Между нами всегда будет она - Юлия Бонд

Глава 16

Валя

Я захожу в пустую квартиру, чувствуя, как усталость накатывает волной. Мама на сутках, папа — в рейсе. А значит, сегодня я совсем одна…

День выдался долгим, но встреча с Соней и её папой оставила приятное послевкусие. Неожиданно приятно осознавать, что рядом живут такие добрые и открытые люди.

Снимаю пальто и ставлю пакет с продуктами на кухонный стол. В квартире тихо, только часы на стене отсчитывают секунды.

Провожу рукой по округлившемуся животу и улыбаюсь. Малыш внутри меня шевелится, словно чувствует моё настроение.

— Ну что, маленький, у нас с тобой новые соседи, — говорю я вслух, присаживаясь на стул. — Соня — такая милая девочка, правда? Может быть, когда ты подрастёшь, вы станете друзьями.

Ловлю себя на мысли, что мне давно не было так спокойно. Даже несмотря на все сложности с разводом и переживаниями о будущем, я чувствую лёгкость.

Открыв холодильник, достаю йогурт. Ем медленно, наслаждаясь тишиной. Вдруг мой телефон, лежащий на столе, начинает вибрировать. На экране высвечивается имя Вани. Сердце замирает на мгновение, но я быстро беру себя в руки.

Я смотрю на телефон несколько секунд, раздумывая, стоит ли отвечать. Но потом решаю: нет. Сейчас не время для его извинений или оправданий. Кладу телефон экраном вниз и продолжаю есть. Ваня сделал свой выбор, а я сделала свой.

* * *

Сижу на диване, обнимая подушку, и смотрю в окно. Вечерняя тишина наполняет комнату, только часы на стене тихо тикают, отсчитывая минуты. В голове роятся мысли, одна за другой, словно пчёлы в улье.

Телефон снова вибрирует на столе, но я не беру его. Это Ваня. Уже третий раз за вечер он пытается мне дозвониться. Но зачем? Что он хочет сказать? Что снова сожалеет? Что это была ошибка? Я больше не хочу слушать его слова. Они ничего не значат.

Подхожу к окну. За стеклом город живёт своей жизнью: машины проезжают мимо, люди куда-то спешат, фонари освещают дорогу. А я стою здесь, в своей квартире, пытаясь собрать себя по кусочкам.

Малыш внутри меня снова шевелится, и я улыбаюсь. Он напоминает мне о том, что у меня есть цель, ради которой стоит двигаться дальше. Ради него я должна быть сильной.

Вдруг раздаётся тихий стук в дверь.

Подхожу к двери, не понимая, кто может быть в такой час. Сердце начинает биться быстрее. Я осторожно приоткрываю дверь и вижу перед собой Алевтину. Она стоит на пороге, выглядит немного растерянной, но всё же уверенной в своём решении быть здесь.

— Привет, Валя, — говорит она тихо, опуская глаза. — Ты не против? Я… я хотела поговорить.

Я молчу, не зная, что ответить. Последнее, чего я ожидала сегодня вечером, — это увидеть её. Но что-то в её тоне заставляет меня открыть дверь шире и жестом пригласить её войти.

— Проходи, — говорю я спокойно, хотя внутри всё переворачивается. Не спрашиваю, откуда она узнала домашний адрес моих родителей, наверное, Ванечка рассказал.

Алевтина заходит в квартиру и нерешительно оглядывается.

Она выглядит немного смущённой, словно не знает, с чего начать. Я закрываю дверь и прохожу в зал, жестом указывая ей на диван.

— Садись. Хочешь чаю? — спрашиваю я, стараясь сохранить нейтральный тон.

— Нет, спасибо, — отвечает она, садясь на край дивана. Её руки нервно теребят ремень её сумки. — Валя… Я узнала, что вы с Ваней расстались. И мне… мне очень жаль. Я хочу извиниться перед тобой. Извини, что вела себя как настоящая сука. На самом деле между мной и Ваней давно ничего нет. Всё закончилось ещё до тебя. Просто… Просто меня больно ударил поступок Иван. Он женился на тебе, а я… Я тогда была такой растерянной.

— Зачем ты мне всё это говоришь? Тебя Ваня подослал ко мне?

— Нет, Ваня меня не подсылал. Я сама решила прийти. Я просто… я должна была это сказать.

— Сказать что? Что ты раскаиваешься? Что тебе жаль? — мой голос звучит холодно, почти отстранённо. — Ты думаешь, это что-то изменит? Ты думаешь, я забуду всё, что было и вернусь к Ване? Нет. Этого не будет. Я по горло сыта вашими итальянскими страстями.

Алевтина опускает глаза, её руки продолжают нервно теребить ремень сумки. Она выглядит ранимой, почти уязвимой, но я не могу позволить себе смягчиться. Слишком много боли осталось внутри.

— Я понимаю, что тебе тяжело, — говорит она тихо. — И я не прошу, чтобы ты возвращалась к мужу. Просто хочу, чтобы ты знала: я никогда не хотела разрушить твою жизнь. Всё это… всё это вышло из-под контроля. Мне очень жаль.

— Из-под контроля? — горько усмехаюсь я. — Ты говоришь так, будто это было случайностью. Но ты прекрасно знала, что делала. Ты знала, как твои слова и поступки влияют на Ваню. И всё равно продолжала.

Она молчит, её лицо становится бледнее. Я вижу, как она сжимает губы, будто пытается сдержать слёзы.

— Ты права, — наконец произносит она. Её голос дрожит, но она продолжает говорить. — Я вела себя эгоистично. Я думала только о себе и о своих чувствах. Но я никогда не хотела причинить тебе боль. Честно.

Я смотрю на Алевтину, и внутри меня всё кипит. Её слова звучат искренне, но я не могу просто так принять их. Слишком много боли, слишком много обид, и всё это — из-за неё.

— Знаешь, Алевтина, — стараюсь сохранить спокойствие, хотя голос всё равно дрожит от эмоций. — Мне не нужны твои извинения. Они ничего не изменят. Ты уже сделала то, что сделала. И теперь я должна жить с этим.

Она поднимает на меня глаза, полные раскаяния. Но я не могу смягчиться. Я слишком устала от всего этого.

— Я понимаю, — тихо отвечает она. — Но я хотела… хотя бы попытаться. Я не могу просто сидеть и делать вид, что ничего не случилось.

— А ты думаешь, мне легко? Думаешь, я могу просто взять и забыть? — мой голос становится громче, и я сама чувствую, как в нём звучит гнев. — Ты разрушила мой брак. Ты сделала так, что я каждый день чувствовала себя ненужной. И теперь ты приходишь сюда и говоришь: «Мне жаль»? Это ничего не исправит!

Алевтина опускает голову, её плечи слегка подрагивают. Кажется, она действительно раскаивается. Но мне от этого не легче.

— Валя… я знаю, что слова ничего не изменят. Но если бы я могла всё исправить… — её голос срывается, и она замолкает.

Я