Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Неужели среди всех твоих поклонников нет никого, кто понравился бы тебе?

— К сожалению.

— Да нет, я в это не верю. Парни бегали за тобой еще со времен твоей учебы в университете.

— Да, но пока что мне никто не приглянулся.

— А как бы мне хотелось, чтобы все изменилось. Чтобы ты начала встречаться с парнем и вышла за него замуж. Моя душа была бы гораздо спокойнее за тебя. Потому что ты была бы не одна, а с мужем и детьми.

— Дедушка…

— И не надо бояться. Даже при наличии семьи ты можешь спокойно продолжать заниматься своей карьерой, если научишься грамотно распределять время.

— Дело не в страхах, а в неготовности.

— Тебе всего лишь нужно выйти замуж за хорошего парня и родить ребеночка. И тогда ты выполнишь свое главное предназначение.

— Как только, так сразу.

— Вот родишь дочку или сыночка, так можешь и дальше зарабатывать деньги. А за ребеночком будет кому присматривать. Если муж не сможет, так я буду с ним сидеть. Раз я вырастил тебя, то смогу вырастить и правнука. Об этом ты можешь даже не думать.

— Я знаю, дедуля…

— Многие женщины боятся рожать. Многих пугает боль и неопытность в таких делах. Но ничего, все проходят через этот этап. Каждая учится быть мамой. А некоторые даже рожают второго и третьего ребенка.

— Обещаю, я не останусь одна, — мягко обещает Ракель. — Если я пойму, что мне нравится какой-нибудь парень, то с удовольствием буду ходить на свидания. И может быть, даже соглашусь выйти за него замуж.

— Хотелось бы верить, солнце мое…

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой Ракель просто скромно улыбается. А затем девушка мягко отстраняется от Фредерика со словами:

— Ладно, давай сменим тему…

Ракель заправляет прядь волос за ухо.

— Лучше скажи мне, как продвигаются дела с квартирой? — интересуется Ракель. — Появились какие-нибудь интересные объявления о сдаче или покупке?

— Да, я сохранил несколько интересных вариантов в закладках, — отвечает Фредерик. — Квартирки не очень дорогие, но вполне себе симпатичные. Уверен, что тебе что-нибудь приглянется.

— Отлично! Чуть позже я посмотрю их и позвоню владельцам, если мне что-то понравится, чтобы договориться о просмотре.

— Конечно, мне будет очень грустно, если ты будешь жить отдельно. Но все-таки неправильно, что ты до сих пор живешь со мной. По мне, это дурной тон, когда взрослый человек живет с родителями, бабушками и дедушками. А ты у меня уже не маленькая девочка.

— Уже не маленькая?

— У меня была задача вырастить тебя, и я это сделал. У тебя есть работа, ты зарабатываешь неплохие деньги… Да, конечно, не все мною задуманное стало реальностью. Но я очень рад, что ты добилась того, что имеешь сейчас. Рад, что ты не стремишься бездельничать и не ждешь, что кто-то будет обеспечивать тебя.

— Мне почему-то казалось, что ты хотел, чтобы я всегда жила с тобой. Ведь ты… Всегда так опекал меня… Так внимательно следил за мной… Чтобы я не сделала что-то не так.

— Нет, Ракель, это не так. Я опекал тебя, потому что ты была еще очень маленькой, глупенькой и многого не понимала. А я был за тебя в ответе и считал себя обязанным вырастить из тебя достойного человека, который не совершил бы какую-нибудь глупость.

— Я бы никогда не сделала того, что могло бы мне навредить.

— В любом случае теперь я считаю, что ты стала уже достаточно взрослой для того, чтобы жить отдельно и думать о создании своей семьи.

— Слушай, дедушка, а может, тебе стоит вернуться в Кингстон? — мягко предлагает Ракель. — А я буду жить здесь и продолжу строить свою карьеру!

— В Кингстон?

— Почему бы и нет? Ты ведь очень тяжело переносил наш переезд в Нью-Йорк и долгое время возражал против него.

— Э-э-э… Да… В принципе… Можно… Рассмотреть этот вариант…

— Сама бы я уже не хотела уезжать отсюда, потому что мне здесь очень нравится. Да и с Кингстоном у меня связаны не очень хорошие воспоминания.

— Да, но… — Фредерик прикусывает губу. — Я как-то уже привык жить здесь. У меня здесь и работа, и друзья… Да, поначалу мне было здесь не очень комфортно. Но постепенно все наладилось.

— Тем более, что ты сам говоришь, что совсем не в восторге от внимания журналистов и фотографов. Да и мои поклонники прекрасно знают о тебе. Вспомни, как ты настаивал на переезд в какой-нибудь скромный и тихий район, где никто не смог бы помешать нам. Где ты бы спокойно жил и занимался своими делами. И мы нашли более-менее спокойное место.

— Но я терплю все это прежде всего ради тебя. Ты прекрасно знаешь, что я на все готов ради твоего счастья.

— Тебе было необязательно переезжать со мной в Нью-Йорк, когда я приняла это решение.

— Нет, Ракель! Я не мог отпустить тебя одну в чужой город!

— Я совсем не боялась оказаться одна в незнакомом для меня месте.

— Тебе было всего семнадцать-восемнадцать! Ладно бы ты захотела жить отдельно. А тут поездка в другой город! К тому же, у тебя практически не было денег.

— Все ведь с чего-то начинают. Многие приезжают покорять крупные города с парой долларов в кошельке.

— Нет, внучка, мы с тобой уже говорили об этом, когда ты захотела уехать из Кингстона. Я тебе твердо сказал: или ты никуда не поедешь, или мы уезжаем вместе.

— Да, но теперь-то я уже выросла и окончательно встала на ноги. А значит, у тебя больше нет причин оставаться со мной в Нью-Йорке.

— Спасибо, Ракель, но я лучше уж останусь здесь, — мягко отказывается Фредерик. — Пусть все будет как есть. Я привык к этой квартире, к этому городу, к этому окружению.

— Ну хорошо… Тогда, может, нам стоит подыскать тебе квартирку поменьше и подальше?

— Господи, но это ведь опять отнимет кучу сил и времени… — устало