Покипси - Анастасия Дебра

Кайла отказалась смотреть на него и скрестила руки на груди.

— Конечно, ты будешь сукой. У тебя есть ямочки. У сук есть ямочки. И я готова поспорить, что твоя задница мягкая, как две подушки. Буббе понравится отскакивать от тебя.

Беккет бросился прочь, увлекая за собой Кайлу.

— Я буду кобелём, — сказал он ей. — Не пи *дой. Кобелём.

— Ладно, засранец, ты кобель, — голос Кайлы затих, когда они вернулись на вечеринку.

Ливия коснулась груди Блейка.

— Нам лучше пойти. Похоже, мы нужны им там. Ты готов?

Блейк встал, свернул пианино и сунул его обратно в сумку.

— Я полностью готов.

Он протянул Ливии руку и легко поднял её. Рука об руку они пошли к приёму. Музыка Лоррейн разносилась по воде, приглашая к празднику соседние города. Все маленькие деревья вокруг столов для пикника были окутаны белыми огнями. Свечи после церемонии были повторно зажжены в парке, придавая вечеру мерцающий, тусклый свет. Переносной танцпол едва мог вместить счастливую толпу, пока Кайла и Беккет развлекались замысловатыми танцами, которые выглядели почти как драка.

Бонусная сцена 1 2

Танец Беккета и Кайлы

Беккет ухмыльнулся Кайле, получив одну порцию пунша.

— Ты здесь намешала то же дерьмо, как в тот вечер, когда Блейк им блевал?

Кайла покачала головой.

— Нет, тупица, конечно нет. Теперь это позади.

Беккет сделал огромный глоток.

— Ты намекнула на свою задницу, красотка? Потому что это будет чертовски неуместно. Теперь ты замужняя тётка.

Кайла зарычала в его сторону. В этот крошечный перерыв в танцах на свадьбе Блейка и Ливии эта маловероятная пара ссорилась, как кошка с собакой.

— Моя замужняя задница немного крепче, чем моя холостяцкая задница, ты удачливый чёртов сукин сын. Если бы ты не был моим шурином, я бы сейчас носила твои яйца в качестве сережек. — Кайла съела конфету с винной начинкой.

— Мои яйца такие большие, что вырвали бы уши из твоей крошечной головки. — Беккет схватил пригоршню конфет.

— Ты такой милый собеседник. Как ты вообще справляешься с собой? — Кайла сделала глоток пунша и тут же пожалела, что она не смешала его с чем-нибудь.

Беккет оглядел вечеринку, наблюдая глазами за всем происходящим. Кайла проследила за его взглядом, который, казалось, остановился сначала на Коуле, который разговаривал с Беа, а затем на Блейке, который наблюдал, как Ливия разговаривает с родственницей.

— Убеждаешься, что ты всегда можешь пересчитать обоих парней? — Кайла подавила улыбку. Ей нравилась связь между братьями. Когда Беккет появился раньше, она серьезно подумывала о том, чтобы броситься на любого из друзей её отца, которые хотя бы двинулись в его сторону.

Беккет закончил жевать и поставил бокал.

— Конечно, сказочная принцесса. Видеть этих двоих счастливыми? Это всё, чего я когда-либо хотел. — Он покачал бёдрами и протянул руку. — Готова к новому танцу? А если нет, то, думаю, тот чувак хотел бы тебя опробовать, видно, что он очень умелый. — Он указал на покачивающегося свадебного гостя.

— И чем именно он отличается от тебя? — Кайла приняла руку Беккета и аккуратно двинулась в его объятия. Медленный ритм песни Джона Майера позволил установить более тесный контакт и продолжить обсуждение.

— Я с уверенностью могу сказать, что вы все справитесь. — Беккет улыбнулся ей.

— А ты? Ты справишься? — Кайле не понравился конец, который она увидела в его глазах.

Он развернул её, отвечая.

— Конечно, сахарок. Дерьмо всегда всплывает.

Когда она снова положила руки на его массивные плечи, ей пришлось не согласиться:

— Это не всегда так, ты, большой болван. Иногда дерьмо тонет.

Раньше Беккет танцевал хип-хоп просто великолепно, но его способности выполнять бальные шаги заставили Кайлу пожелать ему другой жизни, где красивая музыка и его ноги встречались чаще.

— Все будет хорошо. Ты возьмешь моего священника и настругаешь нескольких детишек. Получишь набор обвисших титек. Всё будет просто прекрасно. — Беккет улыбнулся в сторону Коула.

Кайла послала своему мужу воздушный поцелуй, зная, что он был в восторге от того, что сегодня вечером ему не придётся притворяться, что умеет танцевать.

— Беккет, я не знаю, как ты исправишь то, что натворил здесь сегодня, но обещаю, если ты окажешься в тюрьме, я никогда не позволю потратить время посещения без того, чтобы кто-нибудь из нас не сел напротив тебя. — Кайла сжала бицепс, ненавидя мысль об этом человеке, закованном в наручники и бессильном.

— Детка, последнее, чего я хочу, это видеть, как ты навещаешь мою безумную задницу в тюрьме. И это вдвойне касается моих братьев. Если я буду в камере, я хочу, чтобы вы все считали меня мёртвым. Это единственное, что поможет мне оставаться в здравом уме. И ты единственная, чёрт возьми, достаточно коварна, чтобы удерживать остальных подальше. — Он кивнул в сторону Блейка и Ливии.

— Беккет, мне нравится, что ты здесь, но почему? Похоже, ты хочешь, чтобы тебя арестовали. — Кайла продолжала двигаться в такт.

Он посмотрел на звёздное небо, как будто мог узнать по нему своё будущее.

— Я живу настоящим, сказочная принцесса. Я не мог снова остаться в стороне. Чего бы это ни стоило. — Он пожал плечами.

Кайла обвила руками его шею, возненавидев и полюбив его ответ.

— Я бы хотела защитить тебя, кобелёк.

Беккет ответил на объятие и поднял её с ног.

— Это глубоко меня ранило, малышка. Спасибо.

Его голос был грубым, он обнимал её дольше, чем было уместно, прежде чем снова поставить её на ноги.

Это был их последний танец в тот вечер, но с тех пор Кайла не могла видеть звездное небо, не подумав о старшем гигантском брате.

— конец бонусной сцены~

Между каждой песней Кайла находила время, чтобы прижаться к Коулу.

Вскоре Джон и Ливия танцевали вместе, и Джон громко рассмеялся, когда Кайла включилась и устроила танец бутерброда. После танца Беккет взял с крытого стола для пикника бокал с шампанским и встал на него, чтобы все могли его видеть.

— Привет! Слушайте, все! Я Беккет, и я здесь лучший мужчина. Я верю, что выступление с речью — часть моей работы.

Блейк и Ливия посмотрели друг на друга, молча желая услышать от своего красочного преступного жениха речь без мата. Толпа затихла, и Лорейн выключила танцевальную музыку.

— Блейк, Коул и я были друг для друга семьёй, потому что те, с кого мы начали, были мусором. Почему меня впустили в свой круг, я до сих пор не знаю. Но поскольку они это сделали, я поверил, что стою больше, чем мог