Боги пустынь и южных морей - Эрли Моури

– Нет! – резко сказала она и отсела чуть дальше. – Я вообще его не пью. Второй раз только попробовала. Ладно, давай к главному. Ты мне так и не ответил: Мы полетим в Гор-Ха?

– Слушай, Цветочек, не уводи от темы, – вауруху выхватил у нее из рук баклажку и отпил немного еще. В этот раз его скривило меньше и глаза быстрее вернули красновато-желтый блеск. – Ты мне кое-что обещала. Было такое? Было… Я, собственно, за этим и прилетел.

– Что это я тебе обещала? Подарить курительную трубку? – Эриса сделала вид, что более не приходит ей на ум ничего иного, кроме как эта безвременно пропавшая трубка. И рука сама потянулась к баклажке: уж лучше этот гадкий напиток, чем еще кое-какие мысли.

– Слушай, киса моя, еще раз прошу: не уводи от темы. Трубки все равно нет. А ты обещала трахнуться со мной. Ну, – заботливо убрав коготь, он коснулся пальцем ее подбородка и приподнял его, чтобы посмотреть в эти честные глаза. – Обещала?

– Это ты не уводи от темы! Мы полетим в Гор-Ха? Отвечай! – госпожа Диорич припала к горлышку сосуда и сделала несколько немаленьких глотков. Во рту тут же запекло и будто пламя потекло в живот.

– Киса, я первый задал вопрос. К тому же я старше тебя. На сто миллиардов лет. А значит, по законам мироздания ты должна отвечать первой! – требуя ответа, вауруху наклонился к ней так, что его жуткие глаза оказались близко-близко.

– Ты врешь! – отдышавшись после огненного напитка, Эриса вытерла рот и не менее жутко посмотрела на него. – Снова мне врешь! Столько не живут! И нет таких законов в мироздании!

– Не увиливай от темы! – настоял крылатый кот. – Цветочек, ну скажи «да». Мы же трахнемся?

«Старше на сто тысяч лет. Конечно, он врет, – думала стануэсса, чувствуя, как печет в животе и как кружится голова. – Врет, но он совершенно точно намного старше. Боги, почему я начинаю любить стариков?»

– Да? – переспросил летающий кот, забирая из ее рук баклажку.

– Да, – она ответила Эриса будто прорычала. – Но есть одно условие и теперь ты клянись, что оно будет выполнено.

– Чтоб я сдох, – не задумываясь прошипел Сармерс. – Какое условие?

– Это будет происходить так, как пожелает того дама, – госпожа Диорич мило улыбнулась. Ее глаза снова стали добрыми и слегка пьяными.

– Давай, рассказывай. Хочу подробностей! – зашипел от смеха вауруху.

– Твой длинный шкодливый язычок станет нашим главным органом для этого безобразия. Такова воля дамы. О, боги, какая гадость… – она посмотрела на опустевший наполовину сосуд и потянулась к нему. – В общем, я почти готова. Можешь начинать. Сейчас только халатик развяжу.

– Ты – шетова плутовка! – возмутился Сармерс, хотя по его виду он был более чем доволен. – Развела меня! Дай сюда брум! Сейчас напьюсь с горя и упаду с крыши!

– Приступай. Начни с сисичек, – Эриса распахнула халат и легла на подстилку, подставляя тело ласке восходящего солнца и ожидая еще более приятных ощущений.

– Имей в виду, этим я не ограничусь! – пригрозил преданный Леноме и склонился над арленсийкой.

Его алый чуть шершавый язык лизнул ее подбородок и медленно опустился, повторяя изгибы шейки стануэссы. От волшебных ощущений Эриса чуть вздрогнула и запустила пальцы в шелковую шерстку кота.

– Вкусная киса, – прошипел Сармерс. Его язык лизнул ключицу госпожи Диорич и неторопливо, оставляя влажные узоры, опустился к груди. Тверды соски вауруху нежно сжал губами и втянул в себя, пробуя их на вкус.

«Боги!» – Эриса задышала чаще. Это было безумно приятно, ей захотелось прижаться к его мягкой шерстке всем телом, но она лишь прогнулась пуская его ниже. По животу пошел жар раньше, чем туда добрался язык вауруху. Он лизнул ее впалый пупок, опустился к складочке между ног и снова вернулся к груди, облизывая каждую с наслаждением, затем давая волю губам, снова играя с ее сосками.

Жар желания разливался по животу. Пульсировал волнами и между ножек госпожи Диорич стало совсем мокро. Она шире расставила бедра и в нетерпении надавила на голову летающего кота. К ее невыраженному возмущению он опускался туда слишком, слишком медленно, настолько, что Эриса заворочалась под ним и надавила сильнее. И когда мокрый, чуть шершавый язык Сармерса добрался до самого сладкого, стануэсса шумно выдохнула, подавшись ему на встречу.

– Моя сладкая киса, – прошипел он, нажимая лапой на ее бедро и лизнув ее сок.

От первого прикосновения ее розовый бутон совершенно раскрылся и стануэсса затрепетала от ласки нового любовника. Когда кончик его языка становился жестким и дразнил ее клитор, сердце Эрисы замирало, и ей казалось, что она сейчас взорвется. Судорожно сжав его шерсть, она простонала:

– Сармерс, мерзавец!.. Сейчас кончу!

– Хочешь, чтобы я вошел? – он приподнял голову и глянул на нее жёлтым глазом.

– Да! – она тоже оторвала голову от подстилки с возмущением глядя на него.

– Ну, ладно, – вауруху свернул свой длиннющий язык трубочкой и запустил в ее лоно.

– Ах-х! – стануэсса вскрикнула и выгнулась. Язык Сармерса затрепетал в ней, доставая кончиком до нежного донышка, щекоча его так, что арленсийку словно поразило сладостной молнией. Десятком молний. Она беспощадно вцепилась в его шерсть, притянула к себе и закричала, дрожа всем телом.

– Какая ты сумасшедшая. Больно все-таки, – сообщил он, вытащив язык, мокрый от потока ее соков. – Больно, но вкусно, – подытожил он, глядя на бывшую хозяйку кольца и понимая, что она сейчас не намеренна разговаривать.

Прижавшись к летающему коту, Эриса лежала часто дыша, но уже не подрагивая. Сердце успокаивалось, и тело погружалось расслабление словно в теплую божественную ванну. «Оказывается, кот умеет не только летать», – мелькнуло в уме госпожи Диорич, и она рассмеялась.

– Тебе весело? Ты мне шкурку попортила, – он лизнул ее в живот.

– Не ври, – она почесала его за ухом и прижала голову к себе. – Сармерс…

– М-м… – ответил он, и провел кончиком языка по ее складочке, по которой еще стекал сок. – Еще хочу. Иди ко мне, – Эриса повернулась на бок, опустилась ниже достав рукой до его возбужденного члена. Сжала его ладонью, проводя сверху вниз, ощущая как на нем