Мой босс... Козел! - Елена Северная

Солнце уже свалилось за горизонт. Воздух привычно пах горячим асфальтом вперемешку с ароматом петуний, насаженных в придомовые клумбы. В этих же клумбах самозабвенно тарахтели ночныецикадки. Лепота! Пару раз встречались влюблённые парочки. Я шла по дорожке, огибая дом, к своему подъезду и мучилась угрызениями совести: Санька сегодня целый день один! В разноголосый концерт цикадок вклинился звонок мобильника. Санька! Лёгок на помине.

— Маша, привет! — бодро затараторил он. — Ты скоро домой?

— Подхожу уже.

— Ой, как здорово! Зайди в магазин, купи яйца. Завтра гренков пожарим на утро. Хлеб чуть подсох, я свежую булку в обед купил, а этот гренками доедим. А на вечер быстрыхпеченек напечём немножко.

Ну, за яйцами — так за яйцами. Тем более мальчишка убеждал меня вчера, что яйца надо покупать только самим, а не доверять доставке. Развернулась и пошла в магазин. Благо он работал до полуночи. А в магазине меня ждал ещё один сюрприз.

Ума не приложу, что делает босс в нашем «супермаркете». Даже глаза протёрла, полагая явление глюка после трудового дня. Ан нет. Вот он стоит около холодильника с тортами в несвойственной задумчивости. Интересно, для кого он тортик выбирает? И зачем? Хотя — да. Доставку этот магазин не делает. Он же маленький, рассчитан, наверное, на пару-тройку близлежащих домов, так сказать «магазин у дома», где есть всё необходимое в минимальном количестве. Тут ножками, ножками надо. Желание подойти и помочь увяло на корню, стоило только вспомнить подставу, какую устроил мне шеф сегодня с гостиницей. Поэтому решительно развернулась к стеллажу с яйцами. Санька категорически отказался заказывать доставку этого товара. Сказал, что могут побиться и возиться в яичной жиже он не намерен. Я, кстати, тоже. Поэтому и пришла в этот магазинчик. И вот стою, думаю: какие яйца взять? Первой категории или отборные? Голова после работы соображать не хочет. А тут ещё босс нервирует своим присутствием.

— Машка-а-а-а!!! — раздался рядом пьяненький мужской голос.

Блин. Да что ж такое! Точно не мой день сегодня. Кого ещё принесло? Здесь же спиртное не продают! Я медленно развернулась и стоически попыталась не скривиться. А было из-за чего. Покачиваясь, с широкой улыбкой на небритой морде лица, стоял бывший однокурсник Пашка Самойлов. Когда-то он яростно подбивал ко мне клинья, особенно после моего расставания с бывшим. Целый год прохода не давал. И сейчас его туша загораживала единственный проход из этого зала в кассовый.

— Машка, прелесть моя кусачая, ты здесь живёшь рядом?

Только не хватало, чтобы босс увидел его и меня заодно.

— Тихо ты! — зашипела я. — У меня голова болит, а ты орёшь.

— Машка-а-а! — дохнул на меня перегаром Самойлов. — Я знаю отличное средство от головной боли. Пойдём ко мне, покажу-у-у, — игриво задвигал он бровями и ногами, подбираясь ближе.

— Иди проспись! — отодвинуть центнер с гаком веса оказалось невыполнимо, но я старалась увернуться хотя бы от загребущих рук, что так и норовили облапать меня.

— Машка, не выпендривайся! — Пашка начал злиться. Он и раньше не отличался спокойным нравом, а в подпитии так, вообще, бешеный. Ой, поздно я об этом вспомнила. — Не строй из себя целку! Пойдём, полечу твою голову и не только, будет весело!

Господи, как же вывернуться?

— Разве девушка не понятно выразилась?

Ледяной голос, внезапно раздавшийся со спины, казалось, заморозил всех и вся. Я не то, что похолодела, я превратилась в ледяную статую, которая в следующую секунду вспыхнула от обжигающего стыда. Ну, почему здесь? Почему сейчас?

Пашка очухался быстро. Наверное, внутренний градус поспособствовал.

— А ты кто? — нахмурил он кустистые брови. — Слышь, мужик, мы тут с однокурсницей сами разберёмся. Иди куда шёл. Вон тортик, небось, для своей зазнобы прихватил? Вот и иди. Правда, Машунь? — и опять потянулся ко мне пьяной мордой.

Терпеть не могупьяных мужиков. Чуть не стошнило.

— Паш, — я попятилась к боссу, справедливо решив, что он лучшее из зол. — Меня дома ждут, мне не до гостей.

— Да кто тебя ждёт? Муж и дети? — хохотнул Самойлов.

— Сын! — брякнула я.

Босс, тем временем, задвинул меня себе за спину и угрожающе зарычал:

— Оставьте девушку в покое!

А дальше… Дальше всё произошло, как в дешёвой мелодраме: Пашка петухом наскочил на шефа, толкнув его прямо на стеллаж с яйцами. Шеф успел вмазать моему обидчику по морде, затем прижать его неуловимым движением к полу, и тут стеллаж с хрупким товаром не выдержал потасовки. Я с ужасом наблюдала, как, словно в замедленной съёмке, упаковки с яйцами падают на мужчин, застывших у пола, в процессе падения раскрываясь и демонстрируя содержимое и качество товара. Пара секунд — и всё. Мы стояли в окружении вороха картонных и пластиковых коробок вперемешку с гоголь-моголем. На шефа я боялась поднять глаза. А когда подняла… Лучше бы осталась смотреть в пол, на пьяную тушу Самойлова или на разноцветные желеобразные потёки. Костюм Бориса Ивановича однозначно придётся выкидывать. По плечам и спине торжественно плыли яичные желтки, волосам тоже досталось, хоть сейчас просто взбивай пену вместо шампуня, да только скорлупа не даёт. Она яркими белыми осколками запуталась в тёмных прядях и очень уютно там себя чувствовала, по всей видимости. Одной рукой шеф фиксировал руки Пашки, коленом придавив того к полу, другой — удерживал голову. Мужчина пару раз попытался дёрнуться, но острое колено победителя впилось в поясницу ещё сильнее. Пашка охнул и затих. А шеф посмотрел на меня своими невозможными глазами, в которых бушевала ярость и злость. Добавить к этому гневно раздувающиеся крылья тонкого носа с лёгкой горбинкой и… Стало страшно. Очень страшно. Я даже не сразу поняла, что громкий визг принадлежит мне. Сразу же к моему присоединился визг продавщицы, что прибежала на шум. Теперь орали мы вдвоём. Только она от возмущения, а я от страха и разочарования: не видать мне работы — уволят, как пить дать уволят! И, главное, никто не спешил на крик! Конечно, был бы это крупный супермаркет, то давно уже бы охрана прекратила творящийся бедлам, но — увы. Из подсобкивыскочили лишь невысокий паренёк и престарелый мужичок.

— Павел Аркадьевич! — в унисон воскликнули вновь прибывшие. — Что ж так то!

И бросились к злобно сопящему Самойлову.

— Знаком он вам? — хмуро спросил шеф, нехотя выпуская из захвата моего бывшего однокурсника.

— Хозяин наш, — не менее хмуро ответила высокая женщина средних лет в форме. Наверное, администратор. Точно, вон на бейджике так и написано: Оксана Администратор.

— И часто он так? — не выдержала я. Просто стало