Ярче солнца - Сандра Хилл

Рядом нет того, кто смог бы меня понять и поддержать. У меня нет тыла, нет опоры, и я не знаю куда идти дальше.

Жаль нельзя повесить на гвоздь своё разочарование. А перчатки можно.

И я, наверное, забью этот гвоздь и повешу их рядом с наградами.

Пятнадцатая глава. Василиса

Я скучала по своей «Фурии», мне её очень не хватало.

Эмоции, которые я испытываю, когда сижу за рулём, ни с чем не сравнимы.

Пустая трасса позволяет гнать на бешеной скорости.

Я ловлю кайф.

Съезжаю с главной дороги на второстепенную, еду по кочкам в темноте минут двадцать и наконец я у заветной цели.

Здесь старый, заброшенный аэродром.

Видимо использовался во времена СССР, а сейчас его безжалостно эксплуатируют в качестве трека для нелегальных гонок.

Место очень удачное. По близости ничего нет, жаловаться некому. Хозяина видимо тоже нет, или он просто в курсе происходящего и имеет с этого свою выгоду.

Я не гоняю, я просто наблюдаю, и наслаждаюсь атмосферой, которая здесь царит.

Меня здесь никто не знает и даже не догадывается кто я такая. Номера я скручиваю, как только съезжаю с трассы, а мой внешний вид, всегда разный, спасибо тому, кто придумал парики и линзы.

Выхожу из машины и сразу закрываю её, есть тут особенность заглядывать внутрь каждой тачки, я такую возможность не предоставляю.

Здесь царит похоть и беспредел. Зрители распивают алкогольные напитки, и кому-то уже изрядно хорошо, повсюду играет разная музыка и некоторые танцуют прямо на крышах автомобилей. Участники разговаривают о машинах, кто-то зажимаются у всех на виду и почти что занимаются сексом. Хотя, я думаю есть тут и такие индивиды и меня коробит от их поведения.

Организаторы собирают участников, и проводят инструктаж перед заездом. В воздухе витает адреналин, и мой любимый участник уже здесь.

Я его заметила уже давно, но он никогда не выходит из своей машины и, наверное, только организаторы знают его личность.

Он очень часто выигрывает на своём белом «Скайлайне», манера езды у него своеобразная, конечно, но видимо фартовый человек внутри или просто знает свою машину от и до.

В голове почему-то всплывает эпизод, когда я на такси въезжала во двор к Лизе, тогда дорогу нам тоже перекрыл «Скайлайн», такой он был или всё же другой?!

Да нет, я, наверное, что-то путаю. Мало ли таких тачек гоняет по Москве.

Гонка начинается и пять машин начинают заезд. Все стремятся прийти первыми к финишу, кто-то играет не по правилам, кто-то просто хочет выпендриться, а кто-то приехал за выигрышем.

Тот, кто сидит за рулём «Скайлайна» видимо настроен на победу.

Уверено входит во все повороты, дрифтует и разгоняет свою машину, где это требуется, проезжает всю трассу невероятно легко и первым финишируя, так и не останавливаясь, уезжает в «закат».

Овации по всей видимости ему не нужны.

Разворачиваюсь и иду к своей машине. Вокруг неё столпились несколько человек и что-то пытаются рассмотреть. Включаю автозапуск, и «Фурия» начинает рычать, пугая тех, кто так близко к ней стоял.

— Воу, воу, воу, полегче красотка или ты хочешь, чтобы тебя тоже прокатили на чём-то. — не двусмысленно делает движения бедрами какой-то изрядно подвыпивший тип.

— От машины отойди и не мешайся под ногами. — презрительно смотрю на него, не люблю пьяных людей.

— Насосала и выёбываешься, — сплёвывает мне в ноги и меня передергивает от этого жеста. — Шлюха!

— Нельзя так откровенно завидовать. — открываю дверь, сажусь в машину и опускаю стекло — Хочешь дам тебе номерок, может и ты насосёшь. — разворачиваюсь и уезжаю, больше смотреть здесь нечего.

Тихо захожу домой, но как только переступаю порог свет включается, и я вижу недовольного папу, который стоит, подперев косяк и смотрит на меня своим орлиным взглядом.

— Три часа ночи... — говорит папа, тыкая пальцем в циферблат.

— Ты чего не спишь в такое время? — как ни в чём не бывало спрашиваю его.

— Меня не устраивают твои ночные покатушки! — смотрит на меня сердито и ждёт, что начну оправдываться.

— А меня не устраивает, что ты пытаешься меня контролировать! — не начну, у меня нет желания, что-то кому-то объяснять.

— Я заберу у тебя ключи! — шантажирует меня отец.

— У меня есть запасные.

— Я запру тебя, и ты не будешь никуда выезжать.

— Если ты не заметил, я и так никуда не выезжаю.

— Василиса!

— Пап. Я взрослая девочка, — начинаю старую песню, — У меня с собой был телефон, ты мог мне просто позвонить и узнать, где я и когда вернусь. — снимаю с себя обувь и прохожу мимо него.

— Ты под домашним арестом!!!

— Хорошо, это мало что изменит, ты же знаешь. — поднимаюсь к себе в комнату и ложусь на кровать.

Мне смешно, под домашним арестом я ещё не сидела, это что-то новенькое. Интересно как далеко может зайти мой любимый папочка?!

Какие меры предпримет, если вдруг поймет, что мне угрожают.

Влад начинает меня беспокоить и ведёт себя очень странно.

Он стал присылать цветы и разные подарки, от каких-то мелочей до ювелирных крашений.

И всё бы ничего если бы не одно, но!

К каждому подарку или букету, прилагается маленькая записка, контекст всегда разный, но настораживает меня всегда одна и та же фраза в конце: «Помни, я всегда рядом!».

Утром собираюсь и еду в свою маленькую мастерскую.

Это небольшая студия, которую я сама снимаю на деньги от проданных картин. Спрос на мои картины имеется, не очень большой, но хоть что-то я зарабатываю сама, без помощи родителей.

Родители надеюсь не догадываются о моей деятельности.

Папа считает, что я в поисках себя и не могу определиться.

Если он узнает, начнёт пропихивать меня везде и всюду, а я так не хочу.

Я хочу всего добиться сама, без папиных связей и денег. Именно поэтому у меня есть псевдоним: «Лиса Мак», о котором знает только моя подруга.

Картины продаются, имеются даже заказы от постоянных покупателей, но это не признание. Я, конечно, не хочу, чтобы мои картины висели где-то в Лувре, но хочу, чтобы моё имя, как художника, знали и покупали именно моё творчество.

Когда ты рисуешь на заказ, то рано или поздно из работ уходит та магия из-за которых их изначально заметили.

Я не хочу терять это волшебство, хочу быть узнаваемой и работать на себя.

Хочу организовать выставку где-нибудь за рубежом.

Это моя мечта. В которую мало кто верит. Но я её добьюсь!

Шестнадцатая глава.