В плену эльфийских желаний - Татьяна Бэк

Я не успела ничего ответить, а Меолор уже оказался рядом со мной, накрывая моими горячие губы своими, прохладными после купания. Этот поцелуй был похож на глоток воды, сделанный путником, преодолевшим раскалённую пустыню.

Мужчины творили что-то невероятное с моим телом… Их языки, губы, ладони, ласкали каждый сантиметр кожи, открывая мне самой новые эрогенные зоны, о существовании которых и не подозревала.

Ролоем ускорил нажим и темп ласк, нежно терзая мой клитор с ловкостью и умением, то втягивая его ртом, то обжигая горячим дыханием. Его палец в это время проник в мою влажную дырочку и теперь двигался, надавливая на какие-то точки, отзывавшиеся сладкими судорогами.

Меолор в это время опустился к моей груди и теперь играл с затвердевшими сосками, лаская их по очереди, то грубо и напористо, то едва ощутимо.

Внутри меня происходило что-то невероятное. Я даже не могла отследить, где зародилось удовольствие, становясь всё больше, сильнее, неистовее, заполняя каждую клеточку, взрываясь сотнями искр. Тело выгнуло дугой, а мышцы одеревенели, но я даже не замечала этого, полностью отдавшись сладостному безумию оргазма.

Никогда не думала, что экстаз может длиться так долго. Я металась по кровати, кричала, шептала, умоляя прекратить, а затем прося не останавливаться. Шелковистая простыня подо мной стала влажной от пота и смазки, обильно стекавшей по моим бёдрам.

Когда последние всполохи оргазма затухли, откинулась на подушки, стараясь перевести дыхание и унять бешено бьющееся сердце.

— Как ты, человечка, мы тебя не слишком вымотали? — Насмешливо спросил Ролоем, оказываясь рядом и сдувая мою прядь волос.

— А мы ведь только начали! — подхватил второй эльф не менее лукаво.

Мгновение назад мне казалось, что больше не в состоянии возбудиться в ближайшее время, но тело вновь начало наполняться жаром и предвкушением.

— Завтра последний день праздника. «Эльфийский соблазн» закроется до следующего года. Ты решила, что будешь делать после? Действительно ли готова отправиться с нами в другую страну? — поинтересовался переменчивоглазый, разом становясь серьёзным.

— Так вы специально устроили этот феерический оргазм, чтобы стала сговорчивее? — догадалась я.

Мои избранники лишь одинаково улыбнулись и подмигнули мне.

— Коварные, невыносимые эльфы… Конечно, я с вами!

Глава 22

Даже не верилось, что всё заканчивается. В тёплом вечернем воздухе витала светлая грусть. Завтра «Эльфийский соблазн» закроется до следующего года, гости разъедутся, оставляя в сердце и душе воспоминания об этих беззаботных днях, наполненных весельем, страстью и свободой. Здесь все пока ещё были равны и могли делать всё, что заблагорассудится, не боясь осуждения, но уже завтра им придётся вернуться к обычной жизни, полной эльфийских правил и запретов, которые я не понимала.

— Всё же ваши традиции мне кажутся порой дикими! У вас сватовство длится десять-двадцать лет! Да за это время можно успеть разлюбить и начать ненавидеть избранника! — произнесла, делая глоток лёгкого белого вина, отдающего нагретой на солнце грушей и ароматом свежескошенной травы.

Компания эльфов, в которой отмечала последний день праздника, недовольно поджала губы. Ну как же, я ведь сказала этим гордецам, что они в чём-то могут быть неправы. Лишь Лаурель, моя подруга, приведшая меня в «Эльфийский соблазн», ухмыльнулась. Она не походила на остальных своих сородичей: в ней не было такого высокомерия и заносчивости, а огненно-рыжие и пышные формы выделялись на фоне худощавых и белокурых остроухих.

Мы с этой задорной хохотушкой сдружились, и мне было искренне жаль, что нам предстоит скоро расстаться. Мне будет не хватать её заливистого смеха, тёплой улыбки и поддержки.

— Кстати, Эльза, ты вообще собираешься расколдовывать Азаэля? — поинтересовалась она, переходя на более безопасную тему. — Долго он ещё торчать будет посреди арены? Завтра здесь уже никого не останется. Тёмного сожрут дикие звери!

— Сомневаюсь, что они захотят отравиться этим типом, но вы правы, нужно что-то сделать, иначе потом буду изводить себя муками совести! Только вот совершенно не представляю, как его расколдовать. Мне удалось его обездвижить случайно, просто испугалась. — призналась я.

Надо отметить, что после произошедшего тогда во время боя, остальные эльфы стали относиться ко мне более уважительно и доброжелательно, — возможно, опасались, что я могу зачаровать и их.

— Не переживай, милая, думаю, распорядитель боёв позаботится об Азаэле. Тёмный станет живым воплощением того, что может случиться с теми, кто нарушает правила! — произнёс Ролоем.

Пусть это было жестоко, но всё равно лучше, чем оставить скованного моей случайной магической вспышкой мужчину одного среди леса.

Огромное багровое солнце медленно и будто нехотя скрылось за горизонтом, и воздух сразу стал прохладнее, а лёгкий ветерок, недавно ласкавший кожу, задул крепкими порывами. Меорол пододвинулся ко мне и крепко прижал к своему телу, поглаживая по спине удивительно нежно. Этот рассудительный, внешне отстранённый и холодный даже по сравнению со своими сородичами эльф, менялся, стоило нам оказаться наедине. В последнее время я всё чаще ловила его взгляд, в котором проскальзывала теплота и даже восхищение.

В этот момент горячая ладонь Ролоема накрыла моё колено.

— Эльза, ты же замёрзла! — голосом недовольной няньки проворчал переменчивоглазый. — Не хватало ещё заболеть. Всё, пора в дом! Прощайся со всеми!

Спорить с этим упрямцем было бесполезно, мой избранник был уверен, что человечки очень хрупкие, поэтому относился ко мне, словно к драгоценной вазе из тончайшего невесомого фарфора. Это было безумно приятно, но порой раздражало.

Я поднялась с места и взглянула на Лаурель, которая сейчас была непривычно молчалива. Кажется, её тоже печалила наша разлука. Пусть объятия у эльфов были не в чести и считались признаком дурного тона, но мне было плевать, я всё же была человечкаой. Подойдя к задумчивой подруге, обняла её крепко-крепко и ощутила, что она мне ответила, обхватив за плечи.

Но вдруг рыжая отстранилась и внимательно посмотрела на меня. На миловидном лице промелькнул целый калейдоскоп эмоций: удивление, недоверие, тревога, а затем радость.

— Милая Эльза, послушай мой совет врачевателя, не пей вина! — прошептала она так, что больше никто не мог услышать её слов.

— Что случилось? — спросила испуганно, едва шевеля губами.

— Ты беременна! Девочка моя! Я тебя поздравляю!

Теперь Лаурель сама сжала меня в объятиях, а вот я застыла, словно ледяная фигура, пытаясь осознать услышанное.

Эпилог

Семь лет спустя

Солнечные лучи запутались в невесомых шторах, но затем всё же пробежались по моему лицу,