#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

— Неплохо, — весело отозвался Даня. — Целый день лежал на диване и смотрел на то, как жена квартиру драит.

Я пихнула его в бок.

— Весельчак, — погрозил ему пальцем Стас. — А у тебя как дела, Дашенька?

— Отлично, борщ вот учусь готовить, — ответила я, — салаты стругаю.

— Брачная ночь хорошо прошла? — явно пытался быть свойским парнем Чернов.

— Что за вопросы, Станислав, — раздалось за его спиной. И Стас закатил глаза, прежде чем повернуться — позади него стоял Петр Иванович Лиферов. Кажется, он был не совсем в духе — губы пожаты, широкие брови сдвинуты, в глазах — недовольство. За его спиной стояла Руслана в маленьком черном платье — сама изящность и элегантность. Она провела большим пальцем по горлу — весьма неожиданный жест со стороны хрупкой девушки, которую явно достал собственный отец.

— Да я же шучу, Петр Иванович, — через силу улыбнулся Чернов.

— Шутки — это когда смешно.

— Здравствуйте, — нестройным хором поздоровались мы с Люциферовым, пытаясь отвлечь его от Стаса.

— Здравствуйте, — уставился на нас Петр Иванович. — Мне вот интересно — это новая мода такая? После свадьбы молодоженам принято в медовый месяц отправляться. Или старший брат денег зажал? — внимательно посмотрел он на Стаса.

— Мы на новогодние каникулы поедем, — отозвался Даня. — Даша ведь учится еще. Не нужно от учебы отрываться.

— Отправлю их в круиз по Средиземному морю, — тотчас добавил Стас.

Люциферов покачал головой и направился в гостиную, откуда доносились голоса.

— Папа сегодня не в духе, — вздохнула Руслана. — Давление.

— Если давление — в номере надо было оставаться, — в сердцах сказал Стас. — А не портить всем обед.

— Любимый, — укоризненно посмотрела на него Руслана. — Папа ведь обещал тебе, что приедет, и приехал. Папа держит обещание.

— Пусть тогда пообещает, что даст разрешение на свадьбу, — вздохнул Стас, которому происходящее, очевидно, успело надоесть.

— Вообще-то папа уже смягчился. Ты ему очень понравился, — улыбнулась она Дане. — Он вчера все говорил, какой у Стаса хороший и ответственный брат. Намекал, что генетика неплохая.

Чернов вдруг поморщился, и Руслана замолчала, прикусив губу. Видимо, вспомнила, каким был настоящий брат Стаса.

— Ладно, — сразу же взял себя в руки хозяин дома, — идем в столовую. Кстати, с нами будут обедать несколько моих друзей со своими спутницами. Если что, о моем брате они ничего не знают.

Даня кивнул, взял меня за руку и повел следом за Стасом, который через гостиную провел нас в столовую.

3.15

— О, могодые пгишли! — первым заметил нас дедушка, и гости оживились. А я удивленно рассматривала столовую. Это была просторная светлая комната, в которой каждая деталь, казалось, была пропитана духом аристократизма — начиная с длинного прямоугольного стола из белого дерева, над которым висела хрустальная люстра, заканчивая полом из светлого каррарского мрамора. Что мрамор каррарский, я узнала позже из разговора Стаса с кем-то из братьев Русланы. А также узнала, что именно из него знаменитый Микеланджело высек Давида. Чернов явно пытался, как будто невзначай, показать будущим родственникам свою финансовую состоятельность и тонкий вкус, однако отец Русланы то и дело с неодобрением на него посматривал. А один раз даже назвал пижоном.

Родителей и дедушку Русланы усадили по правую руку от Стаса, занимающего место во главе стола, а нас с Даней — по левую. Два стула рядом с нами пустовали — эти места были оставлены для одного из друзей Чернова со спутницей, которые несколько опаздывали.

Первую четверть часа все внимание было обращено на нас двоих — всем было интересно, как поживают молодожены, и мы с Даней, не переставая улыбаться, отвечали на дурацкие вопросы и благодарили за теплые пожелания. А я была так мила, что даже не стала отвечать на глупый подкол милой Яночки, которая никак не хотела оставить в покое Даню, как будто забыв, что он, вообще-то, женатый человек.

Потом вниманием гостей завладел один из друзей Стаса — молодой, но амбициозный политик из правящей партии, который явно знал не понаслышке, что такое быть душой компании. Второй друг Стаса оказался доктором-нейрохирургом — тоже молодым, но уже довольно именитым. Оба они пришли с супругами — бизнесмена сопровождала томная красавица модельной внешности, а доктора — обычная девушка с двухгодовалым ребенком, который вел себя на удивление спокойно. Сидел на коленях у мамы и рассматривал гостей.

Друзей Чернов, конечно, позвал не просто так — хотел продемонстрировать круг своего общения. Мол, его друзья — не просто какие-то там среднестатические граждане, а птицы высокого полета. Ему важно было доказать отцу Русланы, что он достоин ее.

Друзья Стаса, видимо, действительно никогда не видели его младшего брата, потому что не заподозрили подмены. Они благосклонно поздоровались с нами, поздравили с прошедшим бракосочетанием, а политик даже заявил:

— Сразу видно — братья! Одна стать, одна мощь!

— И одна форма черепа, — иронически заметил доктор.

— А у кого-то вместо черепа подушка, набитая желе, — пробурчала Яна, скрестив на груди руки и глядя на меня. Я проигнорировала мелкую нахалку. И крепче вцепилась в Даню, демонстрируя окружающим нашу с ним любовь.

— Кто тут должен сидеть? — спросил Матвеев у Стаса перед подачей блюд, которой, кстати, занимался персонал ресторана — Чернов постарался, чтобы все было на уровне. Уж если производить впечатление — то по полной.

— Еще один друг, ученый. Он едет, скоро будет, — отмахнулся тот. И Даня не стал уточнять, что это за друг.