Дикая. Я тебя сломаю - Ксения Рокс

— Ты всё не так поняла. Клянусь, не было никакого спора. Да, Вовчик предлагал, но я отказался.

Его голос неожиданно серьёзен. Слишком... Но я все равно не верю ни единому его слову.

— Мне похрен, ясно?! — рявкаю мерзавцу прямо в лицо и пытаюсь вырваться, резко дёрнувшись.

Бесполезно, пальцы Ярослава впиваются в мои руки сильнее, но уже без прежнего напора.

— Пойми, у меня нет никаких злых умыслов. Может… давай будем просто… нормально общаться? Нам же ещё, как минимум, две недели здесь придётся быть.

Я почти готова засмеяться, если бы не было так мерзко.

Ярохин смотрит так, что на долю секунды в его искренность можно было бы поверить, однако я не дура. И если этот придурок считает меня такой, то он глубоко ошибается.

— Нормально общаться? — хмыкаю я и вдруг замираю. — Я тебе покажу, как могу нормально общаться…

Он явно не успевает понять, что происходит. В следующее мгновение я бью со всей силы прямо между ног.

Чётко. Жёстко. Без сомнений.

Ярохин сдавленно хрипит и тут же отшатывается, освобождая мне проход. Я вырываюсь, делаю шаг вперёд, разворачиваюсь к нему.

— Ты что творишь… — скулит он, согнувшись.

Подхожу ближе, нависая над ним, и выдаю предельно ясно, грубо и грозно:

— Нет, Ярохин, я не умею решать вопросы без применения силы. И да, ещё раз ко мне подойдёшь — останешься вообще без своих причиндал. Подумай, надо ли оно тебе.

С этими словами я разворачиваюсь и ухожу.

Сердце судорожно грохочет в груди, будто я только что вышла с ринга после боя. Но я прекрасно понимаю, что дело вовсе не в физической активности. Большую часть времени я была зажата в углу мощным телом парня. Тогда почему сердце так колотится? Почему ладони дрожат?!

Что-то нездоровое происходит.

Вдруг вспоминаю, что вообще-то шла в сторону администрации. Ноги сами несут меня дальше по коридору.

За стойкой никого нет, поэтому я дёргаю звонок. Резкий звук разносится эхом, отдаётся в висках. Через пару минут появляется невысокая худощавая женщина с каре, которая ещё недавно выдавала нам ключи. Она показательно зевает, разглядывая меня сонными глазами.

— Вы что-то хотели?

— Да. В номере нет горячей воды, — довольно дерзко толкаю я, никак не сумев избавиться от нервозности после стычки с Ярохиным.

— Ах, да… — тянет она. — Случилась авария. К завтрашнему дню должны починить.

Она улыбается извиняюще, словно видит по моему лицу, что я на взводе вся. Я же просто киваю и разворачиваюсь.

Проходя мимо того самого угла, где меня ещё недавно зажимал Ярохин, невольно замедляю шаг. Взгляд сам скользит в темноту, будто ожидая снова увидеть его силуэт. Но там пусто.

Стена, тень, ничего больше…

Только холодный свет лампы и ощущение, что это место ещё помнит мои рывки и его дыхание у самого уха. Сердце немного успокаивается, сбавляет бешеный ритм, но в висках всё ещё стучит, будто предупреждая: расслабляться рано.

Я ловлю себя на том, что прислушиваюсь к каждому звуку: шагам, шорохам, далёким голосам и пьяному смеху. Пальцы подрагивают, и я злюсь на себя за эту слабость.

Ничего не произошло. Я справилась! Дала отпор! Как и всегда. А потом ушла, гордо и достойно, показав мерзавцу, что ему лучше держаться от меня подальше. Повторяю это про себя несколько раз, пока дохожу до номера.

Вернувшись, я тихо открываю дверь в номер и заглядываю внутрь. Полумрак и ровное дыхание соседски, которая так и не дождалась новостей по поводу воды, поэтому уже сладко спит, отвернувшись к стене, поджав под себя одеяло. На секунду я даже завидую этой её безмятежности. Ну и ладно, пускай спит. Еще будить её, объяснять, что-то говорить… сил на это нет. А я вот сумею заснуть сегодня? Хороший вопрос.

Мне плевать уже на эту горячую воду, на усталость. На всё.

Скидываю одежду резкими движениями, будто она мешает дышать, будто впитала в себя чужое присутствие. В ванной включаю воду и даже не проверяю регулятор, итак знаю, что будет холодно. Хотя… Так даже лучше.

Всё равно раздеваюсь и встаю под ледяной душ.

Холод обжигает кожу, выбивает воздух из лёгких, заставляет резко вдохнуть, но я не двигаюсь. Стою и позволяю воде стекать по телу, будто она может смыть с меня его прикосновения. Его запах, присутствие…

Закрываю глаза и невольно сжимаю кулаки.

Мне нужно потушить этот пожар внутри. Любой ценой.

Глава 19

Ярослав

Я бешусь… не просто злюсь, а именно бешусь, так, что в висках пульсирует, а перед глазами всё плывёт красным. План, сука, был вылизан до идеала. Просчитан, выверен. Я знал, что сказать, где нажать, когда улыбнуться. Всё должно было сработать, как часы. Мне даже казалось, что у меня начало получаться.

А в итоге… полетело к хуям.

Потому что эта дикарка… Эта упрямая, дерзкая стерва всё слышала.

Наступил себе на гордость, побежал за ней как сопляк, типа чтоб объясниться…

А она что?! Дикарка просто взяла и врезала мне по яйцам. Так, что дыхание вышибло к херам, а мир на секунду погас.

Сумасшедшая… Отбитая на всю башку.

Я до сих пор чувствую, как там все ноет, тянет, жжёт. Не столько физически ударило, сколько по самолюбию. Мне кажется, что так меня ещё никто не унижал.

Иду по коридору, тяжело дыша, сжав зубы так, что челюсть сводит. Руки в кулаках, ногти режут кожу. Хочется что-нибудь разнести, вмазать, заорать.

Но нельзя. Не здесь.

Захлопываю дверь номера с такой силой, что даже стены, кажется, вздрагивают.

— О, — тянет Вовчик, развалившись на своей кровати. Кривая ухмылка, рожа довольная, как у кота, насравшего в чужие тапки. — Ну чё, рыцарь? Догнал свою принцессу? Объяснился? Или был беспощадно отвергнут?

Я смотрю на него, затем реально понимаю, что ещё секунда, и я ему сломаю ебало.

— Пошёл на хуй, — грубо плюю я и падаю на кровать.

— Ого, — он хмыкает. — Чё такой нервный?

— Слушай, отвали, а?! — рыкаю я, надеюсь, что Вован не будет испытывать мои нервы на прочность.

— Это всё из-за тебя! — взрывается он, вскакивая на ноги. Начинает ходить вдоль номера, схватившись за голову. — Нехер было пиздеть! Теперь девчонка реально будет думать, что мы с тобой на неё поспорили!

Он размахивает руками, слова вылетают рвано. Может быть, он прав. Не скажи я об этом… Да поздно уже пить боржоми.

— Вован, заткнись, — фыркаю я, от его монолога башка трещит. — Иди ищи себе другую жертву и от меня отъебись.

Чувствую, как внутри всё кипит. Мне реально