Последняя фея: Охота на бескрылую - Тая Ан

удовольствием пропела первый куплет, наслаждаясь необычным эхом от звучания собственного голоса. Для этого здесь было все устроено куда профессиональнее, чем на нашей институтской сцене… Я с легкостью могла представить себя в потрясающем вечернем платье в окружении десятков наблюдателей, и, как ни странно, ощущение мне понравилось. Я даже на пару минут слегка забылась в собственных фантазиях, снова уносясь куда-то далеко, ведь здесь это оказалось гораздо проще.

На длинном проигрыше после последнего куплета, на подиум запрыгнул Норт, и снова взял мои руки в свои. Он положил их себе на плечи, и плавно закружил меня в танце, не отрывая своих лихорадочно блестящих глаз от моего лица. И, несмотря на это внезапное вторжение в мое личное пространство, мне захотелось беспечно рассмеяться. Никогда не думала, что это мое влияние на кого-то может приносить удовольствие мне самой. И я все-таки не выдержала, и рассмеялась, но чего я совсем никак могла ожидать, так это того, что он поцелует меня в ответ.

4. День одной встречи

Я оторопело застыла, растворяясь в необычных ощущениях, и совершенно не зная, как реагировать. Эти ощущения… Это вообще нормально? Так оно и должно быть в первый раз, волнительно и внезапно? Хм… Ну да, наверное, странно было бы с его стороны спрашивать у меня разрешения. Я бы, разумеется, отказала… Но зачем ему вообще меня целовать?

Он признался, что я произвела впечатление, и что я особенная… Но разве это не обычные мужские уловки для наивных девичьих ушей? С другой стороны, он далеко не обычный среднестатистический мужчина, и при желании может заполучить любую, даже безо всяких уловок… Вспомнить хотябы Лесс. А что особенного могу дать ему я? Неужели настолько понравилась? Да разве я вообще его уровень? Хм... И о чем это я вообще?

Сотня дурацких вопросов одновременно хаотично закружились в голове, как стая испуганных мотыльков. Меня застали врасплох, и как отвечать на подобное вторжение я просто не знала, и оттого совсем растерялась от неожиданности, застыв изваянием в чужих объятиях.

А тем временем теплые мужские руки мягко сжимали мою талию, а чужие губы осторожно, с величайшей нежностью пробовали на вкус мои собственные, поселяя неиспытанное доселе смятение в моей душе. Я и не думала, что мужские губы могут быть сладкими. Сладкими, как тот особенный сумеречный мед. Кстати, насчет меда… Мой желудок, внезапно вспомнив, что с обеда я ничего толком не ела, решил порадовать нас собственной песней, спасая меня из неловкой ситуации еще большей неловкостью. Если Норт и ожидал от меня какой-либо реакции на свои действия, то явно не такой. Мужчина улыбнулся мне в губы, и, слегка отстранившись, как ни в чем не бывало, предложил:

— Поедем поедим?

Мы стояли в столбе света с кружащимися вокруг золотистыми пылинками, и музыка давно стихла, хотя, кажется, это было всего секунду назад. Я глядела в его прозрачные светлые глаза, с темным ободком по краю радужки и теплыми золотистыми крапинками вокруг зрачка. Они были так близко… И аромат мужских духов обволакивал меня всю, заключив в своё плотное облако, словно в клетку. Чужие руки все еще были у меня на талии, не торопясь её отпускать.

Ответь я сейчас согласием на этот, с одной стороны такой простой вопрос, то это, скорее всего, будет началом чего-то большего… А хочу ли я этого? Пока не решила. Сегодня я и без того позволила ему больше, чем стоило бы. Позволила привезти сюда, провести в здание, где согласилась снова продемонстрировать свой талант, и почти согласилась на новую работу, а до этого уже приняла этот треклятый торт… Слишком много "да" для одного вечера. Так что я слегка мотнула головой, выразительно косясь на циферблат его часов.

— Уже поздно. Думаю, мне пора.

— Уверена? — Он легонько провел кончиками теплых пальцев по моей щеке, гипнотизируя своим серебристым взглядом, но я снова кивнула, мягко отстраняясь от его руки, и тогда мужчина со вздохом уступил, нехотя освобождая меня из своих объятий. Этот раунд был за мной. Уф.

Но покидать это великолепное здание совершенно не хотелось. Здесь мне понравилось настолько, что я бы запросто могла остаться тут жить, свив себе гнёздышко где-нибудь будь на чердаке. Я уже заранее решила, что наверняка соглашусь на его предложение, так как других вариантов пока не было, а добывать где-то деньги следовало срочным порядком, да и это чудесное воплощение античности в современной трактовке не оставило меня равнодушной... Но с Нортом следовало быть настороже. Служебные романы ни к чему хорошему не приводят. Да и не нравился он мне настолько, чтобы соглашаться на отношения. Пусть лучше обратит внимание на Лесс...Так что помимо зарабатывания денег в непосредственной близости от этого мужчины, мне стоило найти тонкую грань баланса, как бы не допустить его ближе желаемого и при этом не обидеть, пока не подвернется очередной достойный вариант подработки… Мда.

Мы ехали в полной тишине. За бортом царила ночная тьма, разбавленная оранжевыми пятнами фонарей и неоновыми всполохами реклам. Норт то и дело бросал на меня внимательные испытующие взгляды словно в ожидании, что я передумаю и позволю увезти меня куда-нибудь на всю оставшуюся ночь… Но для первого дня официального знакомства, каким бы приятным оно не было, это было слегка уж чересчур.

Мы остановились на перекрёстке и на рекламном билборде прямо перед нашими глазами я увидела мрачного лысого мужика рядом с люксовой машиной, и это кое о чем мне напомнило, явившись отличным поводом разбавить неловкое молчание.

— Норт? — Спросила я, нащупывая в кармане пальто забытый там пакетик с медом.

— М-м-м?

— Ты, возможно, по мере бывшей деятельности сталкивался с подобным… Как думаешь, для чего кому-то может понадобиться меня преследовать?

Тот мгновенно напрягся, его лицо приобрело профессиональное серьезно-внимательное выражение.

— Кто именно тебя преследовал? Когда, как выглядел?

Я чуть пожала плечами, выуживая драгоценный пакетик.

— Лысый, темноватый, со шрамом на переносице, замечала его несколько раз. Откровенно пялился, снимал на телефон. Встречала его раза три, и постоянно вел себя подобным образом.

Отстраненно наблюдая, как его пальцы крепко сжались на руле, а на щеках резко обозначились желваки, я принялась за свой сладкий перекус. Мы оба знали, что в полицию с подобной ерундой обращаться было бесполезно.

— Я разберусь, не беспокойся. — Пообещал он крайне серьёзно, так, что я мигом осознала главное преимущество подобного поклонника. Безопасность. Повезет же кому-то.

Он покосился на то, как я слизываю последние капли с упаковки, и напряженное выражение его сурового лица расслабилось, а