Марь Иванна и очень плохой дракон. Поварская школа попаданки - Юна Рунова

— Только купим по дороге гостинцы. Нам, кстати, когда жалование отдадут? — спросила я.

На палубе показалась белобрысая макушка одного из поварят, и он во всю глотку завопил:

— Мамзель Марилиза! Мамзель Марилиза!

— Вот, похоже, тебя и зовут за жалованием, — улыбнулась Клара. — А с гостинцами решим, как сойдём на берег.

Шла за жалованьем, словно на плаху, что-то подсказывало: старик Жан-Жак вполне может меня прокатить. На пол пути повернула на кухню и, заметив кока покуривающего трубку, подошла к нему.

Мсье Косма, увидев меня, тут же свою запретную деятельность прекратил, закашлявшись при этом как пацан, который от папки с папироской затаился. Узнав, что он свободен и тоже ещё не получил жалование, пригласила его пойти со мной.

— А вы, мамзель, суть разумеете! — усмехнулся он. — Наш Жу-Жу может и обсчитать, — сказал он и крутанул ус, — а вот ежели мы вместе придём…

— На то и расчёт, мсье Косма. Он меня не особо жалует, я и страхуюсь. Вы уж простите, что взяла вас в поверенные, — ответила я и улыбнулась мужчине.

Хороший дядька и не зашоренный: готов новому учиться хоть и не молод уже. Я, конечно, ещё совсем не разобралась, в какой мир попала, но что-то подсказывало, что таких людей здесь не так уж и много.

Завидев меня в сопровождении кока, наш начальник огорчился. Я это поняла по вспыхнувшим на мгновения искрам в глазах и скривившимся губам. Точно рассчитывал меня обобрать, а тут такой облом. Он вяло трепыхнулся, попытавшись выставить мсье Косма за дверь, но кок — это тебе не девчонка-подавальщица, его так просто не отправишь погулять.

В итоге за вычетом сегодняшнего дня я получила шестьдесят два ливра и восемь су. Мсье Косма утвердительно прикрыл глаза, услышав за какой срок работы мне положена такая сумма. Значит, Жу-Жу, как он мило обозвал наше начальство, не решился безобразничать при нём. Попрощавшись с мужчинами и довольно сложив монетки в карман платья, я выскользнула в коридор.

С коком мы договорились сразу: ему моё присутствие было ни к чему, а Жан-Жак мог попросить меня задержаться и попросту навыдумывать какие-нибудь провинности и отобрать часть денег назад. Оказалось, что подобное поведение нашему начальнику свойственно, мсье Косма не первый раз плавал с ним на дальние расстояния и был наслышан.

Счастливая тем, что хотя бы тут наконец обратилась к своему уму и сделала всё как надо, я пришла в свою каюту, чтобы собрать чемодан. До прибытия оставались считанные минуты. Агата, конечно, была тут, но её ехидная морда не могла испортить мне настроение.

Я, молча, вошла и достала из-под кровати сундук, за которым был припрятан саквояж, и принялась перебирать вещи и складывать платья, висевшие на крючке, вбитом в стену над кроватью.

— Наивная Мари, как же мне тебя жаль, — мурлыкала Агата мне в спину. — Я видела вас на палубе. Совсем не похоже, что красавчик-барон пригласил тебя в столицу. Он ведь тебя вчера просто выставил, да?

Мне осталось лишь стиснуть зубы, чтобы не послать рыжую заразу хорошим русским матом.

— Удивительно, что он спас тебя за завтраком. Хорошо, что мсье Жан-Жак знает тебя как облупленную и наказал, как ты того заслужила! — не унималась змея. — О, барон сегодня так на меня смотрел во время ужина, а когда я сказала, что такая подача блюд — моя идея, восхитился и засыпал комплиментами!

Вот ведь! Мне комплименты барона совершенно не нужны, я в своей жизни наслушалась этого добра выше крыше, а вот наглое враньё этой дряни очень разозлило! Виду я, кончено, не подала, продолжая паковать свои пожитки.

— Думаю, у меня есть шанс получить место подавальщицы в его ресторане! Тебя с твоими кривыми руками он бы даже туда не взял, а я с чего-то решила, что он принял твоё жалкое предложение, — изливала яд Агата.

Я чувствовала, что хоть всё это меня на самом деле и не касается, но я всё равно злюсь. Из-за вселенской несправедливости злюсь: вот такие Агаты портят жизнь хорошим людям, а потом живут дальше и хорошо живут зачастую! Мужчины таким вот змеям достаются порядочные и верные, подруги им почему-то доверяют и восхищаются, считая пробивными и опытными, дома у них полная чаша, а они прут по жизни как танки и ломают на своём пути слабых, таких как Мари-Элиза.

— Знаешь, Агата, а я тебе от чистого сердца желаю получить работу у барона в ресторане, ведь это станет твоей воплотившейся мечтой. Выше этой должности ты уже никуда не прыгнешь и будешь всю жизнь подавать на стол другим, — обернувшись, сказала я и улыбнулась. — Да, я от всего сердца желаю тебе исполнения твоей великой мечты.

Я вновь вернулась к своим вещам и улыбнулась ещё шире, когда услышала за спиной голос Агаты:

— Мерзавка! Откуда только в тебе это взялось? — прошипела она.

На самом деле прекрасно, что я через полчаса сойду на берег, и мы с ней разойдёмся в разные стороны. Агата бы точно раскусила, что в теле Мари-Элизы сидит какая-то демоническая сущность с гонором фельдфебеля на плацу и таким же лексиконом.

К моему огорчению, дорожный сундук хоть и оказался со скрытыми колёсиками с одной стороны, но был слишком тяжёлым, чтобы я сама смогла поднять его по лестнице. Пришлось звать Клару, и мы командными усилиями выволокли не только мой но и её сундуки и, усевшись на них, красные и вспотевшие весело переглядывались радуясь гомону порта, в котором, несмотря на вечернее время, кипела жизнь.

Агата тоже поднялась на палубу, но её пожитки волокли сразу два матроса и каждый жадно ловил малейшее слово гадкой красавицы.

— Нигде не пропадёт, — усмехнулась Клара.

— Мы тоже не пропадём, — ответила я. — Просто у неё кроме вот этого всего больше ничего нет, — я сделала жест руками в воздухе, будто обрисовывая изгибы крутобёдрой и грудастой Агаты, — а у нас ещё есть разум и душа.

Мы прыснули со смеху, вроде бы ничего такого я не сказала, так глупости, а развеселились обе. Наверное, всё из-за возбуждения, предвкушения перемен. Для меня-то и вовсе всё в новинку было!

Я уже думала о том, как буду жить в этом мире без привычных удобств и