Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

– Это последние гонки, в которых я участвую, спроси у Лиона, он все подтвердит. Я завязываю, Ноа… это своеобразное прощание, кроме того, Лион нуждается в моей поддержке.

– Ты не можешь продолжать делать это ради него, Николас, – возмутилась она, но теперь в ее голосе не ярость, а беспокойство. – Да, ты любишь его как брата, но я говорила с Дженной, и он изменился. Не в лучшую сторону. Ты только усугубляешь его положение.

Она права. Я шел вперед, пока друг копал себе могилу. Либо он завяжет вместе со мной, либо погрузится в дерьмо, уподобившись Крузу, и повторит судьбу родного брата.

Я нежно притянул Ноа к груди. Никогда больше не позволю ей бояться за меня и не солгу ей. Хватит.

– Сделаю все, что в моих силах… и Лион бросит грязное дело, – заверил я Ноа и расплылся в счастливой улыбке, когда ее рука легла на мою щеку. Я знал, что означает ласка Веснушки, – она простила меня.

Я погладил ее по спине и осторожно поцеловал в щеку, а затем потерся носом о скулу Ноа.

– Возвращайся домой, пожалуйста, а я приеду, как только все закончится.

Ноа ничего не ответила, и я истолковал ее молчание как «хорошо».

Я оглянулся и обнаружил, что гонщики разговаривают с Кларком.

– Мне пора.

Ноа кивнула, я чмокнул ее в губы, но отошел только в тот момент, когда понял, что они вместе с Дженной, которую я только что заметил, собираются уезжать.

Я направился к Лиону.

– Всем удачи, увидимся на финише, – сказал я другу, повторяя слова, которые он всегда говорил мне перед стартом.

Он нервно ухмыльнулся и распахнул дверцу машины.

Я подошел к припаркованной «Ламборгини», сел в нее и запустил двигатель. Лион устроился в тачке, которую пригнал Лука, и поехал к старту.

Девушка в лифчике от бикини и в крошечных шортах уже стояла, сжимая в руках два вымпела. Вдалеке сияли огни города, будто ожидая нас, чтобы увидеть, как мы промчимся со скоростью сто девяносто километров в час по пустым дорогам. Надо сделать все идеально и быстро, в противном случае все закончится очень плохо…

Но в последнюю минуту, когда обратный отсчет уже начался и я вцепился в руль, соседняя дверца «Ламборгини» распахнулась – рядом со мной села Ноа.

– Какого черта ты делаешь?

Выстрел, давший начало гонке, прогремел по окрестностям, девушка с вымпелами резко ими взмахнула: гонка началась.

29. Ноа

Когда Дженна сообщила мне, какими будут эти гонки, меня охватил сильнейший испуг. Я посмотрела на машину Ника, готовую к старту, бросилась к «Ламборгини» и, не думая о последствиях, забралась на сиденье второго пилота. Удивление Николаса сменилось гневом. Я запаниковала, поэтому отвела взгляд на рычаг переключения передач и быстро потянула на себя, чтобы сосредоточиться на деле.

– Давай, жми на газ, Николас!

Хорошо, что у парня очень развиты рефлексы. Даже не представляю, как он стартовал и смог догнать другие автомобили, у которых имелось небольшое преимущество.

– Я убью тебя! Слышишь, Ноа? – крикнул он, переключаясь на четвертую и уставившись на трассу.

Я поняла, что уже через мгновение мы пересечем городскую черту, поэтому ничего не сказала, дав ему возможность полностью сконцентрироваться на гонке.

Глаза Ника на секунду скользнули по моему телу.

– Пристегнись!

Я прильнула к сиденью и подчинилась.

Боже, мне будет тяжело, но нужно быть с ним рядом: гонка не очень-то похожа на прошлогоднюю. Несмотря на мои уговоры больше не ввязываться в это, Николас принимал собственные решения и иногда даже не сообщал о них.

Но я тоже сделала выбор: если он поедет, я буду с ним, если он подвергнет себя опасности, я тоже, мне совершенно плевать, что он скажет и с какими последствиями мне придется потом столкнуться.

– Я ведь велел тебе уезжать! – воскликнул он, ударив по рулю. Он был в ярости, но и я не думала смягчаться. Я просто хотела показать ему, что если он останется в мире шальных денег, я буду рядом с ним, и если это поможет ему завязать, то стоит рискнуть.

– А я решила прокатиться с тобой, – ответила я, устремив взгляд на дорогу.

Моя решимость заставила его напрячься – у Ника забугрились вены на шее, поэтому я невольно вжалась в кресло.

Когда мы добрались до первого поворота, мои ноги дернулись, будто нажимали на педали. Мне нравились гонки, и тело превратилось в чистый адреналин. Я бы очень хотела занять место Ника, вдоволь порулить и показать всем, насколько я хороша, хотя прошлый раз прошел как нельзя хуже, даже несмотря на победу.

У Ника было достаточно опыта, однако сейчас я видела человека, который не понимал, какой вред может причинить нам обоим. К сожалению, парень не смог бросить опасные игры и невольно потащил меня за собой. Для меня гонки остались позади, я избавилась от всего, что напоминало об отце… Оно того стоило, но не надо обманываться – теперь я снова погрузилась в запретное удовольствие и возненавидела себя, ведь я наслаждалась тем, что уничтожило мою родную семью.

Но мозг уже начал отключаться от проблем, и через полминуты я думала исключительно о машинах соперников. Мы проигрывали.

– Ты должен ускориться, Николас!

Вены на его шее надулись еще сильнее, и я нервно прикусила губу.

– Не могу поверить, что выжимаю сто шестьдесят, Веснушка!

«Ради бога, это соревнование, а не прогулка в парке!»

– «Ламборгини» способна выжать и двести, поэтому постарайся, иначе мы проиграем, Ник.

– Заткнись! – приказал он, повернувшись ко мне.

Я стиснула зубы и промолчала. От волнения у меня задрожали руки. Я внимательно наблюдала, как Ник справляется с рычагом переключения передач, как разгоняется почти до двухсот километров в час и начинает догонять других. Лион был впереди, а остальные – в пределах досягаемости. Следующий поворот был единственным шансом, чтобы обойти их, и я молилась, чтобы Николас не оплошал. Если мы проиграем, он не только убьет меня, но и свалит на меня всю вину.

Но вскоре ситуация изменилась. С ужасом я обнаружила, как после обгона одного из соперников на трассе появились обычные машины: на последнем участке не перекрыли движение, и мы очутились на оживленной дороге. Мне это совсем не понравилось, я не хотела, чтобы кто-то пострадал от незаконных гонок… Ничего