Подарок для ведьмы. Портал в шкафу - Мартиша Риш

В таверну вошёл невысокий мужчина, совсем невзрачный на вид, тощий, усталый. Сам хозяин тотчас бросился ему навстречу, усадил на свободное место. Вон, даже стул пододвинул. В таверне — и стул. Откуда он здесь вообще взялся? Мигом перед гостем возникла тарелка, полная аппетитного мяса, от него пар идет. На белоснежную салфетку с ломтей капает сок и, кажется, даже до этого нет никому дела. Гость взглянул на танцовщицу, сморщился и потянулся за кубком. Видно, что ягод для его сбитня не пожалели. Что там? Морошка? Ему — и морошка, а мне — ничего?!

— Это кто? — толкнул я соседа по скамье.

— Так известно, муж ведьмы. Еще месяца не прошло, как красавица Эльма взяла его в дом. По великой любви. После долгих ухаживаний — целый вечер они беседовали перед тем, как уйти из таверны, белочек даже ходили кормить. Так романтично!

— Такого тощего и неказистого? Красавица, говоришь? — я прикинул, мои шансы увезти ведьму отсюда в цитадель Магистра невероятно подскочили, уж если на этого мужичка кто-то польстился.

— Я же говорю, месяца не прошло со свадьбы! Каким он по-твоему должен быть, любящий муж? До свадьбы-то это кузнец был. Знаешь, какой? Пузо как горн от печи. Ух и силища!

— Ведьма его, что — не кормит? Голодом морит? Поэтому здесь дают побольше еды? Из жалости?

Мой собеседник хлопнул глазами, а потом над столом покатился хохот.

— Мало ты знаешь о ведьмах. Погоди, уляжется страсть, и Йохэл откормится.

Снаружи грохнуло. Да так, что гул прошёл по земле, и подпрыгнули стены, крыша подлетела вверх, опустилась обратно на свое место. Грохнула вся незамысловатая утварь, подлетел котелок, что висел над огнем. Показалось, что сами камни должны раскатиться из стен.

Мужчины переглянулись, танцовщица взлетела с бочки, мне показалось, что за ее спиной раскрылись два золотых крылышка. И только странный гость остался невероятно спокоен.

— Чья? В какой столько силищи?!! — вытаращил глаза хозяин таверны.

— Не было здесь отродясь таких ведьм, — огладил бороду мужчина постарше, — Сидим дальше. Не наша это. Да и грохнуло далеко.

С улицы послышалось ржание, я бросил взгляд в оконце и обомлел. Мой конь испугался грома. Вот он дернул головой, лопнула веревка, и жеребец выскочил на дорогу. Я подлетел, рванул к двери.

— Твоя жена, что ли, злится? Помочь чем? — дорогу мне заступил завсегдатай, — Смотри, убьет, так расстроится потом. Всем достанется. Урожая точно можно не ждать. Так что?

— Какая жена? У меня конь удрал!

Глава 7

Агата

— Только после вас. Так уж повелось, что хозяйка должна войти в дом первой, — соблазняющая улыбка изогнула губы хозяина пса, а как он сверкнул глазами. Как же я его ненавижу за все!

— Да и бес с вами!

— Может, обойдемся без бесов? — насторожился рогатый и начал беспокойно оглядывать траву под ногами.

— Надейтесь.

Калитка у дома сделана как будто из дерева, она вся в завитушках, а по центру прибит аккуратный полумесяц из жести. В спину мне сопит окопыченный красавчик. Если бы не рога и копыта, я бы залюбовалась… И о чем я только думаю? Нет, такому мужчине в принципе доверять нельзя. И даже не потому, что он красив и богат, а хотя бы потому, что он уже меня отравил. Надеюсь, не смертельно. Как бы я хотела сейчас очнуться, вырваться из загробной жизни.

В небе вдруг мелькнула метла. Она летит над нашими головами в сторону леса. Ее прутья топорщатся, торчат в разные стороны. Просто одна метла, сама по себе. только на изогнутой ручке болтается корзина, полная грибов. А где хозяйка этого транспорта? Может, где-то по близости случилось… как бы так помягче сказать, ДТП? Например, столкновение с деревом. Помощь, наверное, нужна.

— Не смотрите так. Чужую метлу грабить — последнее дело, а для меня и вовсе плохая примета, — озадаченно произнес орогаченный.

Так, не хочу я о метлах думать. Как бы только отсюда выбраться! В идеале живой. Может, сын сейчас вызвал скорую, и меня уже начали реанимировать? Как же, мечтай. Пока скорая доедет до моего дома, я три раза успею помереть окончательно. И то, если делать это буду неспешно и вдумчиво. Здесь поможет только чудо!

Калитка под моей рукой покачнулась на петлях и негромко заскрипела. От неё к дому ведет дорожка, выложенная камнями. Красиво все здесь, в загробном царстве. В моем животе басом заурчал голодный дракон. Правильно, я же поесть так и не успела. Сначала был трёхглавый монстр на стрижку, потом болонка… Стоп! Я что, голодна? То есть я действительно живая? Вряд ли я настолько увлеклась диетой, что стала голодным призраком!

— Ай! — пальцем я зацепилась за шипик калитки. Сколько же их здесь? Только что не было ни одного, а сейчас она вся ощетинилась словно ежик! Дикий такой ежик, суровый! На пальце у меня выступила капелька крови. Из калитки наружу вылез длинный язык, слизнул эту кровь, я и руку-то не успела отдёрнуть, — и тут же исчез. Впрочем и шипы растворились.

И снова передо мной красивая, аккуратная калитка, словно выписанная из каталога роскошных вещей. Вон и узор на резьбе проявился — ряды знаков и цифр, да тут вырезано целое стихотворение. Только трогать эту калитку мне что-то больше не хочется. Да и в текст вчитываться, наверное, не стоит. Где я нахожусь? Может, в пузырьке был не яд? Может, я просто крепко уснула? Но пальцу-то больно! Во сне не бывает боли. С другой стороны, я определенно жива.

— Это что было? — я обернулась к хозяину бесова пса

— Ах, это? — копытный улыбнулся, — Дом решил познакомиться с вами поближе, чтобы понять, стоит вас пускать в себя или не стоит.

— Распробовать на вкус? Перед тем, как сожрать?

— Поздравляю, вы проверку прошли. А я еще думал, почему такой дом пустует. Роскошный и совсем бесхозный. Видимо, предыдущие ведьмы ему не пришлись по вкусу. Не в этом смысле! — мужчина выставил перед собой ладони.

— Ядом не добили, решили действовать другим методом? Далась вам та песья шерсть! Обрастет ваш Чербер. Можно подумать, я ему хвост обстригла! А ведь могла!

— Да ни одна живая женщина не может коснуться Черба! — взвился мужчина и переступнл ногами. Нет, копыта, определённо ему не идут, — Даже просто коснуться! Он вселяет смертельный ужас в живое! Я один могу держать его при себе и не умирать от ужаса!

— Вы льстите ему и себе.