Девушка из снов - Натали Гагарина

было, и дежурный, узнав цель его визита, предложил присесть и подождать. Майор прибыл часа через полтора и, не обращая ни на кого внимания, сразу стал рыться в своих бумагах и звонить по телефону.

Товарищ майор, к вам тут посетитель, – доложил дежурный.

Тот поднял на него глаза, поздоровался и продолжал писать какую-то бумагу. – Вы от Бора? – не отрываясь от письма, спросил майор.

– Нет, – робко ответил Федос, даже не понимая, что это относится к нему.

– По какому вопросу?

– Мне вот тут дали визитку, – он вытащил из кармана визитку и впервые взглянул на неё. Там было написано: капитан милиции Бор Константин Иванович, должность и телефон, – Я к Вам за помощью. Майор посмотрел на визитную карточку, усмехнулся и, глядя на несчастного человека, спросил: – Как фамилия?

– Моя? Коренев… Федосей Георгиевич.

– Да нет, жены Вашей.

– Немцова Мария. Она жива? Куда её отвезли? Где?

– Пытаюсь помочь Вам.… Сейчас будем звонить…

– Пожалуйста… Прошу Вас… Дорога каждая минута…

Майор, глядя на Федоса, так тяжело и многозначительно вздохнул, что сердце Федоса сжалось, и он закрыл лицо руками. Погрузившись в свою жгучую боль, он не слышал, о чём говорил майор по телефону.

– Гражданин Коренев…. – Федосей Георгиевич, – звал его Чехонин, – вот вам адрес и телефон больницы скорой помощи, куда доставили потерпевшую Немцову Марию Григорьевну.

Федос впервые слышал это сочетание, он даже не знал, что она Григорьевна. Он пожал крепкую, жилистую руку майора и с благодарностью сказал: – А говорят, милиция наша плохая.. Да что бы мы без вас… Спасибо вам… Спасибо, майор.

Он не стал спрашивать, где находится эта больница, не хотел признаваться, что он только сегодня приехал в Москву. Назвался мужем, отвечай сам.

Выйдя из отделения, он отыскал справочную службу, где получил подробную информацию, как добраться до этой больницы.

День уже близился к вечеру. Москвичи с напряжёнными лицами спешили домой, кругом было полно людей… Суета, толкотня..

Федос целый час добирался на такси до своей цели. В приёмном покое больницы скорой помощи он ещё долго добивался, чтобы ему ответили, что потерпевшую Немцову часа два назад увезли в известную клинику Радожского. Состояние её практически безнадёжно, но кто-то «сверху» приказал везти её туда немедленно.

До клиники «Радожского» Федосей добрался уже к полуночи. Кроме приёмного покоя, все двери были заперты. Он, шатаясь от усталости, изнеможения, спросил о Марии. Девушка в приёмном покое ничего не знала о Немцовой, она только что заступила в ночную смену.

Федос, как заводной, ходил взад вперёд в помещении приёмного покоя. Внутри у него всё клокотало от передозировки волнения и усталости.

Парень – санитар вкатил носилки. На них лежал человек, закрытый зелёной простынею. Федос с ужасом смотрел на лежащее неподвижно тело. Все мысли в голове были только о Марии.

– Почему закрыли-то человека? Дышать же нечем… – сам, не зная зачем, спросил он санитара.

– Да вот, женщину не довезли… Умерла по дороге… – привычно ответил санитар, зевая и закрывая рукой рот.

У Федоса всё поплыло перед глазами, и он рухнул на кафельный пол…

Глава 15

Очнулся он, лежащим на кушетке, здесь же, в приёмном покое клиники. Молоденькая медсестра, сделав ему укол, стояла рядом, наблюдая за его состоянием.

– Ну, слава Богу!… Очнулись.. Ну и напугали Вы нас, дедушка! Сейчас доктора позову и, взяв телефон, она тихо сказала: «Сергей Афанасьевич, мужчина в приёмном покое пришёл в сознание. Вы дежурного врача пришлёте или сами подойдёте? Хорошо. Поняла. Я сделаю. Хорошо, Сергей Афанасьевич».

Федос медленно обвёл глазами помещение, пытаясь понять, где он и почему он здесь лежит. – Где я? – беспомощно улыбаясь, спросил он медсестру. – Вы, дедуля, в приёмном покое клиники «Радожского». Сутки уже лежите без сознания. Доктор Вас осматривал. Никаких видимых повреждений… Всё у Вас в порядке… Давление вот только высокое. Я Вам его постоянно измеряю. Две капельницы уже сделали, и витаминчики вот.. колю.. Главврач сказал, чтобы Вы не вставали до его прихода. Надо давление вам сейчас опять измерить, и вот один маленький укольчик… Он подойдёт к Вам после обхода больных. Будут решать, что с Вами делать: в палату переводить или домой отпускать. «Куда домой? В какую палату?» – не мог понять Федосей. Он лежал на кушетке в полной прострации, без единой мысли в голове. – Дедуля…, дело – дрянь, – думал он, – Дедуля… видно, выгляжу совсем паршиво… Дедуля…

Тонкая перегородка отделяла закуток, где он лежал, от основного помещения приёмного покоя. Там шла обычная больничная жизнь: кого-то оформляли на выписку, кому-то доказывали необходимость лечь в стационар на недельку. И тут Федос отчётливо вспомнил носилки, с закрытой простынёю женщиной. Он весь похолодел, и опять жутко закружилась голова. Федосей сжал руками края кушетки. – Маша… Машенька.. Ну как же так… Почему? Почему это случилось?! Боже мой! Какое горе!

Минут через сорок подошёл молодой врач приёмного отделения, следом за ним – главврач клиники Сергей Афанасьевич Шульман. Это был светловолосый мужчина лет пятидесяти, высокий и худощавый. Большие, тёмные глаза смотрели умно и пристально. – Как Христос, – промелькнуло в голове Федоса. Новый, зелёный халат безупречно сидел на нём поверх костюма. Красный галстук, как-то особенно ярко, выделялся на белой рубашке. Бледное лицо его было чем-то сильно озабочено, и присутствие здесь в приёмном покое пожилого мужчины, так внезапно свалившегося в обмороке с непонятной болезнью, явно не радовало. Тем не менее, он спокойно, профессиональным голосом спросил: – Скажите, больной, как Ваше имя?

– Здравствуйте, доктор. Я – не больной. Я – Федосей Георгиевич Коренев.

– Интересное имя у вас, Федосей. Скажите мне откровенно, что Вас беспокоит? Что Вы чувствуете? Вам сказали, что прошлой ночью Вы пришли в приёмный покой клиники и упали в обморок?

– Да, я уже в курсе.

– А затем, не приходя в сознание, Вы спали двадцать пять часов. Да, да, дорогой Федосей Георгиевич, целые сутки Вы именно спали. Вот, врач приёмного отделения обследовал Вас спящего и никаких отклонений не обнаружил. Расскажите нам всё, не спеша. У нас есть время выслушать Вас. Итак, что с Вами случилось?

– Я прилетел в Москву сутки назад… или уже двое почти, – сбивчиво рассказывал Федос, ища глазами часы, – К женщине… к моей любимой женщине.. Вы понимаете, доктор?

– Да, да.. И что же?

– Мы не смогли встретиться. Сначала самолёт приземлился в другом аэропорту. Потом у меня украли мобильник и чемодан. А потом… Её сбила машина. Вчера. Её не довезли до больницы. Она умерла. Федос закрыл лицо руками и зарыдал.

– Успокойтесь, Федосей Георгиевич. Вы не