Развод. Скажу спасибо - Оливия Туманова

- Я устроилась на работу в кафе, - говорю тихо.

Несколько секунд Антон молчит.

Потом медленно снимает пальто и бросает его на кресло. Аккуратно. Будто никуда не торопится.

- Ты устроилась на работу, - произносит он. - И не посчитала нужным сказать мне?

Я молча поднимаю на него взгляд.

- Ты меня предал, угрожал мне, продолжаешь изменять. А теперь ждешь, что я буду ждать тебя и все рассказывать, когда ты сам не рассказываешь мне ничего? - Я чувствую, как страх понемногу отступает, освобождая место злости.

- Значит, ты не хочешь жить нормальной семейной жизнью и решила найти себе приключений? - он тоже начинает закипать.

- О какой нормальной жизни ты говоришь, Антон? Это смешно. - отмахиваюсь я, разворачиваюсь и иду на кухню.

- Устроилась официанткой и мужика себе нашла? Я тебя содержу, а ты позоришь меня, Аня!

Его лицо меняется едва заметно. Челюсть напрягается. В его голосе нет удивления. Только холодное, ленивое презрение.

Он идет на кухню, а мне хочется увеличить расстояние между нами как можно больше.

- Мне нужна работа.

- Для чего?

Я смотрю на него.

- Чтобы у меня были свои деньги.

Антон чуть наклоняет голову.

- А моих тебе не хватало, значит?

- У меня нет твоих денег. У меня есть только то, что ты решаешь мне дать.

- Ты живешь в хорошей квартире. Одеваешься нормально. Тебе не нужно думать о счетах, продуктах, ремонтах. Я всё это решаю.

Сердце бьётся так быстро, что в груди становится больно. Но я больше не хочу отступать.

- Прекрати! Ты все контролируешь. Ты решаешь, сколько денег мне дать. Ты решаешь, могу ли я куда-то пойти. С кем общаться. Ты даже не хочешь показать мне документы по кредиту, о котором постоянно говоришь.

Взгляд Антона становится жёстким.

- Опять этот кредит.

- Да. Опять. Потому что я больше не верю тебе на слово.

- Ты хоть понимаешь, как смешно сейчас выглядишь? Устроилась на работу на пару смен - и уже решила, что сама можешь платить кредит? Или ты, может, думаешь, что твой новый мужик за тебя его заплатит?

- Я думаю, что никакого кредита нет, - уже спокойнее говорю я то, что действительно думаю.

Антон ухмыляется, проходит мимо меня на кухню. Я слышу, как он открывает шкафчик, достает стакан и наливает себе виски.

Будто разговор его совсем не волнует.

- Аня, - говорит он, не оборачиваясь. - Ты не понимаешь, как устроены взрослые вещи.

У меня внутри что-то холодеет.

Раньше эта фраза заставила бы меня сомневаться. Я бы решила, что он прав. Что я действительно ничего не понимаю. Что кредит - это сложно, финансы - не мое, а Антон просто пытается оградить меня от проблем.

Но сейчас я вижу только одно. Он не сказал: «Хорошо, я покажу документы». Он сказал: «Ты не поймёшь». И я уверена, что он блефует.

Наши взгляды пересекаются, а молчание затягивается. Я смотрю на него и не понимаю, как я могла любить этого человека. Мне становится все это противно, и я решаю больше не тянуть ни минуты.

- Я хочу развестись. - Словно сквозь толщу воды слышу я свой собственный голос.

Глава девятнадцатая

- Я хочу развестись. - Словно сквозь толщу воды, слышу я свой собственный голос.

Антон смотрит на меня несколько секунд. Потом медленно качает головой и усмехается.

- Невероятно. Я работаю, обеспечиваю тебя, даю тебе всё, а ты в благодарность начинаешь устраивать мне вот это.

- Я устраиваю? Не переводи стрелки. Ты не имеешь права говорить мне о верности.

- Ха, ты думаешь, что тебе подвернулся мужчина поинтереснее, и ты сразу решила уйти.

От удивления я не знаю, что сказать.

- Конечно, - говорит Антон с усмешкой. - Ты же у нас невинная овечка. Работаешь теперь, ездишь в чужих машинах. А потом будешь рассказывать, что ничего не было.

Его слова ударяют сильнее, чем я готова признать. Я чувствую, как дрожат руки, а щеки вспыхивают.

Да, мне нравится Илья, и рядом с ним я чувствую что-то, чего давно не чувствовала.

Но это не даёт Антону права говорить со мной так. Раньше я бы начала доказывать, что Илья ни при чём, что между нами ничего не произошло, что я не предавала Антона.

Но зачем? Он все равно не хочет слышать правду. Ему нужна не правда. Ему нужна моя вина.

- Я ухожу от тебя и подам на развод, - говорю я.

Он замолкает. В квартире становится так тихо, что я слышу гул холодильника на кухне.

Я смотрю ему в глаза. Страшно. Очень страшно. Но почему-то ещё страшнее - остаться.

Несколько секунд Антон просто смотрит на меня. Потом смеется. Коротко, без веселья.

- На развод?

- Да.

- Ты серьёзно думаешь, что справишься?

- Справлюсь.

- На зарплату официантки?

Я сжимаю губы, отворачиваюсь и иду в спальню. Ничего не собираюсь ему объяснять.

Руки все еще дрожат. Я молча достаю из шкафа дорожную сумку. Бросаю туда зарядку, документы, белье, теплый свитер, джинсы, пару платьев и свою шкатулку с украшениями, которые он мне дарил. Они мои, и я не собираюсь оставлять ему все. Затем иду в ванную и собираю косметичку. Движения механические, будто это все происходит не со мной.

Я замираю у раковины и смотрю на свое отражение. Бледное лицо, покрасневшие глаза и волосы, влажные от дождя.

Антон стоит в дверях с застывшим лицом.

- Я не дам тебе развод, Аня. Через неделю приползешь обратно, - говорит он. - Когда поймёшь, что твой новый ухажер не собирается решать твои проблемы, тогда мы и поговорим.

Я беру пальто, сумку и прохожу мимо него, останавливаясь у входной двери.

На секунду перед глазами возникает Илья. Его теплая ладонь на моей руке. Его голос: “Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, не обязательно объяснять все сразу. Просто позвони”.

Я не позвоню. Не сегодня. Сегодня я должна сделать это сама.

- Антон, я ухожу не к нему, - говорю я, берясь за ручку двери. - Я ухожу от тебя.

Я открываю дверь в подъезд.

- Аня, - грозно окликает Антон.

Я не оборачиваюсь.

- Ты пожалеешь.

Я закрываю за собой дверь. В подъезде холодно и темно. Я прислоняюсь спиной к стене, закрываю глаза и делаю вдох. Потом еще один. И быстрым шагом спускаюсь по лестнице вниз, пока не передумала. На ходу набираю Кристине, и, когда она берет трубку, меня уже начинает бить мелкая дрожь и голос не слушается.

- Ань? Ты чего так поздно?

- Крис... - выдыхаю я наконец. - Можно я к тебе приеду?

На том конце повисает короткая пауза.

- Конечно, что случилось?

- Возможно, я только что совершила самую