Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

тридцати, кожа на его ладони стала неприятно покалывать и болезненно жечь, однако, он не обращал на это внимания и с удовольствием созерцал, как девчонка начала сдержанно покачивать бёдрами — очевидно, она пыталась потереться клитором о его ногу.

— Пятьдесят! — прошипела она, смахивая слёзы с лица. Он остановился, услышав её жалобное всхлипывание.

— У меня устала рука. Попроси Драко, чтобы он продолжил и добавил тебе ещё пятьдесят.

Её сердце забилось ещё быстрее. Она всегда с трудом справлялась с собой, когда о чём-то просила Малфоя. «Попросить?! Ещё пятьдесят?!» Гермиона неторопливо слезла с колен Снейпа и на несколько секунд замерла на месте, смутившись и пытаясь решить, стоит ли подтянуть трусики.

— Оставьте ваше бельё там, где оно есть, мисс Грейнджер, — Северус как будто прочитал её мысли. — Продолжайте. Попросите мистера Малфоя. Вежливо.

Гермиона сделала несколько шагов к Драко и уставилась на аристократические кисти его рук, раздумывая, что сказать. Как только она открыла рот, на её щеках проступил пунцовый румянец.

— Пожалуйста, отшлёпай меня.

— Вы просите недостаточно хорошо, мисс Грейнджер, — послышался голос мастера зелий.

Со смиренным вздохом, она возвела глаза вверх и стала рассматривать потолок. «Чёрт! Он издевается? Видимо, он думает, что я ещё недостаточно унизилась». Она не хотела больше смотреть ни на одного из слизеринцев.

— Драко, я была очень плохой девочкой. Вчера я огрызнулась на тебя и прошу за это прощения. Пожалуйста, отшлёпай меня. Мне это нужно.

Тот самодовольно хмыкнул.

— И сколько шлепков ты хочешь, Грейнджер?

— Пятьдесят.

— Не так давно ты сказала мне держаться подальше от твоего гардероба. Знаешь… это ведь было не очень приятно…

Северус не понимал, о чём они говорили, но судя по тому, как Гермиона заёрзала, можно было предположить, что она нервничала… или чувствовала себя виноватой.

— Я же просто пошутила!

— Я дам тебе двадцать пять за вчерашнюю выходку и ещё двадцать пять за грубую шутку, но последние двадцать пять причинят тебе реальную боль! — Драко мельком взглянул на крёстного, чтобы убедиться, что Северус не возражает, но на губах того играла лёгкая улыбка.

— Прости, Драко! Мне правда очень жаль!

— Извинишься ещё раз, когда я с тобой закончу.

Гермиона беспомощно оглянулась на Снейпа в надежде, что тот скажет хоть что-нибудь, чтобы спасти её положение. Но профессор только приподнял одну бровь, давая понять, что зрелище должно продолжаться. «Да уж… И почему я надеялась на проявление благородства?» Она повернулась к Малфою и сухо кивнула.

— Хорошо.

Драко помог ей устроиться у него на коленях, пытаясь скрыть заинтересованность своего члена. На самом деле такие остроты совершенно не цепляли его самолюбие. Он знал, что Грейнджер шутила, и не принимал это на свой счёт. Но собирался отомстить ей за неосторожность высказывания, которое мог подслушать абсолютно любой ученик школы и начать распространять о нём сплетни, желая испортить жизнь бывшему Пожирателю Смерти. Он задрал её юбку и спустил трусики до колен. Её задница стала ярко-красной после первого раунда со Снейпом. Драко прижал палец к тёплой коже и смотрел, как пятнышко сначала становилось белым, а затем снова наполнялось цветом.

— Можешь считать вслух, Грейнджер. Я не хочу ни на что отвлекаться.

Гермиона остановила себя в последний момент, чтобы не сболтнуть: «Да, сэр». Он шлёпнул по ягодице, и она напряжённо втянула носом воздух. В отличие от Снейпа, Драко не вкладывал в свои удары столько силы. Конечно, это было больно, но не до слёз.

— Один.

Темп был ровным и неторопливым. Гермиона не знала, благодарить ли Малфоя за то, что это не доставляло ей сильной боли, или злиться, потому что это её возбуждало. Если бы Снейп позволил ей кончить, она бы не волновалась, но так как ей нужно было воздерживаться, столь мучительно-сладостная порка только добавляла страданий. Когда она выкрикнула «двадцать пять», Малфой остановился и позволил ей немного отдохнуть. Потянувшись назад, Гермиона потёрла горевшую кожу, но буквально через секунду он небрежно сбросил её руку.

— Опусти руки вниз, — Драко переставил ноги так, чтобы её тело лежало под более удобным углом. — И не сбейся со счёта. Иначе мне придётся начать всё сначала.

После очередного резкого шлепка у неё перехватило дыхание. Она не успела вымолвить ни слова, как он снова её ударил.

— Двадцать шесть! Двадцать семь!

— Нет, Грейнджер. Вначале ты пропустила. Вернёмся назад.

«Ах ты, злобный Хорёк!» После следующего шлепка она злобно прорычала:

— Ай! Двадцать шесть!

Гермиона сопротивлялась и брыкалась так сильно, что к тому времени, когда они дошли до тридцати пяти, ему пришлось ещё раз переместить её и прижать её ноги своим бедром.

— Тридцать шесть! — прошипела она, пока измученная задница горела огнём. «Несомненно, гадёныш хорошо усвоил всё, чему научил его Снейп!»

— Ой! Тридцать семь!

Драко залюбовался несколькими пересекавшимися отпечатками его ладони на ягодицах. Рука чертовски болела, но он не собирался сдаваться. В течение последних десяти ударов Грейнджер всхлипывала, плакала и впивалась пальцами в икры его ног. Он обрадовался, когда всё закончилось, но абсолютно не жалел, что пошёл на это. Тем не менее в глубине души Драко боялся, что Грейнджер больше никогда не заговорит с ним. Кроме Блейза, она стала его единственным другом. Приподняв свою ногу и освободив девушку, он поглаживал её багровые ягодицы, пока она переводила дыхание.

— Что вы должны сказать мистеру Малфою? — напомнил о себе Снейп.

Гермиона шмыгнула носом и закусила губу.

— Спасибо, Драко. Прости меня!

— Не за что, и я тебя прощаю, — он перевёл глаза на крёстного, ожидая дальнейших указаний. Северус жестом подбодрил его и велел продолжать в том же духе. Драко нежно провёл ладонью по её ягодицам. Она сильно дрожала, делая глубокие вдохи и пытаясь замедлить дыхание.

Северус никак не мог решить, успокоить ли её самому или позволить сделать это Драко. В конце концов он решил, что они должны разобраться во всём сами (но всё равно собирался проверить состояние Гермионы, прежде чем она уйдёт). Он был впечатлён, что у Драко хватило мужества наказать её. «Он с такой неловкостью наблюдает за её слезами… Не похоже, чтобы Драко хотел ей отомстить. Очевидно, она нагрубила ему, хотя давно должна была усвоить, что неуважение недопустимо… особенно к человеку, который может тебя отшлёпать». Северус дал знак крестнику, чтобы тот немного успокоил её. Драко кивнул и провёл рукой по спине Гермионы.

— Ну хватит, Грейнджер. Всё закончилось, — он помог ей подняться и подтянул трусики, чтобы ей не пришлось наклоняться. — Ты сердишься на меня? — спросил он, всматриваясь в её заплаканное лицо.

— Я не знаю, — прошептала она, не в силах