Опасный Kiss клиент - Дарина Вэб

Следом залетел Прохор:

— Слушай, я прошу прощения. Я реально не думал, что так получится. — причитает над ухом, пока я промываю нос.

— Неси лёд! — командую я.

Он быстро смотался и принёс лёд, завёрнутый в полотенце. Я вырвала из его рук свёрток и приложила к кровоточащему носу.

— Больно? — смотрит на меня с умилением.

— Да ну! Нисколько! Это я так, решила внимание к себе привлечь. — в открытую грублю ему.

А больно-то как! Пипец!

— Я ж не специально. Какого чёрта ты под дверь полезла? — возмущается.

— Ты нахрена стучался, идиота кусок?

Упс! Это я зря!

18 глава

Сима (Kiss)

— Ты откуда такая дерзкая? — оглядывает меня своим цепким взглядом.

— От верблюда! — не сдерживаюсь ответить по-детски.

— Вован! — зовёт его. — Это что за чудо-юдо? На шлюху непохожа. Где взял, колись.

Я тут кровью истекаю, а они меня как вещь обсуждают. Упыри!

Воробушек подходит ко мне, убирает лёд с лица:

— Ох, ё! Прохор, ты дебил? Мог аккуратнее дверь открывать?

— Какого хрена она под дверью стоит? Посёт, что ли? Давай сделай меня виноватым! — закатывает он глаза.

— А кто? — в один голос с воробушком.

— Да идите вы! — и пошёл к депутату.

— Сильно больно? — спрашивает заботливый воробушек, берёт салфетку и стирает ручеёк крови.

— Не задавай глупых вопросов. А лучше отпусти меня домой. Я спокойно съезжу к врачу, сделаю рентген. — давлю на жалость.

— Какой рентген? У тебя даже опухоли нет, сейчас всё пройдёт. — не поверил мне, жаль.

— Ты бессердечный! — нагнетаю обстановку.

— Харе придуряться, я не Прохор, я не поверю. — проницательный воробушек.

— Приводи себя в порядок и выходи. Для тебя, как для профи будет много интересной информации. Поняла? — кидает намёки моей сучной журналюге.

Естественно, меня это бодрит лучше любого рентгена:

— Да, без меня не начинай.

Он выходит из ванной комнаты, а я смотрю в зеркало на себя заплаканную. Да уж! Видок не из лучших.

Быстро умываюсь, проверяю саднящий нос. Вроде в норме, больше паники навела. Ну ничего, им полезно.

Выхожу и прямиком на диванчик, под тёплое крылышко воробушка. Прохор зло косится на меня. Депутат переживательно стреляет глазками.

Не обращаю на них внимания, поглядываю на стол. А ведь я так мечтала хорошенько покушать. Они-то уже натрескались, попивают вискарь и ковыряют вилками в тарелках.

Живот призывно заурчал. Позорище! Мужики покосились на меня.

— Я за вами поухаживаю. — предложил Сергей.

Прохор приподнял бровь в удивлении, а воробушек с силой сжал моё бедро под столом.

Повернулась к нему:

— В следующий раз не тормози.

Подмигнула с вызовом и обратила всё внимание на депутата:

— Да, да, вот этот салатик и мяско, обожаю мяско! — стреляю заинтересованным взглядом в услужливого Сергея.

Цель расположить, и выудить как можно больше информации.

— Так, что Сергей, как решим этот вопрос? — начал воробушек.

А депутат отвёл свои пуговки от меня и уставился на Прохора:

— Мы же обсудили этот вопрос с тобой. Вы ещё не обговаривали?

— Нет. — ответил Прохор. — Он только вернулся, ты же в курсе. — отпил вискаря и уставился в мою тарелку.

— Другого бюджета не будет, так что либо вы согласны, либо я ищу других исполнителей. Но сами понимаете, больше вы ни одного тендера не выиграете. — отвечает самоуверенно.

Так-так-тааак! А это уже интересно. Навостряю уши, отрезаю кусочек мяска и кладу в рот, как леди. Но, твою мать, он прям тает во рту. Я прикрываю глаза и смакую нежность божественного кусочка.

— Изначально был заявлен другой бюджет, на него мы и рассчитывали, делая проект. По факту теперь и проект не поменять, и работать мы будем себе в убыток. — начал играть в открытую воробушек.

— А вы как думали? Это не частный проект, в котором можно обговорить бюджет. Деньги выделили из бюджета города, можно сказать, вырвали из казны. Довольствуйтесь тем, что есть. — потирает своё поросячье пузико. — Как вариант, удешевить материалы. Ни мне вас учить. — намекает на не законные действия, которые могут привести к трагедии.

Повисла тишина, воробушек с Прохором затихли, переглядываясь. А я! А что я? Я за справедливость и меня прорвало!

— Сергей, а где остальные денежки? — стрельнула в него глазами, поедая салатик.

— Какие денежки? — спохватился он.

— Которые изначально были заявлены. — старалась смягчить тон я.

— Это от меня не зависит. — забегал он глазками. — И вообще, молодая леди, вам зачем это? — пытается увести меня от разговора.

— Мне? Вообще пофиг! Просто не справедливо как-то. Обманули честных бизнесменов, заставили их раскошелиться. Ещё и под статью подводите. Не хорошо как-то. — пытаюсь угомонить себя, но плохо получается.

— Всё! Мне пора. Неделя на размышления у вас есть. — и быстро удалился, поросёночек.

— Какого хрена ты лезешь не в свои дела? — дёрнулся Прохор. — Вован, какого хрена баба на важной встрече? Мы бы могли его напоить и выудить информацию!

— Я не баба! — кидаю вилку с ножом в тарелку.

Грохот на всю комнату. Я со злости подскакиваю с места. Ну выбесил, честное слово!

— Баба! По-другому не назовёшь! Ещё и рот открывает. Вован, угомони свою ненормальную! — пялится на воробушка, когда я хватаю нож со стола и со всей дури втыкаю в кусок мяса.

Воробушек ржёт, наблюдая за нами:

— Так ты поуважительнее, а то и пером в ребро пролетит.

— Слушайте! А вы не охренели? А? Почему я должна всё это выслушивать? Я, конечно, понимаю, что невольница на данный момент, но оскорблять себя не позволю! Понял, Александр Прохоров! Сукин сын, беспредельщик и торгаш наркотой! — ну это просто гордость взыграла и пофиг мне, что меня вздёрнут на первом попавшемся суку, пусть знает, с кем разговаривает, говнюк!

— Чего? — сквасил мордашку этот недотёпа.

19 глава

Сима (Kiss)

— Того! — дёргаюсь я, понимая, что сама себя сдала. — Сима (Kiss) знакома твоей чёрной душонке?

Он хмурится, вглядывается в меня:

— Не понял! А я думаю, на кого ты похожа! — шипит как змея, смотрит как удав, готов заглотить и не подавиться. — Ах, ты, сука! — через стол тянет ко мне свои ручонки.

Задушить вздумал, упырь!

Глаза кровью налились! Накуси-выкуси! Понял, с кем дело имеет. А ж загордилась своей славой.

— Воу! Воу! Воу! — подрывается с места воробушек, крылья свои между нами кидает. — Прохор, угомонись! — рявкает на него. — А ты! — смотрит на меня с упрёком. — Язык свой прикуси! Достали оба! Кровопролитие не позволю! — смотрит на нож, воткнутый в мясо. — И душить никого не надо! — командует, как в детском