Хозяйка Дьявола - Катерина Траум

– Заводит? – севшим голосом пробормотала она в пустоту, наконец-то отмерев и захлопав глазами. – Да много чести!

Она шумно выдохнула, очищая легкие от въевшегося в них запаха мужчины. Казалось, он осел даже на одежде, которую тут же захотелось снять и сжечь ко всем чертям.

В чем она точно не призналась бы никогда и никому – что и в свою единственную ночь греха не испытала ничего, кроме стыда, боли и дискомфорта. Ничего похожего на то, что могло бы «заводить».

«Жестянка»

Едва дождавшись утра и приличного для приема гостей часа, Сандра наскоро собралась и направилась к выходу. К сожалению, телефонистка так и не смогла соединить ее с поместьем Трентонов. Прояснить ситуацию с Полли хотелось как можно быстрее, чтобы больше не мучиться сомнениями, которые, как ни стыдно признаться, все-таки продолжали этой ночью мутить рассудок и не дали толком выспаться.

Спускаясь по лестнице, Сандра успела отметить, насколько теплее стало в родных стенах. Вместо испачканной накидки сегодня она была вынуждена поверх лилового платья прямого кроя надеть норковое манто, и теперь заканчивающийся ниже колен подол мешал идти. С тоской вспоминалось лето и возможность надевать брюки для верховой езды, хотя и это многие дамы высшего света считали неэтичным. Конечно, дурацкие «хромые юбки», в которых невозможно было сделать нормального шага, куда приличнее.

С невеселыми мыслями о жестокой моде Сандра вышла на крыльцо, с наслаждением вдохнула морозный воздух и замерла. На подъездной дороге ее ожидал сюрприз: вместо запряженной повозки напротив входных дверей гордо блестел бордовым кузовом и стеклянной панорамой кабины отцовский механизированный кеб. По сравнению с обычным экипажем он казался нелепой железной коробочкой на слишком маленьких колесах, прикрытых изогнутыми крыльями и соседствующими с близко посаженными круглыми глазами-фарами.

Графиня еще не успела до конца поверить, что кто-то смог завести сложную технику, как из-за руля вышел Деон, хрустнув подошвами по снегу. Солнечные лучи играли в его торчащих черных вихрах, а взгляд был полон довольства собой. Но куда больше Сандру смутило ладное, до боли знакомое серое пальто на широких плечах. Оно явно было ему узковато и потому не застегивалось на пуговицы, оставаясь нараспашку и открывая взору синюю рубашку, графитовый жилет и брюки. Бесспорно, смотрелось все это вместе, да на столь мускулистой фигуре, просто идеально. Немного небрежно, немного бунтарски… Как ни за что бы не стал носить отец, всегда щепетильно следивший за внешним видом.

– Г-где мой кучер? – только и удалось выдавить Сандре, медленно спускавшейся по ступеням.

– Отправил его отдыхать, – как само собой разумеющееся, объявил Деон и вальяжно облокотился на дверцу машины. – Грешно гонять старика, когда в сарае пылится такой агрегат. Настоящая «Жестянка Лиззи»[5], да еще бордового цвета! Ты в курсе, что их уже два года как выпускают только с черным кузовом? Эта красотка не с конвейера, как была у Аарона, она собрана вручную.

Сандра в легком недоумении следила за его воодушевлением, не зная, как реагировать. То ли отругать, что взялся указывать ее подчиненным, то ли порадоваться факту – наконец-то для автомобиля нашелся шофер. На всякий случай уточнила:

– Так, выходит, ты умеешь водить?

– Нет, вытолкал ее из сарая голыми руками, – съязвил Деон, закатив глаза, и кивнул на заднее сиденье. – Залезай уже. Я ведь правильно понял, ты собралась к своей подружке-отравительнице?

Сандра замялась, в сомнении перебирая замерзающими ногами по снегу. Нет, выглядел Деон вполне способным сладить с техникой, но пускать его за руль – фактически доверить свою жизнь. Скорость, с которой ехала машина, значительно превышала лошадиную, а значит, и риск для пассажиров. И уж точно любое происшествие на дороге назовут недоразумением…

– С чего бы это ты такой услужливый? Неужели Нэнни обещала стейк на ужин, если ты меня будешь сопровождать? – осторожно поинтересовалась Сандра, кутаясь в манто и стараясь не сильно заглядываться на вечно хмурое лицо раба.

– Кажется, вчера я предельно четко рассказал о своих мотивах, – не моргнув, ответил Деон и, казалось, скучающе протянул: – Пташка, мне невыгодна твоя смерть. А еще мне очевидно, что кому-то она очень нужна, так что будь добра, перестань возмущаться, садись в кабину и доверься моему опыту. Я был телохранителем у Аарона, особенно когда он шатался по злачным местам. Если я буду следить, чтобы тебя никто не кокнул вперед меня, нам обоим будет спокойней.

Сандра протестующе запыхтела, но крепко сжала челюсти и не стала возражать. Только шагнула вперед, к любезно распахнутой для нее дверце автомобиля, недовольно пробормотав:

– Боец арены, телохранитель, шофер, профессиональный убийца… Ты, случаем, на досуге барону не успевал чистить сапоги и печь пироги?

– Нет, только вывозить лишние трупы и сбрасывать в Трент[6].

В ступоре приоткрыв рот, Сандра посмотрела на ухмыляющееся лицо Деона, пытаясь понять, серьезно он или так мрачнj шутит. Но дымчатые глаза оставались предельно спокойны и абсолютно непроницаемы. Вздрогнув, графиня тяжело сглотнула и подобрала манто, чтобы поставить ногу на ступеньку и забраться в кабину. Однако текучий норковый мех выскальзывал из онемевших от страха пальцев, и после двух неудачных попыток Деон шумно выдохнул облачком пара:

– О-о-о, да чтоб вас, благородных задниц…

Не став ждать, пока графиня разберется с подолом, он схватил ее в охапку, приподнял и легко, как мешок соломы, закинул в салон. Сандра успела лишь протестующе пискнуть, как оказалась на кожаном сиденье.

– Хам! – наконец выплюнула она, яростно сверкнув глазами. – Еще и выражаешься при даме! Не забывай, что ты не в трущобах и не у барона, который тебе все прощал!

– Да, я у девчонки, которая простит мне и не такое, – широко оскалился он напоследок и вытянул из-под сиденья большую изогнутую железку.

После чего пружинящей походкой подошел к передней части машины, засунул железку в предназначенное для этого отверстие и с силой провернул. Сандра несколько раз моргнула, с интересом наблюдая, как с третьего сильного рывка двигатель ожил и заревел пойманным зверем. Охнув от неожиданности, она ухватилась за спинку переднего сиденья – кабина дрожала, а стекла в окошках, казалось, вот-вот посыпятся крошкой ей на плечи.

Но Деона ничто не смущало. Невозмутимо утерев выступившие на лбу бисеринки пота, он бросил железку под водительское сиденье, сел и захлопнул дверцу. Спустя минуту оглушительного скрипа отжатых педалей, рычагов и деревянного руля машина тронулась-таки с места, довольно резво помчав к воротам.

Разговаривать в производимом шуме было невозможно, да и не особо хотелось. Сандра поерзала, усаживаясь поудобнее и расправляя манто, и тут уловила какой-то отдаленно знакомый запах. То ли от себя