Яд Версаля-2 - Silver Wolf

— Поставь меня на колени… — тяжело дыша, проговорила моя горбунья.

Я легко надавил ей на неровные плечи, опуская девушку вниз. Она с готовностью открыла влажные губки.

Дальнейшее я помню плохо. Помню лишь, что старался не засаживать член в её маленький ротик на всю длину, чтобы не кончить ей в горло случайно. Она урчала, как кошка, лаская меня…

Так мы стали любовниками и были ими несколько месяцев. Эта девушка не была красива, но её чистое желание было прекрасным. Мы были просто самец и просто самка. Абсолютная честность тел. Без интриг, каких-то глупых попыток меня женить на себе, провокаций на ревность и прочих предсказуемых женских фокусов, от которых я в Версале уже устал. Мы были даже счастливы своим мимолётным романом. Тем более что девушка оказалась ещё и умна, и мы подолгу болтали после утех плоти, пока истома и сон не брали нас в свой сладостный плен.

Мы были счастливы.

Но всё испортила прекрасная Атенаис. Фаворитка короля. Мадам де Монтеспан. Роскошная, высокомерная и язвительная. Мы ненавидели друг друга.

Я понятия не имею, где я перешёл дорогу этой амбициозной красотке, но она невзлюбила меня с самого моего появления при дворе Людовика. Постоянно язвила мне, подначивала. Конечно, в один прекрасный день я потерял терпение и начал отвечать ей колкими эпиграммами, которые со скоростью пожара распространялись по дворцу. И неприязнь фаворитки превратилась в плохо скрываемую ненависть.

Стоял очередной душный летний день из тех, которые так дурно переносятся в Версале, построенном на осушенном болоте, когда меня в парке поймала прекрасная Атенаис, неожиданно появившись передо мной в узкой аллее. Мне пришлось остановиться.

— Добрый день, мадам, — сквозь зубы процедил я.

— Видимо так, виконт, — усмехнулась пышногрудая красотка, уставившись почему-то на мою шею и по-прежнему не давая мне пройти.

— Чем могу быть полезен? — нетерпеливо поинтересовался я.

— Уже ничем, наверное, — сделала странное заявление мадам де Монтеспан, обмахиваясь веером. Я уловил душный аромат лилий, исходящий от женщины.

— Боюсь, что я вас не понимаю! — начал раздражаться я.

— Я всё хочу вас спросить, виконт, верны ли сплетни, что гуляют по салонам? — усмехнулась Атенаис.

— Какие именно из всего многообразия?!

— Ну, например, что вы настолько пресыщены придворными красавицами, что перешли на уродов? Пытаетесь этим взбодрить угасающую мужественность?

Намёк на Нинон был более чем прозрачен, и тёмный холодный гнев зашевелился в моей душе.

— Если вы, Атенаис, подразумевали моральное уродство, то вам тревожиться нечего, вы в совершенной безопасности! — проговорил я, с неприязнью глядя на женщину.

Фаворитка короля побагровела, с треском захлопнула веер и пролетела пушечным ядром мимо меня, снова обдав приторной вонью ненавидимых мною лилий.

А вскоре по салонам и гостиным поползли и вовсе странные слухи

Глава 16. Эжен. Горбунья. Финал (автор Silver Wolf)

Сначала я заметил взгляды. Вернее, их эволюцию. Сперва насмешливые, потом заинтересованные, теперь они стали откровенно изумлёнными. Дамы встречали нас с Нинон шушуканьем, словно впервые видели меня в компании с горбуньей. Шелест каких-то сплетен преследовал меня всюду, даже в самых дальних уголках парка нельзя было укрыться от этих шепотков. За моей спиной явно что-то происходило, но я легкомысленно объяснил всё сам себе женским долгоязычием.

А вот мою горбунью шелест слухов словно не волновал вообще. Напротив, она торжественно вплывала в гостиные под руку со мной, по возможности гордо подняв свой милый кривенький подбородочек. Победно улыбалась дамам, обнимала меня так, словно я уже безраздельно принадлежал лишь ей. Я посмеивался про себя, мол, пусть забавляется моя малышка, но не возражал.

Иногда Нинон задавала мне странные вопросы. Например, примет ли её моя сестра Арлетт. И уживёмся ли мы все в одном поместье. Я шутил, что Арлетт ещё та ведьма и, конечно, не уживёмся. На что мадемуазель де Ревер радостно заявляла, что недалеко от Версаля продаётся уютное недавно отстроенное поместье с дивным садом и оранжереей. И весьма недорого. Я в ответ бурчал что-то вроде того, что это будет удобно для тех, кто часто бывает при дворе Людовика. Нинон радостно кивала и прижималась ласково к моему локтю.

Сейчас-то я понимаю, что налицо были признаки какой-то интриги, но тогда мне всё это казалось просто досужей болтовнёй.

Гром грянул в один поздний августовский вечер.

Душно было настолько, что казалось, ты дышишь болотной водой. Воздух был отравлен густыми ароматами вспотевшего королевского сада. Я возвращался от герцога в изрядном подпитии, ибо ужасная духота усугубила наркотическое действие вина. Меня так разморило, что я мечтал побыстрее добраться до своей спальни и рухнуть на кровать. Но не успел.

Откуда-то из недр сада пулей вылетела Нинон и начала хлестать меня по груди и по лицу колючим букетом роз. Я схватился за ранящие стебли, швырнул букет на траву. Отвесил хороший подзатыльник обезумевшей девушке. Нинон была в ужасном состоянии. Вся зарёванная, растрёпанная, её новенькое палевое платье всё измято.

— Что ты себе позволяешь?!! — заорал я, ловя худые ручонки, продолжавшие молотить по моей груди. — Ты рассудка лишилась??!!

— Я тебя прождала четыре часа в гроте!!! Как ты мог со мной так поступить?!!! Да ты пьян!!! — визгливо закричала девушка, икая и захлёбываясь слезами.

— В каком ещё гроте?!! — изумился я. — Мы не договаривались сегодня встретиться!! Что с тобой, Нинон, ради Бога?!!!

— Где ты был?!!! — истерично завопила сумасшедшая.

— Да тебе какое дело?!! — мгновенно взбесился я от наглости вопроса. — Я тебе не муж, чтоб отчитываться!! Спать иди!!! Ты не в себе!!!

— СПАТЬ?!!! — завопила девушка, захлёбываясь слезами. — А как же предложение?!!!

— Какое ещё «предложение»?!!!

— Но ты сегодня должен был мне сделать предложение… — захлопала косенькими мокрыми глазками Нинон. — Предложение руки… в гроте у статуи Венеры. Ты разве не помнишь…

Я опешил. Напугался за рассудок несчастной калеки.

— Девочка моя, какое ещё предложение руки?! Кто тебе это сказал?! — я старался говорить по возможности ласково и спокойно, начиная понимать, что с Нинон что-то произошло. Что-то нехорошее.

— Так мадам де Монтеспан мне сказала… — залепетала горбунья. — Что ты мне готовишь амурный сюрприз и решил сделать предложение на закате… в гроте Венеры… я прождала четыре часа там тебя. Я букеты поставила в вазы… в гроте… Эжен. Для красоты…

— Мадам де Монтеспан?!!! — ахнул я. — СУКА!!! НУ И ТВАРЬ!!!

— Так ты не собирался делать предложение? — подняла на меня несчастное посеревшее личико девушка.

— Нет, детка. Мы же договаривались с тобой, что свадьбы не будет. Неужели ты не помнишь?! — почти простонал я, терзаемый палачом по имени Жалость.

— Помню, Эжен… — пролепетала Нинон. — Выходит, дамы меня