возразить.

Действительно, разве встреча с родителями “жениха” может напугать ту, что любит отыгрывать японского девочку-призрака!

У входа нас уже встречают сами виновники торжества. Мама с отцом как всегда блистают. Строгие классические наряда, идеальные прически, у мамы на шее неизменный розовый жемчуг. Я не помню ни одного ее украшения без него.

— Илюшенька! — да, мама так меня называет.

И пофиг, что Илюшеньке тридцать четыре стукнуло.

Отец молча жмет руку. Но он у нас человек сдержанный, старшенький весь в него прямо. На всех праздниках ходят и изображают говорящие гранитные глыбы в дорогих костюмах.

— И опять ты прешь против правил. — только и хмыкает, меряя взглядом мои джинсы и темно-синий пуловер. — Спутницу под свой наряд выбирал?

— Поздравляю вас с праздником. А это Даша — моя девушка. Студентка второго курса в нашем университете, на кафедре иняза.

Давай разноглазая, твой выход.

Глава 7

Дорогим родителям моего “парня” я определенно не понравилась. Насчет отца еще туда-сюда, можно поспорить. А вот у матери выражение лица говорит об одном: такую как я тут не ждут.

Потому насчет наряда и не думала нервничать. В подобных кругах у таких вот родителей ты можешь снискать одобрение только если за твоей спиной стоят деньги и фамилия.

И даже вырядись я в брендовые шмотки — это не поможет.

Илья же продолжает развлекаться. Я уже поняла, что этому мужчине важно получать яркие эмоции.

Чего тогда со студентками то не встречается? Ему там эмоций отсыпят по самые уши. О господине Фениксе мечтает большая часть студенток нашего универа.

— Милая, это мои родители — Владимир и Светлана. Мам, пап, вы же против неформального общения?

— Поздравляю вас, Владимир и Светлана, с годовщиной! — так, что надо еще сказать. — Вы так красиво смотритесь вместе!

На самом деле неважно, что я сейчас сделаю. Могу на французском поздравить, поэмой, но им будет пофигу. Меня уже записали в “неликвид” для Соколовых. Ой, пардон, у Ильи Романовича фамилия матери, потому что он так захотел.

Значит в “неликвид” лично для Кострова.

— Спасибо, дорогая. — а вот и холодная вежливая улыбка от мамочки. Такие улыбки режут точно лезвие.

Такая улыбка как бы намекает: “тебе тут не рады”.

— Идем. — Илья Романович уже тянет меня за собой. — Познакомлю тебя с остальными. — а когда отходим на расстояние то шепчет. — Ты как, норм?

— Я представляю, что это квест-рум. — сообщаю серьезно. — Пока все идет по плану, монстров с бензопилами не видно. Но биг боссов уже встретила, чудом ушла, чудом. Нет, мне не надо шампанское, только сок. — отодвигаю бокал, который предлагает Илья.

К алкоголю точно больше не прикоснусь.

А то в следующий раз замужней проснусь после бокала шампанского.

— Слушайте, — отпиваю немного яблочного сока, освежающего и холодного, — А есть такая штука, которую можно раз и выпить, чтобы все страхи прошли?

— Это тебе к Тиму, он специалист по мозгам. Так, идем, вон там мой старший братец и его детишки.

Матерь котья, как же тяжела доля девушки богатого дяди! У меня улыбка сейчас к ушам приклеится.

И вообще, квартира Ильи выглядит куда уютнее. Тут слишком помпезно, хотя и без откровенного китча. Зеркальные панели и хрустальные люстры, бесшумные официанты с подносами, точно мы не на годовщине свадьбы, а на званом вечере, запах кожи и денег.

Гостей, правда, не так уж и много. Человек десять — максимум.

— Приве-е-е-ет! — у меня сейчас зубы от улыбки облезут. — Приятно познакомиться!

Спустя пару минут:

— Да, да, мы познакомились в университете.

Так, вот минуту назад я поняла одну вещь: мы с Ильей Романовичем — два придурка. Даже не обсудили легенду нашего знакомства и ба-а-а-альшой любви. О чем я шепчу Илье Романовичу на ухо. Заодно принюхиваюсь осторожно.

Да-а-а, первый мужик, у которого нормальный парфюм.

Прямо хочется полной грудью его вдохнуть.

Вместо этого отодвигаюсь и жду ответа.

— Я в тебя верю.

И как это понимать?! Типа, бреши, что в голову придет? А не облезешь от моего воображения? Я же сейчас нас познакомлю рядом с мусоркой, где ты