Измена. Фиктивный брак - Анастасия Леманн

Также Марат оставил весь свой дом в наше с Лерой распоряжение. У него дома был и бассейн, из которого мы теперь не вылезали, и кухарка, и домработница. Дополнительно с этим Марат нанял охрану, которые следили за периметром. Нам же он строго-настрого запретили покидать дом.

К нам приходила только Лиза и поверенный Керимова — Владислав Семенович. Крепкий мужчина сорока лет. Владислав Семенович занимался судебным процессом, который по итогу должен был лишить Янковских всех прав на Леру, однако это было не так просто, так как Ольга Янковская запаслась целой сворой адвокатов.

Она явно собиралась отсудить Леру и теперь готова была лечь костьми.

Меня это очень тревожило. Я понимала какие связи у моей бывшей свекрови и переживала о возможном плохом исходе каждый день.

Вместе с этим я каждый день созванивалась с Керимовым. Мы обменивались новостями, а заодно он терпеливо заверял меня, что выиграет суд по-любому. Мне ничего не оставалось как верить ему ровно до следующего телефонного звонка. Но к новому звонку меня снова немного накрывало, а Марат все так же терпеливо повторял мне в сотый раз, что в его доме я в безопасности.

Однако я звонила ему каждый день не только поэтому. Я скучала по нему — это правда. Я не понимала что именно меня в нем влечет. Он вроде грубиян и сердцеед — совсем не тот типаж мужчин, в кого можно влюбляться.

В разговорах со мной он постоянно пересыпал пошлостями и намекал на мою «расплату». А я… к своему стыду даже хотела этого. Я безумно желала прикосновений Марата, и теперь каждую ночь фантазировала как это будет.

Я вела себя как наивная школьница, но возможно только это меня сейчас спасало от нервного срыва. Пусть уж лучше у меня будут фантазии о Керимове в голове, чем постоянные тревоги и страхи.

— Мамочка, а мы теперь будем жить здесь всю жизнь? — спросила меня Лера, когда мы как обычно нежились с ней в теплом бассейне.

— Думаю, нет, — печально ответила я. — Мы здесь только пока тебе грозит опасность.

— А почему папа стал опасен? — снова спросила Лера. — Он ведь всегда был хорошим.

— Малышка, — я заправила ее мокрые волосы ей за ушки, — так бывает. Родители иногда разводятся. В этом нет ничего страшного. Я всегда буду с тобой что бы ни случилось. А папа… после того раза, когда он попытался тебя забрать у меня, я бы уже не хотела, чтобы ты с ним общалась.

— Больше никогда? — на лице моей доченьки отразилась печаль.

— Больше никогда, — твердо заявила я.

Я всегда старалась быть с дочерью честной. Мне не хотелось сейчас внушать ей ложные надежды.

— Я очень боюсь, что он заберет тебя, если вы встретитесь, — объяснила я. — Я не могу тебя потерять, понимаешь? Ты — мое солнышко. Моя любимая принцесса. Ты вся моя жизнь.

— А ты — моя, мамочка, — Лера улыбнулась своей лучистой детской улыбкой.

В этот момент к нам спустилась горничная и доложила:

— Александра, к вам пришли.

— Кто? — удивилась я.

— Друзья господина Керимова: Артем и Соломия, — сообщила она, а у меня все закипело внутри.

Что им от меня нужно?

Глава 31

— Вы что же, тут живете? — вместо приветствия спросила у меня Соломия и откинула свои безупречные зеркальные волосы за спину.

— Д-да, — немного растерялась я. — А… почему я не должна тут жить? Я ведь жена Марата. Официальная.

— Все равно, — невозмутимо отвечала она. — Марат говорил, что вы будете жить отдельно.

После ее слов воцарилась неловкая пауза.

Была бы эта дрянь одна, я бы нагрубила ей, но мне не хотелось делать этого при Артеме. Но с другой стороны она ведь открыто оскорбила меня! Или я просто слишком сильно не переношу эту дуру, что в каждом ее слове найду оскорбление?

— Что вы хотите? — прямо спросила я.

— Сашенька, извини Соломию, ты наверное не так ее поняла, — вступился за нее Артем. — Она наверное хотела сказать, что Марату будет сложно совмещать семейную жизнь и бизнес. Собственно, именно поэтому он до недавнего времени был одинок. Он просто практически не бывает дома. Скорее всего именно это он имел в виду, сказав что вы будете жить раздельно. Я прав, дорогая? — на последних словах он обратился к своей жене.

— В целом да, — она нисколько не пыталась смягчить углы. — Марат действительно не терпит застойных семейных отношений. Он вольная птица. Я не удивлена, что он сбежал сразу после свадьбы.

— Соломия, душенька, — Артем взял ее под локоть, — тебе не кажется, что ты говоришь не очень приятные вещи? Давай лучше я скажу.

— Говори, — она сложила руки на груди. — Лично я уже сказала все, что хотела.

Вот ведь дрянь! Она ведь даже мужа не стесняется! А что бы она мне сказала, если бы пришла одна?

И мне до сих пор интересно, с кем же она обжималась на нашей свадьбе, если не с мужем, и не с Маратом? У нее есть еще какой-то мужчина, которого она отравила своим ядом? Я не удивлюсь этому. Шлюха ведь — у нее на лице все написано.

— Сашенька, — начал Артем, а его дрянь жена фыркнула от его ласкового обращения ко мне, — Марат вроде к этому времени должен был вернуться. Во всяком случае мы вчера созванивались и он сказал что к обеду будет дома. Ну не суть. Мы пришли пригласить вас завтра на открытие клуба.

Артем передал мне два билета.

— Приглашение для тебя и Марата, — предупредил он. — Я понимаю, что у тебя есть дочь, но завтрашнее мероприятие не для детей. Но обещаю, чтобы я не обижу твою доченьку и обязательно организую какое-нибудь мероприятие, где и ребенку будет весело.

— Спасибо, — я с удивленным видом взяла пригласительные, — но ты не беспокойся, моя Лера еще не полюбила светскую жизнь. Так что она с большей радостью останется наедине со своими куклами, чем сходит куда-нибудь.

— Все равно, — Артем не принял моего отказа, — я все равно что-то такое организую. У многих наших пар есть дети, так что Лере будет полезно познакомиться со сверстниками. Мы с Соломией — последние в нашей компании, у кого еще нет детей.

Я заметила какими печальными стали его глаза. Было видно, что он хочет ребенка, и я была уверена, что он станет хорошим отцом. А вот Соломия стала с интересом разглядывать свой маникюр, сделав вид, что прослушала наш разговор.

— Спасибо, Артем, — я ласково улыбнулась ему. — Уверена, у тебя еще все впереди.

На это он лишь вздохнул и сообщил что им пора.

— Останьтесь, — предложила я, хотя мне неприятно было говорить