Поцелуй Льда - Эми Пеннза

‒ Да.

И я надеюсь, что они не голодны.

В отличие от Джорджи, я не увлекался исследованиями. В детстве я не был лучшим студентом и предпочитал поп-культуру античной. Я не так уж много знал о Братстве Ледяных драконов ‒ о чём теперь серьёзно сожалел, ‒ но я знал, что Белые врата были чертовски заколдованы. Крепость защищала Оракула и пожирала людей, которые приближались к ней без разрешения.

‒ Ты нервничаешь? ‒ спросила Джорджи, пристально глядя на меня.

‒ Что? ‒ я выпрямился. ‒ Вряд ли.

‒ Ты выглядишь взволнованным, ‒ она похлопала меня по руке, затем двинулась вперёд, направляясь к Белым воротам. ‒ Всё в порядке, дракон, ‒ бросила она через плечо, ‒ я тебя защищу.

Дерзкая ведьмочка.

‒ Я не нервничаю, ‒ сказал я, следуя за ней.

‒ Постарайся не отставать, ‒ крикнула она.

Я усмехнулся, позволяя ей взять инициативу в свои руки, мой взгляд был прикован к её дерзкой попке.

Крепость оказалась дальше, чем казалось, и мы шли ещё час, прежде чем над горизонтом показалось всё сооружение целиком. Как и обещал король Кормак, она была покрыта льдом, а в четырёх крепких башнях виднелись бойницы для стрел. Массивная опускная решётка закрывала парадные ворота, её толстые металлические зубцы были воткнуты в лед у основания крепости.

‒ Выглядит по-домашнему уютно, ‒ сказал я Джорджи, щурясь от яркого света замка. Солнце зашло за замок, и башни покраснели. Если нам повезёт, мы доберемся до Белых ворот ещё до захода солнца ‒ или так далеко, как это бывает в Арктике в середине лета. Я приводил доводы в пользу того, почему мы должны остановиться и разбить лагерь на ночь, когда Джорджи спросила:

‒ Итак, как это работает? ‒ она ударила шестами по льду. ‒ Ты дракон, но ты также и инкуб.

Я улыбнулся.

‒ Ты хочешь знать, какая половина более доминирующая.

‒ Я видела слабые очертания рогов, когда мы были, ‒ она не отрывала взгляда от снега перед собой, и голос ее прервался, ‒ вместе.

‒ Я полагаю, это особенность ДНК, ‒ произнёс я. ‒ Мои рога появляются только тогда, когда я кормлюсь, и они никогда не бывают твёрдыми. Никто на самом деле не уверен, почему это происходит. В округе не так много полукровок демонов-драконов. Демоны любят свои рога. Моя мама гордится своими детьми, но мне всегда было насрать, что у меня их нет.

‒ Твоя мать… Она суккуб?

‒ Да. Жива и здорова, с моими отцами на уровне демонов. Королевство инкубов ‒ веселое место, как ты можешь себе представить. Я свожу тебя как-нибудь.

‒ Ты единственный полукровка-инкуб?

‒ На данный момент, да. И вряд ли это изменится. Драконы наследуют вторичные магические черты от своих матерей, так что наши с тобой дети будут наполовину ведьмами, ‒ я пожал плечами. ‒ Конечно, у нас не будет детей, пока мы не найдём свою пару.

Краем глаза я заметил, как Джорджи прикусила губу. Я знал, какой вопрос последует за этим, но позволил ей не торопиться задавать его.

Секундой позже я услышал это.

‒ У тебя, э-э, у тебя были мужчины? Я имею в виду, очевидно, были. Меня это не беспокоит. Я не хочу, чтобы ты думал... ‒ она замолчала, когда я остановился и посмотрел ей в лицо. Джорджи тоже остановилась, и на её лице отразилась очаровательная смесь смущения, любопытства и здоровой искры желания.

‒ Ответ ‒ да, ‒ мягко промолвил я. ‒ Я получаю удовольствие как от мужчин, так и от женщин. Я бисексуален и полиаморен, девочка, как и все драконы. В другие эпохи у нас не было слов для обозначения этих вещей. Мы просто были. Вот так мы связаны. Вот так мы любим. И мы любим глубоко, ‒ я приподнял одну из её кос и позволил шелковистой пряди скользнуть по моей ладони. ‒ Иногда я думаю, что было лучше, когда у нас не было слов для этого. Определения могут загнать тебя в рамки. Заставляют тебя думать, что всё должно быть или выглядеть определенным образом. Но единственное, что тебе нужно знать, это то, что ты создана для меня, а я предназначен для тебя. И когда мы найдем свою пару, все встанет на свои места так, как и должно быть.

‒ Ты говоришь так уверенно.

‒ Потому что это так. Возможно, у нас будут проблемы становления, но у нас есть всё время, чтобы разобраться с этим, ‒ я коснулся пальцем кончика её носа. ‒ Не похоже, что мы сегодня встретим нашу пару, ведьмочка.

Её плечи расслабились.

‒ Что ж, это облегчение, ‒ в её глазах вспыхнуло восхитительное озорство. ‒ На данный момент с тобой более чем достаточно того, что я могу сделать.

‒ О, девочка, теперь ты говоришь на одном из моих языков любви.

Воздух расколол рёв, такой сильный, что земля задрожала у меня под ногами. Я, не раздумывая, рванулся вперёд, отпихнув Джорджи себе за спину. Затем сорвал с себя куртку и вытащил клинок.

Очередной рёв разорвал мои барабанные перепонки. Приближалось что-то чертовски серьёзное.

‒ Не подходи! ‒ я рявкнул на Джорджи, но мой голос звучал приглушенно, пока мои уши восстанавливались. Как только в них что-то щёлкнуло, по снегу метнулась тень. Я развернулся, выбросив вперёд руку, чтобы убедиться, что Джорджи подчинилась.

С неба упал дракон, его тело заслонило солнце. Его крылья с громким свистом рассекали воздух, поднимая с земли гигантские облака ледяных кристаллов. Длинный, усеянный шипами хвост метался туда-сюда, когда ледяные голубые глаза дракона сфокусировались на мне... а затем переместились на Джорджи, парящую у меня за плечом. Но не только глаза были в нем ледяными. Все его тело было холодного, зловещего синего цвета. Твёрдый лед ожил ‒ чтобы он мог раздать смерть.

‒ Грэм Абернати! ‒ воскликнул я, привлекая его взгляд. ‒ У нас есть разрешение от короля Кормака обратиться к Оракулу Северного ветра!

Глаза дракона сузились.

Затем он открыл рот и выпустил струю голубого огня.

Глава 6

Джорджи

Кэллум оттащил меня с пути огня, прежде чем я успела закричать.

Ледяной порыв ветра ударил в то место, где мы стояли, и в воздух взметнулся густой столб снега.

‒ Пригнись! ‒ Кэллум закричал на меня.

Он что, шутит? Воздух был моей стихией. И он было