Бойня - Шанталь Тессье

— За что? — не могу не спросить я.

— За то, что ты у меня есть.

Мой желудок сжимается, и к горлу подступает комок, затрудняя дыхание. Она только что произнесла слова, которые я всегда знала, но никогда не осмеливалась произнести. Если бы я была парнем, все было бы иначе. Меня бы чествовали за то, что у меня скоро появится киска, которую можно будет трахать.

— Если у тебя когда-нибудь будет шанс, Эштин, беги. Беги изо всех сил и никогда не оглядывайся. Ты меня понимаешь?

Не знаю, куда, по её мнению, я побегу, но страх в её глазах заставляет кивнуть.

— Ага-а-а.

— Я серьёзно. Тебя никогда не будет достаточно для Лорда, — откидываясь на спинку кресла, мама бормочет: — Ни одной женщине такой не стать... и в тебе нет ничего особенного.

СЕМЬ

СЕНТ

Я сижу на своей кровати в доме Лордов и наблюдаю за Эштин по телефону. У меня есть камеры в её комнате в доме родителей и у неё дома. Они стоят там уже больше года. Прошлой ночью я не спал всю ночь из-за Лордов и, наконец, в семь утра пригнал машину Эш к дому. Мне так сильно хотелось зайти внутрь и увидеть её, но заставил себя уйти.

Я заставил себя пойти домой и поспать несколько часов. Когда проснулся, то не смог удержаться. Вывел крупным планом видеозапись её комнаты и смотрел, как она просыпалась этим утром.

Эш ушла час назад, чтобы пойти на сеанс к психотерапевту своей матери, которую, как я знаю, её заставляют посещать. Но на моём мобильном Эштин все ещё лежит на кровати и смотрит порно на своём телефоне. Я слышу стоны и рвотные позывы женщины, которую трахают, судя по звукам, несколько мужчин.

Эштин раскачивается взад-вперёд на своём одеяле. Впивается зубами в нижнюю губу, левой рукой массируя грудь. Она так чертовски нуждается, что это восхитительно.

Я представляю, как моя конфетка на четвереньках ползёт ко мне по полу со слезами на глазах, умоляя трахнуть её. Позволить ей кончить.

— Сент, — произносит она моё имя, и я стону.

Ебать, никогда не слышал ничего более отчаянного, а я видел, как взрослые мужчины умоляли сохранить им жизнь. Ничто не может превзойти её.

Я стягиваю с себя треники и обхватываю свой твёрдый член. И представляю, как Эштин лежит на животе между моих раздвинутых ног, обхватив губами мой член. Красивые голубые глаза, полные слёз, смотрят на меня, пока она давится. С её идеальных губ стекают слюни, а по щекам текут слёзы. На это стоит посмотреть, и я жду не дождусь, когда смогу записать это на свой телефон, чтобы показать Эштин, как красиво она выглядит в роли моей грязной шлюхи.

Эштин запрокидывает голову и сжимает свой сосок, слегка потягивая его и заставляя себя ахнуть. Но она не отпускает его. Вместо этого Эш тянет сильнее, впиваясь зубами в губы, чтобы подавить крик.

Ей нравится боль. Я видел, как она раздвигает свои границы снова и снова в течение последнего года на скрытых камерах, установленных в её комнате.

Протянув руку, Эштин хватает лежащий рядом вибратор, и комната наполняется жужжанием. Она широко раздвигает ноги и прикладывает вибратор к своей киске поверх нижнего белья телесного цвета. Эш никогда не раздевается, когда играет с собой. Думаю, сама мысль о том, чтобы прикоснуться к себе, заставляет её нервничать. Эштин боится, что зайдёт слишком далеко и в конце концов начнёт ласкать себя пальцами.

— О... Боже... — стонет Эш, её бёдра подрагивают, когда она ещё больше вдавливается в матрас.

Скоро Эштин будет трахаться со мной, и тогда она поймёт, что Бог не сможет ей помочь.

Телефон выпадает из её руки, и она оставляет его лежать рядом с собой, пока насаживается на вибратор. Её голос повышается, и она хлопает себя свободной рукой по лицу. Я сжимаю руку на твёрдом члене, когда Эштин зажимает нос, ограничивая доступ воздуха.

— Ох, милая, — шепчу я, наслаждаясь тем, что она показывает мне, что ей нравится. Эштин не боится экспериментировать. Она и понятия не имеет, насколько это может быть хорошо.

Я не девственник. Трахался в старших классах. Мысль о том, что в колледже придётся три года обходиться без секса, была вызовом, который я был более чем готов принять. Но в тот момент, когда понял, что та, которую хотел, хочет меня, то почти сказал: «На хер Лордов». Но мысль о том, что она может достаться кому-то другому, взяла верх.

Если бы я трахнул её, меня бы выгнали, а Эш стала бы использованной шлюхой, поскольку должна быть девственницей для своего Лорда. Мне не хотелось рисковать. Если кто-то ещё и трахнет её, кроме меня, то только потому, что я им это позволю.

Я наблюдаю, как покачиваются её бедра, и она качает головой, всё ещё прижимая руку к лицу и зажимая нос. Эштин напрягается, и её шея выгибается дугой, когда кончает на своё нижнее белье.

Она убирает руку и выключает вибратор. Задыхаясь и тяжело дыша, Эштин бросает его на пол, и я смотрю на мокрое пятно на её трусиках, покрывающее её киску. Если бы был там, то бы сорвал их и засунул ей в рот, чтобы она могла попробовать себя на вкус, пока я зарываюсь лицом между её дрожащих ног и заставляю её снова кончить мне на лицо.

Через минуту Эш встаёт, убирает вибратор и идёт в ванную. Единственный звук, который я слышу, — это то, как в телефоне продолжают трахать женщину.

Мгновением позже её дверь открывается, и я отпускаю член и сажусь прямее. Её мама подходит к кровати и берёт мобилу Эштин. У неё отвисает челюсть от звука рвотного позыва, который издаёт женщина.

В этот момент Эштин выходит из ванной, уже полностью одетая, и её мама смотрит на неё.

— Мама? — вскрикивает она.

— Что, чёрт возьми, ты делаешь? — спрашивает её мать, поднимая телефон Эштин.

Эш скрещивает руки на груди и закатывает глаза.

— Это просто порнуха, мам. Не то чтобы я с кем-то трахалась.

Её мать фыркает и останавливает видео, а затем бросает телефон на кровать.

— Собирайся. Мы уезжаем через двадцать минут.

— Куда мы едем? — спрашивает Эштин, делая шаг вперёд.

Её мать, не ответив,