Приват для Крутого. Трилогия - Екатерина Ромеро

скоро окончу школу, все образуется. Это ребенок от твоего мужа, который погиб? – спрашивает осторожно Алиса, знает, что эта тема для меня тяжелая. Я потом весь день больная и постоянно реву.

– Да. От него.

– А ты… ну, ты хочешь малыша? Или малышку? От Савелия?

Алиса. Она всегда казалась мне сильнее и мудрее меня самой. Маленькая и хрупкая, моя сестренка умеет задавать точные вопросы, которые стреляют прямо в сердце, туда, где боль.

– Да. Очень, но мне страшно.

– Тогда не переживай. Справимся. Я буду тебе помогать! Обещаю.

Пара фраз, поддержка, понимание, забота. Даже от младшей сестры, но мне нужна хотя бы какая-то опора после всего, и я бы все равно не смогла убить. Ведь это то, что появилось в пепле ненависти, крошечный огонек, который в итоге дает мне надежду на жизнь в аду одиночества без моего Крутого.

***

Кажется, словно живот растет по дням. Правда, я уже похожа на большой шар, и ко второму триместру тошнота, наконец, приходит. Валера спокойно отреагировал на мою беременность и на следующий раз просто притащил несколько пакетов с памперсами, детские вещи.

Не все было новым, но это вообще неважно. Любая помощь, я не отказываюсь от нее и каждый раз благодарю Чародея, потому что он полностью оправдывает свое прозвище.

Он тот, кто поддерживает меня просто безусловно и без всяких подводных камней, а однажды Валера приезжает к нам с Алисой вместе со своей девушкой, и я понимаю, что его есть за что любить. Добрый, остроумный, смелый. Валера никогда не боялся идти против Крутого и нарушать правила.

Он спас меня, когда мой любимый сделал ошибку, но это все в прошлом. Я тоже делала ошибки, и много. Никто не идеален. Было бы странно, если бы мы были просто пустыми картонными людьми. Мы не герои книг, у нас своя жизнь, своя боль и своя правда.

Правда, которая нас сломала, и теперь мы просто живем. Я на земле, а Савелий… Савелий, надеюсь, где-то рядом. Всегда. Я все время представляю, что он за спиной стоит у меня и никому никогда не даст в обиду.

***

Я скучаю, Савва. Безмерно, безбожно и против всяких правил! Я скучаю по тебе, не прощая, скучаю, любя и ненавидя одновременно. Днем держу лицо, хожу на проверки, помогаю Алисе с уроками.

Мы живем, иногда даже смеемся, но уже без тебя, Савва. Без Прайда, без Фари, без прошлой жизни, в которой я чувствовала себя дома. В твоей большой семье.

А еще мне дико больно оттого, что я протупила и не успела сказать ему, что чувствую то же самое. Несмотря ни на что, мне все равно, как это звучит.

– Я люблю тебя, Савелий. Тоже. Люблю, – говорю это в тишине на кухне, когда Алиса уже спит. На столе чашка чая и горит свеча.

Валера сказал, что никакой могилы Крутого они не делали, смысл опускать в землю пустой ящик, его тела нет, так что я просто зажигаю свечу и говорю с ним иногда.

Мне кажется, он слышит, потому что в такие моменты крошка в моем животе начинает пинать меня ногой в бок и я успокаиваюсь.

Глава 40

– Даша, все нормально?

Алиса. Уже утро, и она находит меня на кухне. Я снова уснула рядом с этой свечой. Она догорела до конца, как и мы с Савелием. Мы сломали и сожгли друг друга. Мы сделали так больно, что это не прощается, и все равно… все равно. Я просто скучаю.

Савелий лишился матери и сестры, он всего достиг сам, все должно было быть иначе.

– Да. Все хорошо. Садись, завтракать будем.

Машинально приготовить Алисе завтрак, помочь собраться в школу. Мне надо думать о работе и о том, что будет после родов.

Как-то так, медленными шагами. Валера сказал смотреть вперед, не оглядываться, и я стараюсь, правда. Изо всех сил, но в моменты слабости я всегда думаю о Крутом. Насколько больно ему было умирать за меня на том мосту.

– Может, оладушков сделаем? – говорит Алиса, я поднимаю на нее взгляд. Только сейчас замечаю, что она реально уже девушка, такая красивая, как маленькая принцесса. Ее ведь похитили, она пережила такой стресс, а я сама в своих мыслях и словно не вижу ничего.

Молча подхожу и обнимаю ее. Крепко прижимаю к себе.

– Эй, ты чего?

– Алиса, прости меня! Я такая дура.

– Ну ладно, все же нормально.

– Мы ни разу не обсуждали, как тебе было там у Брандо.

Алиса сжимает губы, сглатывает, ее взгляд становится серьезным.

– Я была в лесу. В его доме. Там были очень высокие сосны. Такие, как в сказке. До небес.

– Саша плохо с тобой обращался?

– Он… он рычал на меня. Как волк, – задумчиво говорит Алиса, а после обхватывает себя руками. – Он придет за мной, Даша. И снова заберет.

Эти слова пугают, и я хватаю за руку сестру.

– Что ты такое говоришь?! Нет! Он тебя больше никогда не заберет! Не посмеет. Брандо тебя не найдет, надо будет – мы сбежим уже на другой конец света!

Алиса коротко улыбается и грустно качает головой:

– Мы не сможем от него убежать. От него не скрыться.

– Нет, Брандо тебя не тронет, я ему не позволю!

– Волк сказал, что я буду кровью смывать долг за Фари. Он поклялся, что заберет меня, когда я вырасту.

Обнимаю ее и крепко прижимаю к себе. Только сейчас впервые за все это время я вижу, как Алиса плачет. Как тихо вздрагивают ее плечи.

– Не заберет. Девочка моя, я никому тебя не отдам! Никому.

Я успокаиваю ее, а саму охватывает ужас, ведь я понимаю, что, если Брандо такое сказал, он исполнит обещание. И как бы я ни хотела спрятать Алису от Фараонова, я не смогу.

***

Первые пять месяцев беременности я провожу дома, а остальные в больнице на сохранении. Я все же довожу себя до критического состояния переживаниями, так что врачи решают положить меня под наблюдение.

УЗИ я делаю, но пол малыша прошу не указывать. Мне это неважно, лишь бы ребенок был здоровым. Говорят, плод крупный, будет трудно рожать. Мне страшно, мамы рядом нет, чтоб подсказала, так что я просто доверяюсь врачам.

Валера с Никой приходят навещать. Довольно часто, особенно Ника прибегает, приносит мне апельсины и так, разное по мелочи, приглядывает за Алисой, пока я лежу под капельницами.

Ника чудесная. Они даже с Валерой чем-то похожи. Она такая