Осколки нас… - Ева Риччи

— С Женей… с моей подругой. — Я опустила голову, пряча глаза со стыда.

Мама всхлипнула, закрыв рот рукой, а отец резко встал, заложив руки за спину.

— Я твоего бабуина-осеменителя на дно пущу, — процедил он сквозь зубы, сжимая и разжимая кулаки.

— Не надо, прошу! Я желаю им счастья… — Посмотрела на него, моля о пощаде.

— Кто им мешает? — Хмыкнул он. — Счастье и в шалаше бывает. — Добавил с сарказмом.

— Аркаша! — Осекла его мама.

— Лида! — Отрезал он, оставляя последнее слово за собой.

Родители обменялись взглядами, а я переводила глаза с одного на другого. Мама поджала губы, согласно кивнула мужу. Понятно, сдалась.

Я знала, что отец не оставит это дело просто так. И хотя я не желала Роме зла, понимала: его спокойные дни закончились.

Смотрела на родителей, ощущая, как боль и страх потихоньку отпускают. Они не осуждали, не задавали лишних вопросов, не пытались учить. Они просто поддержали меня. Родители — любящие и понимающие люди. В тот момент я поняла, что несмотря на все удары судьбы, у меня всё ещё есть главное: семья, которая всегда примет, всегда поможет и всегда будет любить меня.

Глава 14

Настя… Она сама сделала всё так, чтобы оттолкнуть меня. И я зол. Ужасно зол.

Прикрыл глаза. Вспомнил встречу, когда приехал к её родителям, моя мышь сбежала к мамочке и папочке.

Горестно усмехнулся. Никчемная, без поддержки кого-то. Всегда такой была…

Когда ехал к ней, то ещё не знал, что так всё обернётся. Я так хотел найти жену, до того как она сунется к родителям. В Тунис не успел: когда прочитал отчёт детектива, которого нанял для поисков, было поздно, она уже летела в Калининград.

После Туниса сбежала домой. Посмела наплевать на мой подарок! Выбрала страну аборигенов. Мозгов нет совсем! Неблагодарная мразь.

Опрокидываю в себя рюмку водки, откидываю голову на спинку кресла и погружаюсь в тот день, когда сунулся к ней.

Не заметив машину тестя во дворе, подумал, что это хороший знак, выбрался из своего автомобиля и поднялся по крыльцу.

Домработница добродушно встретила меня. Показалось, что удача сопутствует мне, уверенно прошёл в гостиную, улыбнулся, будучи уверенным, что всё налажу. Жена с тёщей сидели за просмотром какой-то передачи.

Настя вскинула взгляд на меня сразу же.

— Ты⁈ — Ее глаза распахнулись от удивления. — Зачем приехал⁈

Я не смог скрыть торжествующей улыбки, хорошо играет, но я то знаю, как она в меня влюблена, и, по-любому, ждала моего визита.

— Погостила у родителей, любимая, и хватит.

Жена недовольно скривилась, и по её нахмуренному лицу было хорошо видно, как ей противно от моих слов.

— Что тебе надо, Рома? — Сухо осведомилась она.

Я оторопел. Присмотрелся внимательно, в её взгляде не было ни радости, ни боли — лишь равнодушие, словно я являлся незначительным эпизодом в жизни, а не был мужем целых пять лет.

— А ты сама как думаешь? — Спросил, с грустью глядя на неё.

Она покачала головой и встала с дивана.

— Что же, проходи, — пригласила меня. — Видимо, настало время для серьёзного разговора.

Подошёл к ней ближе. И вдруг почувствовал страх. Всё вокруг было чужим и враждебным. Взгляд тёщи транслировал мой приговор. Даже стены давили.

Настя развернулась и направилась к двери кабинета Аркадия Леонидовича, запоздало понял, что не поздоровался с матерью жены. Да и неважно, главное — беглянку убедить вернуться домой.

— Я тебя внимательно слушаю. — Закрыла дверь и смерила меня долгим взглядом.

Мы стояли в кабинете, друг напротив друга, словно неродные люди.

— Решила обосноваться здесь насовсем?

— Это мой дом. — Пожала плечами.

— Насть… — Сделал шаг к ней, она предусмотрительно отступила назад.

— Не надо, Ром! — Протестующе подняла руку.

Замер, недоумённо посмотрел на неё.

— Я не хотел тебя напугать, — растерянно произнёс.

Она смерила меня холодным взглядом.

— Ты не пугаешь меня, Рома. Ты мне противен. Я согласилась поговорить с тобой по одной причине. Нам надо развестись. И я не хочу, чтобы между нами осталась недосказанность. Рано или поздно разговор бы состоялся.

Я бросил на неё удивлённый взгляд. Ничего себе «МЫШКА»!

— Ты несёшь бред! Какой развод⁈ — Вырвалось у меня. — Мы же любим друг друга! Зачем нам разводиться?

— Я… — Она замолчала, и в комнате повисла неприятная тишина. — Я когда-то любила тебя, — наконец продолжила. — Но всё в прошлом… И теперь, мне кажется, наша семейная жизнь всего лишь сон. — Она подошла к дивану, села на него, закинула ногу на ногу, не сводя с меня равнодушного взгляда. — Ты всё испортил. Тебе было мало меня. Скольких ты перетрахал? Ответь мне! — Не дождавшись, продолжила. — Видимо, так уж ты устроен. И с этим я мирится не собираюсь. Ещё и ребёнка на стороне зачал! И кому⁈ Моей подруге! — Гневно сверкнула глазами. — Бывшей подруге. Как смешна жизнь… Бывший муж снюхался с бывшей подругой…

— За словами следи!

— Неужели ты думал, что я всё проглочу? Ром… я, по-твоему, настолько безмолвная тряпка?

— Прости меня, — постарался произнести покаянно. — Я даже не задумывался в тот момент, насколько подло поступаю по отношению к тебе. Я тогда вообще ни о чём не думал, — надо сыграть очень убедительно, на кону моё благосостояние.

— Мне кажется, что ты уже вышел из того возраста, когда за совершенный проступок тебя выслушивали, понимали и прощали. Теперь за ошибки надо расплачиваться. И мне очень жаль, что расплачиваться почему-то пришлось мне.

Я подошёл к ней, хотел сесть рядом, но Настя зашипела, чтобы не приближался. Остановился в шаге от сидящей жены.

— Я тоже пострадал, — пробормотал. — Попал в хорошо расставленный капкан твоей подруги.

— Твои слова, Рома, мерзкие, очень мерзкие, — повторила с презрением.

Я подскочил к жене, схватил за волосы и рявкнул:

— Не забывайся! Сейчас ты соберёшь свои манатки и послушно вернёшься домой! Просто забудешь всё, и мы начнём сначала! Нам же было так хорошо вместе! Поняла меня⁈

Но она на мои слова только истерично рассмеялась. Затем спокойно посмотрела в мои глаза и тихо произнесла:

— Уже нечего спасать, Ром. Ты разрушил нас. И даже если бы я рискнула переступить через всё то, через что ты заставил меня пройти, не смогла бы переступить через ребёнка. Он ни в чём не виноват. И он заслуживает, чтобы у него были родители. Даже такие никчёмные, как вы с Евгешей.

— А кто тебе сказал, что я собираюсь отказаться от ребёнка?

— Отец прав, ты ничтожество! Как ты себе представляешь нашу дальнейшую жизнь? Мне выпадет честь воспитывать твоего ребёнка? —