Развод. Ты нас предал - Ольга Игонина

несложно, когда в тебе почти два метра. Она такая хрупкая и трепетная, даже живот ее не портит. Он аккуратный, и никаких вот этих страшилок с огромным носом, какими-то жуткими пятнами у супруги не случилось.

— Демид, ты сошел с ума? У нас скоро будет ребенок, а у него ни коляски, ни кроватки. Я уже поняла, что ты не только на меня наплевал, но и на нашего ребенка. Или у тебя, может, запасные есть, от каждой бабы.

— Магазины — дурная трата времени. Выбери в интернете, тебе сайты найти? А вообще, уже давно есть сервисы, где по твоим требованиям составляют все в лучшем виде. Сама тупишь, беременные мозги — все понимаю. У тебя подруженька есть, пронырливая, все умеет. У нее спроси, с ней посиди, она тебе все в лучшем виде соберет.

— Вот сам с ней и смотри, — огрызается. Но молчит, видимо, и правда, не поняла, кто была со мной.

Психует. Выкручивается, выходит, идет в комнату. Ничего, и твою спесь собью. Развода ты не получишь, а вот подстраиваться под меня научишься. У тебя нет шансов.

Пока Альбинка будет гонять по своим Детским мирам, я найду способ себя развлечь.

Глава 20

Алевтина

Еду в торговый центр. В такси. Больше никакого общественного транспорта, только лучшее для себя. Не зря весь ютуб прошерстила, всех модных дорогих девушек послушала и правильные сделала выводы. Крутые мужчины любят только самочек, от которых у них не только воображение штырит, но и кошелек, и все внутри оживает. Надо с Алькой еще все провернуть так, чтобы ее устранить, уж больно цепкая оказалась и слепая.

Стоим на светофоре. Смотрю, как молодые женщины пакеты и сумки со жратвой домой тянут, что у нас всемирный голод объявили? Или последний день, как продукты к Новому году продают? Так и хочется им крикнуть, бабоньки, что же вы — дуры такие слепые. Ваши борщи в триста лет никому не нужны. Вернее, они не нужны нормальным мужикам, а на ваших нищебродов никто и внимание не обратит.

Натягиваю улыбочку, чтобы подружку с мыслей сбить.

Мы с ней договорились у второй колонны встретиться. Вот и посмотрим, как она себя будет чувствовать. Я подготовилась, чтобы ей со всех сторон было приятно.

— Алечка, привет! — бегу к ней, вся такая милая-милая. — Беременность тебя меняет каждый день. Ты такой миленький муми-трольчик. Просто ми-ми.

Обнимаю Альбину, кладу руку на живот. Ну что, мой возможный пасынок, сиди там подольше и не мешай мне. Или рождайся и устрой своей мамаше ад.

— Муми-тролльчик? — Подруга улыбается, но вижу, что ей неприятны мои слова. — Ты меня сейчас с бегемотиком сравнила?

В глазах грусть, кажется, она сдерживает слезы изо всех сил. Ничего, милая, это только цветочки, ягодки еще впереди.

— Да ты что? — хватаю телефон, ищу картинку этих мультяшных героев. Конечно, они милые, но толстые и не сексуальные. — Их же так и хочется потискать. Рассказывай, какие у нас сегодня планы? Ко мне часов в двенадцать на минутку знакомый подъедет, мы его в кафе встретим. Хорошо? Я тебя приглашаю на чай с пироженкой. Или фруктами, как тебе больше нравится.

— Сначала по детским одежкам пробежим, хочу хотя бы бодиков парочку купить. А то вот так в роддом попаду внезапно, ребенок в чем будет? — хлопает невинно глазками. Ей-Богу, беременность делает из женщины амебу. Значит, надо Демида убедить, что Алька не сможет заботиться о сыне, и пусть он его заберет. А я буду лучшей мамой для него. Сама рожать не буду, нафиг надо, и фигуру портить, и грудь потом в мочалку превратится, и вдруг тоже отупею.

Идем в царство недалеких женщин. Альбинка останавливается у детской коляски. Смотрю на стоимость, обалдеть! Вот что должно быть в голове, чтобы за такие деньги купить то, что ребенок даже не оценит. Хотя я бы взяла самую дорогую, чтобы все в округе понимали, кто тут главная стильная мама.

— Возьму вот эти, — Альбинка показывает два костюмчика.

— Ой, какие хорошенькие! А почему не синие? Желтый, зеленый — это разве цвета для мальчиков?

Альбина, услышь меня! Если ты не включишь мозги, ты не только мужика потеряешь, но и ребенка.

— А почему нет? Мне кажется, что все это предрассудки.

Вижу, что она сильно переживает, дергается. И причину-то знаю, но хочу, чтобы она рассказала. Мне кажется, это будет очень трогательная картина. Сопли, слезы, воздыхания, как она сильно любит Демида, как она страдает, что ребенок будет расти без отца.

— Альбинчик, — аккуратно беру ее за руку. — Прости, если лезу не в свое дело, ты вся какая-то зажатая, расстроенная. Ты же помнишь, что я эмпат, я тебя хорошо чувствую. Вдруг тебе не с кем поговорить, не держи в себе все тревоги. Я знаю, что ты и из-за родов тревожишься. Но что-то мне подсказывает, у вас с Демидом разлад. Ты помни, что я всегда на твоей стороне, никому ничего не скажу. Но просто побуду рядом, подержу тебя за руку. И знаешь, мы и без Демида ребенка воспитаем.

Смотрю за реакцией. Зрачки прыгают, взгляд отрешенный. Ага, попала в болевую точку.

— Мне надо присесть. Пойдем в кафе.

Лицо бледное, а уши красные. Ай да я, просто победитель по жизни.

Беру Альбинку под руку, веду в кафе. У нас их в торговом центре два, выбираю получше. У меня же для нее сюрприз...

— Тебе травяной чай взять? И «Павлову», как всегда? Алина, да пошли всех в лес. У тебя папа вон какой, и если что, Егор думаю, будет не против на себя сына записать. Он же с тебя глаз не сводит.

— Да какой Егор, Алевтин. Сейчас... мне надо немного успокоиться.

Смотрю на телефон, где-то рядом уже «подарочек». Скидываю звоночек Демиду.

— Я руки помою, две секунды.

Выхожу из-за стола. Как неудобно дамская комната расположена, ничего не подсмотреть.

Стою за углом, наблюдаю. Демид, ну, звони же! Что я зря все до секунды просчитывала.

Ага, вот светится телефон. Вот она берет его в руки. И...

Звон битого стекла. Чашка падает на пол. Официант бежит к Альбинке.

Выхожу из-за угла.

В глазах Альки слезы. Она держит мой телефон. На дисплее фотография — я на фоне спящего Демида.

Ни слова мне не говорит, протягивает телефон. Нажимаю зеленую кнопку.

— Да, дорогой. Я в Сирее.

Вижу знакомый силуэт.

А вот и прекрасная встреча.

— Значит, эта брюнетка — ты? Вот так сюрприз! Конечно, как я могла услышать чужой