Больше не кукла - Ольга Островская

− А если я откажусь? Вы увезёте меня против воли?

− А ты откажешься? Неужели не хочешь убедиться в том, что в твоём разуме не прописалось ничего чуждого? – вскидывает бровь Са-ард.

Ах, вот оно что? А это возможно вообще?

− А если вдруг прописалось? Тогда что? Меня уничтожат?

− Нет. Тебя освободят от неё. Навсегда, − твёрдо произносит Са-ард.

И это реально звучит, как обещание, или даже клятва. Которой хочется верить. Он прав, я не хочу, чтобы в моём разуме копошилось что-то лишнее и не моё.

− У нас есть сильнейшие менталисты, способные справиться даже с Хаманой, − со странной усмешкой сообщает Шоа-дар. – Если ты окажешь содействие, конечно же. Малышка, мы не хотим увозить тебя силой. Понимаем, что ты сомневаешься. Но и ты пойми нас. Мы не можем ослушаться прямого приказа наших правителей и должны доставить тебя в Аша-Ирон. Поверь, тебе ничего плохого там не угрожает.

− Угу. А если ваши правители вдруг решат, что я угроза? Что тогда?

− Тогда мы сделаем всё возможное и невозможное, чтобы доказать обратное.

− А если не пол… − открываю я рот. Но на губы внезапно ложится мужской палец.

− Получится, Женя, − обдаёт ухо жаркое дыхание Са-арда. − Сама ты не представляешь угрозы для империи и Вселенной. А на Хаману есть управа.

− Наши Повелители уже побеждали её, добившись изгнания из нашей реальности, − поддерживает его брат. − К тебе никто не настроен враждебно. Тебя ждут в империи. Ты важна. Ты будущая принцесса Дома Чёрных на-агаров. И, к слову, о твоём благополучии очень сильно беспокоится сама императрица. Она лично потребовала от нас обещания, что мы не причиним тебе вреда и никак не обидим.

Ничего себе. Императрица обо мне беспокоится? Поверить не могу, что одна маленькая я могу быть настолько интересна правителям целой инопланетной империи. Та даже этим двум хвостатым, которые, как я понимаю, в этой империи тоже далеко не последние лица.

Меня родная мать ни во что не ставит, а тут такое…

Но на-агары говорят так уверенно и убеждённо, что и я начинаю по чуть-чуть проникаться, несмотря на все сомнения.

И я всё чаще ловлю себя на мысли, что готова согласиться. Что мне интересно увидеть эту неведомую могущественную империю, настоящих императоров и императрицу, другие чудеса инопланетных цивилизаций. Узнать, почему я настолько важна, что меня уже около часа, если не больше, старательно уламывают и убеждают, хотя могли бы просто увезти. Нет у меня заблуждений насчёт того, что я могла бы им противостоять, если бы пришлось. Но они убеждают, а не принуждают. И такое отношение реально подкупает.

Останавливает только страх неизвестного… и мама. Как бы она ко мне ни относилась, моё бесследное исчезновение станет для неё сильным ударом. А я... не могу так.

− У меня есть ещё один вопрос. Который теперь, когда я знаю, как вы выглядите, очень сильно меня беспокоит, − признаюсь. Поворачиваю голову к Са-арду, чтобы посмотреть ему в глаза. – Скажите честно, что с моими родными? И с… гостями, которые были в нашем доме. Вы точно ничего им не сделали?

− Кое-что сделал, − сузив глаза, выдаёт он. И прежде чем я успеваю испугаться, продолжает: − Я внушил твоей матери, что она сама отправила тебя лечиться в другую страну. И ты там останешься, потому что устала от её контроля, а она не будет искать с тобой связи. Приблизительно то же самое, будет думать и ваша служанка. А ваши гости забудут, что ты вообще присутствовала на ужине. О моём появлении также никто не будет помнить.

По мере его монолога мои глаза становятся вс больше, а лицо потрясённо вытягивается.

− Внушили… так вы… вы…

− Да, я менталист. Один из сильнейших в империи. И я лично позабочусь, чтобы твой разум был чист от посторонних вмешательств. Если ты мне доверишься. Так каков твой ответ? Ты полетишь с нами, Женя?

Глава 9

Са-ард

− Какое-то её «да» было не очень уверенное, − хмуро выдаёт Шоа-дар, задумчиво скользя вокруг стола управления. – Ты не пробовал её читать? Она нам хоть поверила?

Накормив Женю и изложив всё, что девочке нужно знать, мы действительно услышали её нерешительное согласие. А потом она попросила, чтобы мы показали, где её «каюта», как там всё устроено, и захотела остаться одна. Правда, спустя некоторое время всё-таки впустила к себе Треша, который беззастенчиво начал скрестись в наш спальный отсек и скулить, выпрашивая её внимание.

− Пробовал поверхнос-с-стно. Поверила, но не могу с-с-сказать, что до конца, − сообщаю, проверяя готовность к полёту. Наконец-то бортовые системы Саяре полностью восстановились. И поскольку Женя у нас на борту, можно отправляться в обратный путь.

− Что именно у неё вызывает с-с-сомнения? – останавливается Шоа напротив меня.

− Вс-с-сё, − роняю коротко. Но проходит минута, две, а он даже не думает сдвигаться с места, буравя меня вопросительным взглядом. Не отстанет. Вздохнув, напоминаю себе, что это мой младший брат, и даю более развёрнутый ответ: – Ш-ш-шоа, она забыла о нас всё. В её представлении земляне единственная разумная рас-с-са, о которой известно, а существование других цивилизаций в кос-с-смосе под больш-ш-шим вопросом. О существовании других вселенных и макровселенной она даже не подозревала, у них бытуют другие теории мироустройства. К тому же наш-ш-ша девочка выросла под жёстким гнетом матери и при вс-с-сём своём стремлении к свободе и с-с-самовыражению, с трудом верит в то, что может быть настолько важна для кого-то с-с-сама по себе.

− То ес-с-сть…

− То ес-с-сть наше решение не давить и убеждать вместо того, чтобы действовать против её воли, было единс-с-ственно верным по отнош-ш-шению к Жене. Именно это и подтолкнуло её принять верное решение, несмотря на сомнения. Ну и кроме того, ей любопытно увидеть всё, о чём мы рас-с-сказали.

В чём-то я понимаю состояние Шоа. Самому с трудом удаётся сосредоточиться на работе, а не думать о нашей маленькой землянке и не метаться по кораблю, пытаясь понять, почему она нас не помнит и как её заполучить снова. Но она здесь, жива, уже здорова, остальное только в наших руках. И я уже не испытываю