Созданная для любви - Наташа Мэдисон

– Нет, – он смеется. – Я не это имел в виду.

Я закрываю ему рот рукой.

– Он пытается сказать, что хочет сидеть и в одиночестве упиваться своими страданиями, а такое легче провернуть, когда тебя никто не пытается подбодрить. – Смотрю на него, а он на меня, а потом на мою руку. Делаю шаг назад и убираю ладонь с его губ.

– Именно поэтому, – Ас указывает на меня, – она – мой лучший друг.

– С которым ты собираешься заняться сексом? – спрашивает Харлоу, а он лишь качает головой.

– Никто не будет ни с кем заниматься сексом! – стиснув зубы, выдает он, а я сжимаю губы, чтобы не рассмеяться.

– А я буду! – Харлоу поднимает руку. – Не прямо сейчас, но ночью точно. – Она смотрит на Трэвиса и подмигивает ему, а брат краснеет.

– Какие же вы отвратительные, – бормочу я, чуть приподнимая платье, чтобы пробраться мимо стульев.

– Да, вы все отвратительные, – повторяет Ас, вызывая всеобщий смех. – Я пойду с ней. – Он показывает на меня. – А еще забираю это. – Поднимает почти пустую бутылку виски, затем смотрит на Беннетта.

– Хочешь новую? – спрашивает тот и в ответ получает кивок.

– Не знаю, как, – смеется над собой Ас, – но в моем воображении получилось намного круче, чем на самом деле.

Я киваю ему.

– Как тогда, когда ты сбежал? – спрашиваю я, и он поднимает руку, чтобы дать мне пять.

– Держи, – говорит Беннетт, протягивая ему полную бутылку виски, а затем вручает мне бутылку «сладкого чая».

– С ума сошел? – удивляется Харлоу. – Сейчас они говорят, что о сексе нет речи, но после четырех рюмок эта идея покажется самой здравой.

– Именно поэтому ты переспала с Трэвисом? – шучу я.

– Нет, все дело в моей неотразимости, – отвечает Трэвис и хлопает по барной стойке, смеясь над собственной шуткой.

Ас берет наши два бокала, отказывается от «сладкого чая», а потом поворачивается и смотрит на меня.

– Веди.

Глава 11

Ас

Делаю шаг, чтобы взять наши два бокала, а Беннетт размахивает перед моим лицом бутылкой «сладкого чая». Бросаю на него взгляд и качаю головой, а затем поворачиваюсь и смотрю на Шелби.

– Веди.

Она поворачивается и идет в конец комнаты. Пространство наполняет запах роз, и я оглядываюсь по сторонам, чтобы рассмотреть украшения.

– Не стану врать, – говорю я, когда мы проходим мимо белого танцпола с буквами «Ш» и «Д» посередине. – Вряд ли ты выбрала такой вариант для своей свадьбы.

Она останавливается и оглядывается на меня.

– Ты так считаешь?

– Здесь много белого, – продолжаю я. – В смысле да, не пойми меня неправильно, очень красиво, но, – я оглядываюсь, – столько белого.

Смотрю на нее и думаю, что обидел ее. Возможно, я не так уж хорошо ее знаю.

– Ну-ка поведай, как тогда, по твоему мнению, должна выглядеть моя свадьба? – Она складывает руки на груди и смотрит на меня.

– Ну, во-первых, я бы добавил цвет, например красный и персиковый, – отвечаю я, зная, что это ее любимые цвета. – А еще немного зеленого и убрал бы все это белое дерьмо. – Указываю на потолок, потом оглядываюсь на нее, она рассматривает помещение.

– Не стану с тобой соглашаться, – хмыкает она. – Потому что мои сестры потратили много часов, чтобы сделать все идеально. – Она поворачивается и начинает идти.

– Но я не ошибся. – Она оглядывается через плечо, и я замечаю ее ухмылку.

– Только скажи что-нибудь о платье, – говорит она, а я наблюдаю за ее походкой. Спина у платья прозрачная, но есть пуговицы от середины спины до талии.

– Ты отлично смотришься даже в мешке, – отвечаю, догоняя ее.

Мы выходим из помещения для мероприятий в коридор, ведущий к входной двери.

Когда мы идем по коридору, я слышу стук ее каблуков. Когда останавливаемся, Шелби толкает дверь сбоку.

– Это тайное логово? – Смотрю на дорожку, ведущую к задней части дома.

– Нет, – смеется она. – Просто тайный вход. – А затем приподнимает платье и, придерживая его, идет к дому. – Но, наверное, можно считать его логовом.

Небо окрашено в оранжевый, значит, солнце уже садится. Шелби открывает заднюю дверь дома, я захожу и сразу чувствую запах цветов.

– Что это? – Прохожу дальше. Везде расставлены горшки с белыми розами. – Боже, что это? – В центре комнаты стоит белый диван, а рядом еще две вазы с цветами.

– Номер для новобрачных. – Шелби подходит к тарелке с фруктами и берет клубнику.

– Здесь не намного лучше. – Указываю на дверь, через которую мы только что вошли, а сам прохожу к дивану и сажусь. – Ужас. – Ставлю бутылку виски и бокалы, затем снова беру бутылку и откручиваю пробку, после наливая нам выпить. – Это должно помочь. – Протягиваю Шелби бокал, она подходит и берет его.

Выпивает все до дна, а потом начинает кашлять.

– Почему даже после такого количества выпитого вкус по-прежнему ужасный? – И морщится.

– Думаю, стоит пить одну за другой и действовать быстро. – Щелкаю пальцами, а она качает головой.

– Мне нужна помощь. – Шелби поворачивается и указывает на спину. – Поможешь расстегнуть пуговицы? – Затем убирает волосы в сторону, облегчая мне доступ.

Встав, с дрожащими руками приступаю к делу, расстегивая первую белую маленькую атласную пуговицу. Сердце ускоряется, и я стараюсь сосредоточиться на своих действиях.

– Сколько у этого платья пуговиц? – спрашиваю я, разбираясь с десятой и стараясь не обращать внимания на то, что подбираюсь все ближе к заднице Шелби.

– Слишком много, – смеется Шелби, а я пытаюсь взять себя в руки. Уверен, все дело в виски, это он затуманил мой мозг.

– Все, готово, – объявляю я, когда заканчиваю с последней пуговицей, и полы платья скользят в стороны. Шелби быстро поднимает руки, придерживая переднюю часть.

– Упс, – говорит она, успевая поймать ткань до того, как останется топлесс. – Спасибо. – И отходит от меня.

– Хочешь, помогу снять его? – Слова просто вылетают изо рта, удивляя меня самого. Шелби оглядывается через плечо, ее глаза расширяются. – Оу, я имел в виду не это. Просто хотел сказал, что оно большое. – Опускаю руки, надеясь, что пол разверзнется и я провалюсь сквозь землю. – Не в смысле ты большая, я хотел сказать, что платье объемное.

– Ты закончил? – Она смеется, прижимая платье к груди.

– Пожалуй, посижу здесь и еще выпью, – говорю я, и она кивает, уходя в другую комнату. – Какого черта с тобой не так? – бормочу я себе под нос, а потом