Второй шанс. Невеста дракона - Эля Шайвел

выплеснуть агрессию, – Ричард сделал длинную театральную паузу, но я не произнесла ни слова, и он продолжил: – Я предполагал, что ты будешь злиться на меня, да и на весь свет из-за происходящего, потому подготовил для тебя такой сюрприз.

Я всё ещё выжидающе молчала. Не дождётся моих вопросов!

Мужчина подошёл к монументу и, лукаво улыбаясь, с торжествующей улыбкой рывком снял с монумента покрывало.

Вот теперь, я уверена, я даже рот от удивления открыла. Было отчего.

Под покрывалом скрывалось действительно три фигуры, как я и предполагала.

Якоб. Рози. И сам Ричард. Все примерно одного роста, пониже, чем настоящие, но… Я не знаю, из чего они были сделаны, но были до жути реалистичны!

Этот ненормальный принц наклонился к своей копии и улыбнулся во весь рот:

– Правда, я хорошо получился?

– Что это…?! – обескураженно прошептала я.

Глава 19

– Что это…?! – обескураженно прошептала я, не в силах оторвать взгляд от фигур.

Они выглядели настолько живыми, что мне на мгновение показалось, будто они сейчас заговорят.

Якоб с его вечной самодовольной ухмылкой, Рози с её высокомерным взглядом и Ричард…

Даже его фигура была выполнена с такой точностью, что я невольно вздрогнула.

Это вроде и не воск, и не камень, что это за материал?

– Это твой шанс, Келли, – поворачиваясь ко мне, сказал Ричард. – Как я уже сказал, это заморская игрушка, направленная на то, чтобы выплеснуть агрессию. Я специально попросил изготовить её для тебя. Ты можешь сделать с этими статуями всё, что захочешь. Выпусти пар, поколоти всех нас за всё плохое, что мы тебе сделали. Тебе не будет больно, они легко ломаются, не переживай.

Принц протянул мне ту самую странную палку, что ему подали.

Я презрительно посмотрела на протянутые руки, потом на фигуры, потом на самого мужчину.

– Ты серьёзно? – с презрением фыркнула я. – Ты думаешь, мне делать нечего? Думаешь, я буду заниматься этой… этой детской игрой? Это же чушь какая-то! Оставь эти игрушки себе!

Ричард не ответил.

Вместо этого он резко размахнулся и с громким треском ударил по руке фигуры Якоба. Фигура слегка качнулась, но не упала. Видимо, основание у монумента было кхм... монументально тяжёлым, раз все три фигуры устояли.

А вот рука Якоба разлетелась в клочья, и из неё посыпались маленькие бумажные комочки.

– Это тебе, мудак, за то, что ты мучил мою Келли столько лет! – с чувством прорычал Ричард и снова протянул мне палку, продолжив совершенно обычным голосом: – Видишь? Это всего лишь картон и бумага. Ничего живого. Ничего настоящего. Просто… символическое изображение тех, кого ты ненавидишь. Отведи душу, Келли.

Я снова смотрела на палку, потом на фигуры.

Внутри меня всё кипело.

Якоб.

Рози.

Ричард.

Все они, так или иначе, причинили мне боль. Хотя Ричард, конечно, в меньшей степени. В нынешней ситуации я, на самом деле, больше злилась на себя.

Но те двое явно заслуживали того, чтобы я выместила на них свою злость. Но… это было так глупо. Так по-детски!

– Я не буду этого делать, – уже не так уверенно сказала я и отвернулась, чтобы не потерять решимость не идти на поводу у принца. – Это бессмысленно.

– Бессмысленно? – Ричард поднял бровь. – Келли, ты держишь в себе столько злости, что она тебя съедает. Ты думаешь, я не вижу? Ты думаешь, я не понимаю? Это не бессмысленно. Это способ высвободить её. Ты уж мне поверь, тебе станет легче, клянусь. Ну а если нет, я даже дам тебе треснуть меня этой палкой по-настоящему. Хочешь, пари заключим?

Я сжала кулаки. Он был прав.

Я злилась. Злилась на Якоба за его предательство. На Рози за её лицемерие. На весь мир!

Даже на Ричарда за то, что он взял меня в плен, хотя… сейчас он, казалось, пытался помочь.

Но больше всего я злилась на себе, что была такой дурой.

Ругала себя. Проклинала. Корила.

И эта ненависть к себе сжигала меня изнутри.

Готова ли я признаться ему в этом? Что он опять прав?

Нет.

А себе? Себе я сколько врать буду?

– Ладно, – наконец сказала я, хватаясь за палку. – Но только потому, что ты меня достал. И когда я не почувствую облегчения от твоей дурацкой игры, то с удовольствием отведу душу на тебе, ясно?

– Ясно, – ухмыльнулся Ричард и, жестом пригласив меня к фигуре, сам отошёл в сторону.

Я подошла к «монументу», всё ещё сомневаясь.

Сначала я просто легонько ткнула палкой в разбитую руку Якоба.

Фигура слегка качнулась, и из неё посыпались бумажки. Это было… странно. Но не неприятно.

– Сильнее, – подбодрил меня Ричард, стоя в стороне. – Не бойся.

Я вздохнула и ударила снова в то же место. На этот раз сильнее.

Фигура Якоба качнулась сильнее, и я почувствовала, как что-то внутри меня начинает освобождаться.

И снова ударила. Теперь уже по-настоящему.

Злость. Обида. Боль. Всё это вырывалось наружу с каждым ударом.

Я била снова и снова. Даже не глядя на ненавистные лица Якоба и Рози: они и так стояли перед глазами.

И ещё. И ещё. На тебе, козёл! Гад! Мерзавец! Скотина! Подлец!

Стерва! Предательница! Сволочь!!!

Я чувствовала, как что-то внутри меня ломается. Сгорает. Уходит.

Обида. Боль. Горечь от предательства и потери…

Я чувствовала, как это приносит облегчение. Как всё это, тяготившее меня, будто улетает, растворяется.

Я наносила удары снова и снова, пока от обеих статуй не остались только ноги.

И по ним ещё пару раз стукнула.

Всё это время Ричард подбадривал меня, отмечая особенно «смачные» удары.

– И последняя, – указывая на свою фигуру, сказал Ричард. – Давай и этому самодовольному обманщику тоже от души врежь!

Я посмотрела на фигуру Ричарда.

Перевела взгляд на него самого. Почему-то мне хотелось смеяться.

До чего до жути они похожи…

– Нет, этого я оставлю про запас, – немного подумав, с мстительной ухмылкой произнесла я. – Буду втыкать иголки и зачаровывать тебя на всякие болячки от ревматизма до поноса, ясно?

– Ууу, какая грозная. Так и знал, что ты такого красавчика не тронешь, – хохотнул мужчина. – Ну, что, моя воительница, стало легче?

Моё молчание было ответом.

Фиг тебе, ничего я вслух не скажу!

– Понял, – улыбнулся Ричард. – ну, я рад. И рад, что ты меня