Враги Искры - Екатерина Викторовна Неженцева

— И почему Эш до сих пор с ней не поговорил? — поинтересовался де Гис.

Слова хранителя, как и его внешний вид, удивили Мориона, и тот чуть не бросился к Элине, не вникая в суть проблемы. Только надо признаться, была ещё причина, по которой учёный очень хотел сбежать. Теперь у Дариона появились когти, а зрачки вытянулись в вертикальную полоску, что смотрелось совсем уж жутко.

— Эштиар довёл Элину до истерики и сбежал! — зашипел Дар от злости. — Придушу.

Он не мог понять, отчего брат так поступил, к тому же не мог даже спросить его, и это бесило. На днях Эш сказал, что они больше не будут общаться мысленно, поскольку он был вынужден в гордом одиночестве справляться с эмоциями Элины. Слишком много Силы уходило на удержание щитов, чтобы ещё тратить её на такую роскошь, как разговоры без слов. Кроме того, так Дар мог быстрей восстановить энергию и помочь брату с защитой.

Итог такого поступка стал закономерным — Дарион совсем перестал понимать Эша и всё чаще злился на брата. Отметив, что Дар расстроен гораздо сильнее, чем показывает, Морион пообещал успокоить Элину. Единственное о чём попросил учёный, подправить иллюзию и не пугать прислугу. Глядя вслед де Гису, хранитель нахмурился, после чего подошёл к зеркалу и глухо выругался, возвращая себе вид милой блондинки.

Морион же буквально взлетел по лестнице вверх и замер перед комнатой Элины. Аккуратно постучав, он услышал тихое и крайне недовольное бурчание девушки:

— Ходят тут всякие… — а затем чуть громче: — Войдите.

Элина лежала, уставившись разъярённым взглядом в потолок, и даже не посмотрела на графа, когда тот зашёл в комнату. Было такое чувство, что девушке открылось весьма увлекательное зрелище прямо на потолке, отчего она совершенно не реагировала на визитёров.

Но такое поведение объяснялось довольно просто. Элина всего лишь погрузилась в сознание Эша, когда с того окончательно слетели щиты, и теперь смотрела на мир его глазами. Конечно, девушка и сама этого не понимала, но наблюдала с любопытством. Почему-то именно на потолке был самый лучший ракурс. По этой причине Элина лишь махнула рукой Мориону и продолжила разглядывать потолок, будто там сокрыты все тайны мироздания.

Надо сказать, что особых тайн там не было, зато были три полуголые девицы, которые вызывали интерес и раздражение у Элины. Розовые полупрозрачные костюмы незнакомок открывали взору гораздо больше, чем прикрывали. Длинные ресницы хлопали с такой скоростью, что Элине казалось, что девицы вот-вот взлетят. А пухлые губы, то и дело прикасающиеся то к шее, то к другим обнажённым участкам кожи явно мужчины, ужасно бесили.

Но присутствовал и интерес, который был вызван томными женскими вздохами и плавными движениями. Элина пыталась запомнить, как они это делают. Такому хранители её точно не научат! А уметь повернуться так, чтобы мужчина мог в подробностях изучить каждый изгиб полуобнажённого тела, надо уметь.

«Смелее, красавчик, я покажу тебе, что такое настоящая страсть», — прозвучал соблазнительный шёпот, словно наяву.

Неожиданно Элина поняла о каком «красавчике» идёт речь. Ведь связь у неё была только с одним хранителем, и лишь Эштиар совсем недавно ушёл из дома. Злость была нормальной реакцией, но озадачило, что та исчезла также быстро, как и появилась. Зато самая смелая девица в розовом мгновенно слезла с колен мужчины, потому что на неё нарычали.

Довольно улыбнувшись, Элина продолжила изучать плавные движения, заодно припомнив момент, как она влетела в комнату после ссоры с Эшем. Чувство обиды на хранителя было таким сильным, что девушка тогда упала на кровать и ревела навзрыд, уткнувшись носом в подушку.

Спустя какое-то время ей стало легче, будто кто-то взял и забрал всю обиду и злость. Но когда пришёл Дарион и попытался с ней поговорить, Элина даже ответить толком не смогла, из-за внезапно накатившей слабости. А вот стоило ей вновь остаться в одиночестве, как перед мысленным взором промелькнули незнакомые тёмные улицы.

Улицы сменялись одна за другой, затем всё погрузилось в темноту. Элина запомнила только внезапный страх и мысль: «Надо вернуться домой». Но странная мысль и страх испарились, когда в темноте появилась яркая блестящая вывеска, с которой полуголые красотки зазывали одиноких мужчин. Следом в голове появился шум, чужие голоса, мельтешение ярких розовых пятен. И в итоге Элька ошарашенно наблюдала за развлечениями Эша в доме утех.

Конечно, тогда она ещё не понимала, что это хранитель решил поразвлечься. Элина подумала, что ей снится очередной сон, которые посылал Мир. В какой-то момент она заметила небольшую курильницу на столе, оттуда повалил едкий дым, и в голове всё окончательно перемешалось.

Буквально через минуту девушка пребывала в странном состоянии, когда вроде злишься из-за того, что видишь, но при этом тебе на всё наплевать. К собственному удивлению, даже осознав, что всё это происходит с Эшем, Элина не разозлилась. Зато очень захотела надеть такой же розовый костюм. У неё появилось непреодолимое желание забраться на колени Эштиара, и вместо тех девиц шептать на ухо хранителю все те жаркие слова.

— Привет, Эль, как себя чувствуешь, грустишь? — спросил Морион, заметив, что девушка абсолютно не реагирует на его появление в комнате.

— Как это не удивительно, но нет, — очень странным голосом произнесла она, а затем посмотрела на де Гиса и невпопад произнесла: — Почему розовый такой мерзкий цвет? Знаешь, ещё недавно я плакала, мне было обидно. Да много чего было! А сейчас… хочется повыдёргивать волосы девицам в розовом и занять их место. Чудеса!

Нахмурившись, Морион присел рядом с Элиной, и принялся внимательно рассматривать лицо девушки. То, что увидел учёный, повергло в шок. Он подумал, что Эш перестарался и выкачал из Эльки абсолютно все эмоции. Граф покачал головой, решив, что у хранителя окончательно сдали нервы. Только стоило де Гису погладить девушку по голове, как у него появилось странное ощущение слабости.

Мысли учёного моментально спутались, словно разноцветные нитки в смятом клубке, эмоции притупились, и он прилёг рядом с Элиной. Уставившись в потолок, де Гис с удивлением увидел узоры, которые медленно расползались по белой поверхности. Но удивление исчезло, оставляя после себя полное безразличие и пустоту внутри. Последняя здравая мысль, промелькнувшая в голове Мориона, была о том, что надо успокоить Элину. Ведь он пришёл сюда именно для этого.

— Это нормально, Эль, — очень медленно выговаривая слова, протянул де Гис. — Помнишь, тебе рассказывали про сильные эмоции и блок? Видимо, эмоции были очень сильны и Эш не рассчитал