Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

— Я собираюсь ещё и спать в таком виде, — уверенно заявила Гермиона, завороженная собственным произведением искусства. Он раскатисто рассмеялся.

— Хм-м, это немного странно…

— Правда? — она сконфуженно сморщила носик.

Он заметил, что девчонка забеспокоилась, не перешла ли она границы дозволенного.

— Я всего лишь хочу чувствовать, что принадлежу тебе, любыми возможными способами, — она робко улыбнулась.

— Тогда заканчивай свой шедевр и иди ко мне, — усмехнулся он, садясь на диван.

Втерев остальное в кожу, Гермиона скатилась с кресла, стараясь не надавливать на задницу. К счастью, у неё хорошо получалось. Когда она подошла к дивану, намереваясь сесть рядом с профессором, тот потянул её за руку и уложил животом к себе на колени. Можно было не опасаться, что он надумает её отшлёпать, ведь она не сделала ничего плохого, но, лежа у него на коленях, Гермиона всё равно начала взволнованно извиваться.

— Что вы задумали? — встревоженно пролепетала она, когда он уверенно раздвинул её ягодицы.

— Собираюсь увеличить анальную пробку и добавить ещё больше крема на твою милую попку.

Она невольно вздрогнула.

— Увеличить… насколько?

— Всего на размер. Ты хочешь, чтобы я вытащил её или оставил внутри?

Она не могла спокойно лежать на месте.

— Эм-м… Даже не знаю. Оставьте внутри.

Северус постучал по зелёному изумруду кончиком волшебной палочки. По тому, как она застонала, он предположил, что заклинание возымело успех.

— Что ты чувствуешь?

— Чёрт! — прошептала она. — Это… странно!

— Расскажешь мне об ощущениях, когда вытащишь её утром.

— Будет больно?

— Не должно, но ты почувствуешь, что она стала больше.

— Ладно, — однако и после этого Гермиона никак не могла успокоиться.

Северус с минуту наблюдал, как она изворачивалась у него на коленях, после чего призвал банку со смазкой. Она удовлетворённо замурлыкала, когда он легкими движениями стал наносить крем на раны.

— Во сколько ты придёшь завтра? — поинтересовался он.

— В это же самое время, сэр.

— Ты достаточно времени уделяешь учёбе?

— За исключением наших встреч, учеба — это всё, чем я занимаюсь.

Белый крем смешивался с красным цветом её отметин, на несколько секунд придавая им розоватый оттенок до тех пор, пока он не втирал мазь окончательно.

— Я рад, что наши «романтические» встречи не отвлекают тебя от учебного процесса.

Она улыбнулась.

— То же самое сказал мне Драко.

— О наших «романтических» встречах?

— Нет. Я сказала ему, что когда у меня болит задница, это напоминает мне о вас. Он саркастически заметил, что это почти романтично.

— Ты думаешь обо мне, когда чувствуешь боль?

Гермиона оглянулась через плечо.

— Да, конечно.

— Каждый раз?

— Да, сэр. Я много о вас думаю.

— И что именно ты вспоминаешь?

Она улыбнулась про себя и прижалась щекой к сиденью дивана.

— В основном о ваших руках на моих ягодицах, когда я лежу у вас на коленях или склоняюсь над письменным столом… или над вашей кроватью. Вспоминаю о каждом разе, когда вы меня наказывали, нравилось мне это или нет. Мечтаю о том, что ещё вы собираетесь со мной сделать. Мерлин! Я вспоминаю, как вы меня трахали, по пятьдесят раз на дню!

— Хм-м… Интересно, и когда же вы находите время на учёбу, мисс Грейнджер?

— Я представляю всё это вспышками, а не постоянно.

— Понимаю, — Северус нанёс ещё один слой крема. После того, как её кожа стала казаться ему шелковистой, он грустно вздохнул и решил отпустить её.

— Давай, милая. Одевайся. Тебе нужно поспать.

Гермиона издала возмущённый стон, полный несогласия, но сделала, как он велел. Свежие следы от трости красноречиво напоминали ей, что со Снейпом лучше не спорить.

Северус обнял её и потёрся носом о пушистые каштановые волосы, как будто пытался испить последний глоток перед тем, как она уйдёт. Грейнджер улыбнулась, когда он приподнял её лицо за подбородок и крепко поцеловал.

Ей показалось, что он изо всех сил пытается сдержаться. «Вот и всё. Всего один сладкий поцелуй, и он отправит меня к себе. Нет уж! Так не пойдёт! Я оставлю ему впечатлений!» Её язычок быстро скользнул между его губ. Послышался его прерывистый удивлённый вздох. Он явно посчитал её идею превосходной и сразу же углубил поцелуй, сплетаясь языками, щекоча и дразня её. Гермиона слышала его тяжёлое учащённое дыхание, он явно терял над собой контроль. Внезапно Снейп отпустил её и отстранился с довольно ошеломлённым видом.

— Возвращайся в свою комнату. И ложись спать.

Она не посмела ему перечить.

— Увидимся завтра, сэр.

— Жду с нетерпением, — насмешливо отозвался он.

Гермиона обрадовалась, даже если это было сказано в шутку.

— Сегодня ночью я буду скучать по тебе, Северус, — она заранее знала, что ей придётся мучиться от бессонницы, переживать за неминуемо приближающиеся экзамены и страдать от одиночества.

Снейп понимающе кивнул. С недавних времён сон в одиночестве тоже перестал входить в список его любимых вещей.

Улыбнувшись напоследок, Гермиона тихо вышла за дверь.

* * *

Каждый вечер на этой неделе Гермиона проводила в личных покоях мастера зелий, которого всё больше тревожило её состояние. С каждым днём она улыбалась всё меньше и меньше, а мешки под её глазами становились всё темнее и заметнее.

На пятничном уроке Зельеварения Северус отметил, что Грейнджер до того довела себя подготовкой к экзаменам, что скоро будет похожа на инфернала. Ввиду надвигавшихся Ж.А.Б.А. остальные семикурсники тоже стали довольно потрёпанными, но невыносимая всезнайка казалась замученной до смерти. Ему даже показалось, что, сидя на уроке, Грейнджер на мгновение выпала из реальности и не понимала, где находится. Однако вскоре она меланхолично вернулась к варке заданного зелья, время от времени посматривая на него преданным взглядом (с единственной разницей, что теперь её взгляд не был страстным или возбуждённым, а скорее — потухшим и замученным). Одним словом, её внешний вид и поведение вызывали серьёзное беспокойство.

Когда в пятницу вечером Северус услышал тихий стук в дверь своего кабинета, то решил открыть и увидел Грейнджер, пошатывающуюся от сильнейшего морального истощения, даже её голова слегка покачивалась из стороны в сторону. Она успела бросить на него умоляющий взгляд, и её ноги тут же подкосились. Она упала прямо на него, уткнувшись носом ему в грудь и обвив руками талию. Быстро захлопнув дверь и спрятавшись от посторонних глаз, Северус целую минуту просто держал её в своих объятиях, дожидаясь, пока она придёт в себя, а затем заговорил:

— Что с тобой случилось?

— Я невероятно устала!

Её нетвёрдый голос задрожал от непролитых слёз. Северус почувствовал, как