Охота на Золушку - Лада Христолюбова

Ко мне мы поднимались, постоянно целуясь и, касаясь друг друга, ключи несколько раз выскальзывали из рук и падали на пол, каждый раз их, поднимая, оказывалась в плену рук и яркого свидетельства желания мужчины. Мы бы, наверное, полночи так копались, пока Богдан сам не вытащил ключи из моих ослабевших рук и не открыл двери в квартиру.  Внутрь мы ввалились как двое любовников, не видевшихся неделю. Одежда полетела на пол, до кровати мы добрались уже  обнажённые и, упали на кровать, не прерывая поцелуев.  Мои руки подняли над головой, не давая мне возможности коснуться мускулистого тела, его губы скользили по моему телу, я извивалась под его рукой и губами. Казалось, что не осталось ни единого кусочка кожи, над которым бы не побывали руки или губы Богдана. Перед глазами мелькали звезды, и розовые единороги скакали по радуге, размахивая разноцветными хвостами. После такого и умирать не страшно.

Он ещё долго меня мучил, дразнил, едва касаясь головкой члена моих лепестков, доводя до крайней точки оргазма, но, не давая сорваться вниз. В очередной раз моё терпение иссякло и я, приподняв бёдра сама, насадилась на его член, обхватив ногами талию.

- Ай-ай-ай  кто у нас непослушная девочка?

- Я твоя непослушная девочка, ты смерти моей хочешь?

- Плохих девочек принято наказывать.

- Ну, так накажи…

Я потянулась к его губам, целуя и не давая говорить. И моё наказание последовало следом. Глубоко, быстро и я рассыпалась фейерверком,  уносясь за падающими звёздами в ночь.

В себя я пришла не скоро, тело не ощущалось, как будто душа забыла вернуться обратно,  едва хотелось пошевелить хоть одной мышцей. Богдан спал, рядом притянув меня к себе, по хозяйски обняв рукой.  Чувство покоя и правильности ситуации не отпускало, и я отдалась  на волю судьбе, которая несла нас в своих водах.  Мне кажется, я влюбилась в своего потенциального начальника.

Теперь я вполне понимаю подругу, которая  готова на всё ради своего любимого мужчины. И рада, что их чувства взаимны, но чувства Богдана мне были ещё не понятны. О будущем он не говорил, что нас ждёт, я не знала, значит, буду жить и наслаждаться каждым мигом рядом с ним.

****

Кто ещё не с нами присоединяйтесь...

5.1. Утро добрым … бывает?!

Проснулась я как обычно рано, хотя сегодня и был выходной, Богдан всё ещё спал, едва прикрытый простыней, я залюбовалась. Шикарное тело, золотистый загар, от пупка убегающая полоска темных волосков вниз под край простыни. Красивые руки с красивыми пальцами. Лев на отдыхе. Взъерошенная шевелюра ничем не напоминала модную укладку, которая идеально лежала вечером, темная щетина окрасила бороду и придавала немного бандитский вид. Так и не скажешь, что перед тобой доктор медицинских наук. Больше похож на пирата, не хватает сабли и попугая.

Собрала раскиданные вчера вещи, развесив их на спинке стула и разгладив складки. Ладно, теперь можно  податься в душ и чем – то накормить моего пирата, иначе он съест меня на завтрак. Душ приятно смыл усталость от ночных ласк, о коих ещё напоминало тянущее чувство между бедер. Замотав волосы в полотенце и, накинув короткий халатик на голое тело, пошла, ставить чайник, раздумывая, чем бы порадовать своего пирата. Интересно он любит блинчики? Со сметаной или земляничным вареньем?

Стряхнув с волос полотенце, замотала их и заколола заколкой, чтобы не мешали. Засунула в уши наушники и включила музыку, вот теперь можно и завтраком заняться. Для теста у меня всё было, и я принялась  за блины. Готовить меня учила мама, и это - то немногое, что я умела и любила делать.

Как же всё быстро закрутилось между нами, я и сама не ожидала такого. Думала, что проведу одну единственную ночь со случайным человеком и забуду, не ожидая от жизни продолжения. А сейчас этот человек спит в моей кровати, и я схожу с ума от него.

Моя стопочка блинчиков неуклонно росла, я подпевала под музыку, звучащую мне в уши. Краем глаза, уловив движение в дверях, чуть не уронила сковороду, развернувшись на девяносто градусов.

- Ты меня напугал! Сколько ты тут уже стоишь?

Приложив руку, к бешено стучащему сердцу спросила, выключая плиту и выкладывая последний блин на тарелку.

- Достаточно. Ты обворожительна.

Богдан подошел, как и был в костюме Адама, подхватил на руки, усаживая на стол и целуя как изголодавшийся путник.

- Ты такая вкусная.

- Ты голодный?

- Очень, так бы и съел тебя. Я соскучился.

Взгляд на гордо поднятый орган, направленный прямо между моих ног, красноречиво говорил о каком голоде идёт речь.

- Блины остынут. И кофе. Пролепетала вмиг пересохшим голосом.

Моя попытка отвлечь на более насущные проблемы и накормить голодного пирата, не сработала, видимо сейчас его интересовало совсем другое. И это совсем не кофе…

- Подождёт.

Меня сгребли в охапку, пришлось ухватиться всеми конечностями, чтобы не свалиться.  Донесли до кровати и нежно опустили сверху, покрывая поцелуями все выступающие части тела.  А дальше пришлось забыть и про блины и про кофе.

Позже, но мы всё – таки позавтракали, с ума сойти до чего я докатилась! Я лежала и глупо улыбалась, всматриваясь в потолок, на котором отражалась вся комната, как в зеркале. Смятые простыни напоминали о бурно проведенной ночи и утре. Я сама себе напоминала озабоченную самку богомола, которой после секса хотелось сожрать своего возлюбленного, чтобы не достался другим.

Богдан уехал, по делам оставив меня томно вздыхающую стоять на пороге, провожая его мечтательным взглядом.  Пока он уходил, надавала себе мысленных тумаков, куда меня заносит? Я не собиралась в него влюбляться, но мне до чёртиков и до искр в глазах хотелось быть рядом с ним. Как мы будем  себя вести на работе? Ведь нам полдня придётся проводить бок о бок, и не касаться его для меня представлялось смертельной пыткой.

И вот я лежу, глупо рассматривая своё отражение в потолке, нужно откинуть эмоции и всё обдумать. Наши бурно начавшиеся отношения, скорее всего, долго не продлятся, а нам ещё предстоит работать вместе долгое время. Увольняться я не собиралась из клиники, всё – таки зарплата здесь была на порядок выше, чем в областной больнице, в которой я подрабатывала.  Благодаря ней у меня на счёте скопилась уже довольно