Маша и фамильяры - Татьяна Berd

к способностям девушки. — Есть еще одно подходящее объяснение твоего иммунитета, — он задумчиво взглянул на Машу. — Ты чужая здесь. Гостья. Мир сам тебя оберегает. Ты не можешь обороняться, как это делают местные. Сам мир включил тебе защиту.

— Значит, мир знает, что я вернусь домой? — с надеждой спросила девушка.

— Нет, — уверенно покрутил головой кот. — Мир не знает, потому что ты сама этого не знаешь.

— Как это не знаю? — возмущенно воскликнула Маша. — Я очень хочу домой.

— Я чувствую тебя, — самодовольно хмыкнул Фентиш. — И очень хорошо вижу твои сомнения. И не только...

— Я что-то не поняла, — нахмурилась девушка. — То есть ты меня магически прощупываешь?

— Нет, — с досадой выдохнул кот. — Фамильяры очень хорошо чувствуют своих хозяев. Они с точностью угадываю их настроение, состояние и чувства. Но только своих. Чужие охраняются своими фамильярами, чтобы никто не мог выведать потаенное. У тебя фамильяра нет, защитить тебя некому. Ты для меня вся как на ладони... Боюсь, не только для меня.

— Господи, боже, мой! — с обидой запричитала Маша. — То есть я не могу ни о чем подумать, чтобы это не стало неизвестно тебе?

— Да, нет же! — раздраженно фыркнул Фентиш. — Я не менталист, я не читаю мысли. А вот твое душевное состояние вижу.

— Ерунда какая-то, — нахмурилась девушка. — Читать мысли и видеть душевное состояние — это не одно и то же.

— Нет, конечно, — удивленно посмотрел на нее кот. — Душевное состояние — это влюбленность, злость, обида и прочее. Мысли — это, о чем ты думаешь.

— Ну так я могу думать, как ненавижу короля, — пожала плечами Маша. — Ты же это почувствуешь.

— Ты можешь думать сколько угодно, — иронично усмехнулся Фентиш. — Я буду видеть, что ты чувствуешь на самом деле. И если уж брать за пример твое отношение к Алтимару, то, уверяю тебя, ненавистью к нему в твоей душе даже не пахнет. Даже намека нет... Ты уже и не злишься почти на него.

— Ну тебя! — недовольно буркнула девушка и насупилась.

— Не дуйся, — самодовольно хмыкнул кот. — Ты сама хотела объяснений. Я тебе их очень наглядно предоставил. И поверь мне, ты в менее худшем сейчас положении, нежели я.

— Это еще почему? — с сарказмом усмехнулась Маша.

— Потому что, когда Лайретта погибла, я должен был исчезнуть в ту же секунду, — тихо ответил он. — А я еще здесь. И абсолютно не понимаю, почему застрял тут, а не отправился на отдых.

— Расскажешь, что это значит? — осторожно попросила девушка.

— Как я тебе уже говорил, мы появляемся в этом мире в момент появления на свет нашего подопечного. Хозяина, как здесь любят себя величать маги. Но это опустим. Мы идем с ним по жизни до самого конца и уходим из этого мира на секунду раньше подопечного. Наша душа защищена от боли потери. Мы никогда не знали, что значит терять подопечного... А оказалось это нестерпимо больно.

Маша с удивлением смотрела, как плачет кот. Она знала, что они не способны на это... Но это в ее мире, а здесь... Фентиш, сидел отвернувшись от нее и судорожно вздрагивал от беззвучных рыданий. Девушка аккуратно взяла кота на руки и прижала к себе. Она ласково поглаживала его по спинке, давая ему возможность выплакать свое горе. Это надо сделать обязательно. Маша убедилась в этом на собственном опыте.

Глава 9. Немного истории

После завтрака, компанию за которым ему составила Маша, Алтимар отправился в столичный дворец. Чтобы быть не замеченным, он воспользовался своим правом короля и переместился порталом. Но от внимания верного личного секретаря Сертория Марсе ускользнуть не удалось.

Только Алтимар устроился в кресле в своем кабинете, Серторий тут же постучал в дверь.

— Входите, мистер Марсе, — с улыбкой проговорил король.

— Доброе утро, Ваше Величество, — учтиво поклонился секретарь, входя в кабинет.

Он подошел к столу, крепко прижимая к себе пачку документов.

— Серторий, скажи честно, ты дежуришь под моей дверью? — шутливо покачал головой король.

— Мне это ни к чему, Ваше Величество, — спокойно пожал плечами мистер Марсе. — Ваш портал довольно ощутим.

— Остальные его не слышат, — хмыкнул Алтимар.

— Вы не хуже меня знаете, Ваше Величество, что придворные заняты немного другими делами, — улыбнулся секретарь. — Они обсуждают последние новости.

— Этим занимаются в основном дамы, — с недоумевающей улыбкой поднял бровь король.

— Ваше Величество, некоторые мужчины не отстают от дам, — тихо рассмеялся секретарь.

— Очень интересно, — с сарказмом протянул Алтимар. — Но об этом ты мне поведаешь чуть позже, Серторий. А пока займемся делами.

Личный секретарь согласно кивнул и протянул королю первый документ, попутно объясняя что в нем. Алтимар внимательно слушая, одновременно изучая прошение от очередного преступника, пожелавшего пересмотреть его дело. Отрицательно покрутив головой, король сделал пометку на листе и отложил его в сторону, взяв из рук секретаря следующую бумагу.

Работа с документами заняла почти два часа. Аккуратно сложив листы, которые было необходимо передать исполнителям, секретарь, взглянув на короля, осторожно произнес:

— Герболд, — он протянул последний лист, оставшийся в его руках, — просит ему позволить присутствовать на балу.

— Отказано, — безапелляционно отрезал Алтимар и хмуро посмотрел на секретаря. — Надеюсь, ты не думал, что я позволю ему заявиться во дворец после всего, что он с отцом натворили?

— Я понимаю, что вызову у вас гнев, и, наверное, заслуженно, но все же выскажу свое мнение, — виновато произнес Серторий. — Ваш кузен был под влиянием своего отца, вашего дяди.

— Мой дядя, лорд Энней Делиль, конечно, был деспотичным диктатором, — согласно хмыкнул король. — Но, позволь тебе напомнить, Серторий, что Герболд старше меня на десять лет. Когда его отец поднял бунт, возомнив себя единственным «правильным» наследником деда, кузен вполне отдавал отчёт в своих действиях. И также напомню тебе, Серторий, что кузен является соучастником убийства моего отца. От казни его спасло только то, что не он вонзил меч в спину короля.

— Мне кажется, Ваше Величество, зная характер родного брата вашего отца, можно было проявить снисхождение к Герболду, — тихо проговорил секретарь.

—