Обитель Короля снов - Валентина Зайцева

Мерзавец шагнул вперед и сел напротив, между нами — пепел вчерашнего костра.

— Я должен это понять?

Я дождалась, пока проглочу кусок, прежде чем ответить.

— Я сказала, это вкусно. Хочешь?

Он скривил губы, как я, наверное, сделала, когда ворон принес мне червей. Его потеря. Я взяла второй кусок и откусила.

Он смотрел, как я ем, с тем же любопытством, что проявил, когда я мочилась. Будто базовые человеческие потребности были для него странными и чуждыми. Может, так и было.

— Почему ты не ешь? — спросила я, жуя. — И не спишь, и не мочишься?

— То, что ты не видишь, как я это делаю, не значит, что я этого не делаю. Я просто не делюсь этим с тобой.

Надутый подонок.

— Значит, ты стесняешься? — Я знала, что играю с огнем, но не могла остановиться. Его высокомерие будило во мне дерзость.

— Почему ты пришла сюда?

Не тот ответ, которого я ждала. Это вообще не было ответом, но я решила подыграть, потому что это был наш первый разговор, и, чёрт возьми, мне было любопытно узнать больше об этом странном мире.

— Ты притащил меня сюда, — напомнила я во второй раз.

— Ты последовала за мной, а потом пыталась найти, когда я тебя вышвырнул. Почему?

Первый раз я пошла за ним не думая. Он был в моей комнате, и я погналась. Второй раз — из-за мамы. Но я не собиралась доставлять ему удовольствие, рассказывая об этом.

— Люблю путешествовать, — огрызнулась я.

Он оскалился и встал.

— Ты не та, кем я тебя считал. Ты — разочарование.

Ага, а я тебя обожаю, придурок.

Хорошо, что эту мысль я оставила при себе.

Одним движением он взмахнул рукой, и пурпурные верёвки снова привязали меня к дереву. На этот раз руки остались свободны. Он развернулся и вернулся к своей работе — вторжению в сны людей.

Я обдумывала его слова, доедая пиццу. Если я — разочарование, значит, он меня ждал. Но почему? Я даже не знала о его существовании, пока он не появился в клинике.

Еще одна загадка, над которой мне предстояло ломать голову.

Как, чёрт возьми, он меня знал, и что он ожидал, что делает меня таким разочарованием?

Чёрт его знает, но я собиралась выяснить.

Глава 9

Стало удручающе ясно, что пицца была разовым подарком. Надо было оставить хоть кусок. Чёрт, я и так знала, что голод для него не проблема, но я была так голодна, что желудок заглушил все разумные мысли.

Я уставилась на кучу листьев и ягод, которые он, очевидно, нарвал с ближайших кустов.

— Это нельзя есть.

— Ну и не ешь, — он пожал плечами и повернулся, чтобы уйти, как делал всегда.

Мерзавец! Он знал, что мне нужно есть. Он заставил меня ждать ещё день и ночь. И он знал, что должен быть рядом, когда я ем, потому что ни за что не развяжет меня, если не сможет следить.

— Ладно, — сдалась я. — Я съем.

Он раздраженно фыркнул.

— Определись уже. У меня нет времени возиться с твоими проблемами.

Он сел на свое обычное место, достал нож и начал строгать, магическим движением растворив мои оковы.

Я взяла лист и понюхала. Вряд ли он хотел меня отравить. Если бы хотел убить, я была легкой мишенью, но я вполне допускала, что он нарвал первые попавшиеся листья, не зная, ядовиты они или нет. Ему, похоже, было наплевать на моё благополучие.

— Они безопасны, — сказал он, не поднимая глаз, и вернулся к своему занятию.

Я жевала лист, наблюдая за ним. Это была не пицца, и лист застревал в горле, но лучше, чем ничего — мой единственный вариант на данный момент. Без огня я ясно видела, что он вырезает. Это была фигурка человека. Женщины. Я была слишком далеко, чтобы разглядеть черты, но она казалась красивой.

— Кто она? — спросила я, рискуя навлечь его гнев. Но он не разозлился.

— Не твое дело.

— Старая подружка?

— Не твое дело.

— Хорошая погода, правда? — попробовала я другой подход. Он был не лучшей компанией, но это лучше, чем говорить с вороном, который не отвечает.

Он оторвался от работы.

— Почему ты так много болтаешь? Твоя бесконечная трескотня вызывает у меня головную боль.

— А с кем мне ещё говорить? Мне скучно. Ты явно не хочешь, чтобы я была здесь, и раз не собираешься меня убивать, я могла бы вернуться домой.

Он посмотрел на меня с любопытством.

— С чего ты взяла, что я не собираюсь тебя убивать?

Я пожала плечами и закинула в рот горсть ягод. Они оказались неожиданно сладкими.

— У тебя было полно возможностей. Если бы ты хотел, я была бы уже мертва.

Он вскочил и приставил нож к моему горлу.

— Я бы на твоем месте не расслаблялся. То, что я тебя еще не убил, не значит, что не убью. — Его глаза пылали яростью, но в них была нерешительность. — Позволь прояснить: ты никогда не вернешься через ту красную дверь. Поняла?

Он оскалился, мышцы руки напряглись.

— Вообще-то, не поняла, — сказала я, отталкивая его грудь. — Я явно тебе в тягость, и ты не проявил интереса к убийству, кроме пустых угроз. Так почему бы не отпустить меня, чтобы я оставила тебя заниматься своими делами в чужих снах?

В нем будто что-то надломилось. У меня был талант выводить людей. Он взревел, рывком подняв меня за ворот рубашки. Листья и ягоды с моих колен разлетелись во все стороны.

Его сила была невероятной. Он держал меня одной рукой, вытянув её вертикально. Другой рукой он соткал магию из воздуха, и не успела я опомниться, как уже висела на ветке дерева, связанная за запястья.

Его лицо потемнело, как грозовая туча, голос был резким.

— Не. Смей. Меня. Допрашивать!

Он ворвался в просвет между дверями и захлопнул одну из них с грохотом, эхом разнесшимся по лесу. Ворон сверху посмотрел на меня, будто говоря, что я сама во всем виновата. Я не могла с ним спорить.

***

Последующие дни можно описать только как ад на земле. Боль стала моим постоянным спутником. Запястья стерлись до крови от магических веревок, плечи горели от