Куда попадают плохие девочки - Холли Рене

Я просто ушел, качая головой. Хотя она была права, ее присутствие в моей команде было похоже на трюк, которого Стейси не ожидала.

Глава 13

СТЕЙСИ

Я ДОСТАЛА свой телефон из заднего кармана, когда начала убирать свою станцию. Я только что провела последние три часа, работая над задней частью, и мои руки чертовски устали.

"Привет, пап." Я плюхнулась на стул.

«Привет, куколка. Как это работает?" Его знакомый хриплый голос ударил меня по ушам, и я тут же улыбнулась.

"Хороший. Просто занят работой. Ты?"

"Все в порядке." Он откашлялся, и я понял, что что-то произойдет. — Бен приходил сюда вчера.

У меня перехватило дыхание, когда я услышала его имя, слетающее с губ моего отца.

Какого хрена он пошел в дом моего отца?

Почему он не мог оставить меня в покое?

— Чего он хотел? Мой голос звучал слабее, чем минуту назад, и уже один этот факт заставил меня ненавидеть Бена еще больше.

— Он сказал, что хотел бы зайти и увидеть тебя, но прекрасно знал, что тебя здесь нет. Он просто думал, что сможет быстро надрать твоего старика. Когда я сказал ему, что тебя здесь нет, он попросил твой номер.

— Ты дал ему это?

"Конечно нет. Я ему не давал». Мой отец звучал хорошо и сердито. «Я не уверен, что произошло между вами двумя, но я достаточно умен, чтобы понять, что если этот мальчик заставил вас отойти от меня на несколько штатов, то он сделал что-то, что сильно все испортило».

Это было полное преуменьшение.

Но мой отец был прав. Он не знал, что произошло между мной и Беном. Он не знал той боли, которую причинил мне. Я никогда не говорила ему. Я все еще не могла. Потому что, как бы Бен ни причинял мне боль, я не хотел, чтобы в то же время причинял боль и мой отец.

И он бы это сделал.

Таким человеком был мой отец. Во всем, что со мной происходило, он винил себя. Всегда.

Когда я не попала в школьную команду по софтболу, он сказал, что это из-за того, что он недостаточно помогал мне тренироваться.

Когда я сломала руку, выполняя трюк на велосипеде, он сказал, что это потому, что он не смотрел на меня.

Когда Бен разбил мне сердце, первое, что сказал мне отец, было то, что это он виноват, что в моей жизни не было матери.

И выражение его лица уничтожило меня.

Моя мать ушла от нас, когда я был в преклонном возрасте четырех лет, и она никогда не оглядывалась назад. Я мало что знала о ней, кроме того факта, что я могла быть ее близнецом. Факт, который я знала только по ее фотографиям, которые мой отец хранил запертыми в ящике. О, и она была бесполезной матерью.

Но вину за это взял на себя и мой отец.

Он всегда был.

"Хороший. Я не хочу с ним разговаривать».

Прошло более трех лет с тех пор, как я разговаривал с ним. Три года с тех пор, как я видела его лицо. Одно лишь знание того, что он был в доме моего отца, доме моего детства, вызывало у меня мурашки по коже.

— Он был не слишком рад, что я не дала ему твой номер, но мы с тобой оба знаем, что у этого мальчика не хватило смелости противостоять мне. Он просто продолжал задавать разные вопросы, одни и те же, которые задает каждый раз, когда я его вижу».

Я знала вопросы, которые он задавал.

Он хотел знать, как связаться со мной. Он хотел знать, где я.

Но я так долго была вне его досягаемости. Я ни за что не позволила бы ему найти себя сейчас.

— Просто избегай его. Я поковыряла прореху на джинсах.

— Я всегда так делаю, но в конце концов тебе придется иметь с ним дело. Ты не можешь делать это вечно».

— Я знаю, папа.

Он фыркнул, долгим, обеспокоенным звуком, и я зажмурилась.

— Когда ты вообще собираешься приехать ко мне? Прошло около шести месяцев с тех пор, как я не видел тебя».

— Надеюсь, скоро, — солгала я. Я не хотела быть рядом с ним, если Бен что-то вынюхивал. Мне нужно было дать ему время остепениться и нацелиться на что-то другое. «Посмотрю, когда я смогу уйти с работы».

— Хорошо, куколка. Я слышала скрип его старого кресла, которое следовало заменить пятнадцать лет назад. «Я собираюсь спрыгнуть отсюда и поработать по дому».

— Похоже, ты собираешься вздремнуть в своем кресле, — поддразнила я.

Его сердечный смех наполнил мои уши, и моя грудь заболела от того, как сильно я скучала по нему.

— Я никогда не могу ничего передать тебе.

— Не думай, что ты начнешь сейчас.

Я практически слышал, как закатываются его глаза. — Хорошо, девочка. Я тебя люблю."

"Я тоже тебя люблю." Я увидела движение у двери на свою станцию и подняла голову, как только вошел Мейсон. «Я позвоню тебе позже, ладно».

"Хорошо."

— До свидания, папа.

Мейсон сел на мой табурет напротив меня.

"До свидания."

Я выключил телефон и положил его на колени. Мейсон выглядел усталым. Он все еще выглядел чертовски горячим, но определенно выглядел истощенным.

— Привет, Мейсон.

Я вертела шеей из стороны в сторону, пытаясь избавиться от мыслей о Бене. Если я не выкину его из головы, он будет гноиться, как и он, и я не могу позволить себе бессонную ночь, беспокоясь о нем.

Я и так слишком долго не высыпалась, думая о Мейсоне и о том, как прошлой ночью я оставила вещи.

"Привет. Ты в порядке?"

Его глаза оценивали меня, и я знала, что он видит слишком много. Мейсон, казалось, всегда видел сквозь мою чепуху.

"Ага. Просто устал." Я поднялась со стула и начала заканчивать уборку, над которой работал ранее.

— Ты готов к ужину? Он скрестил руки на груди, и я увидел, как его мышцы встали.

выходит больше, чем обычно.

"Я не знаю." Я выбросила использованные чернила. «Я думала о том, чтобы пойти домой и поесть перед телевизором».

Он кивнул головой. "Мы можем это сделать." Его взгляд задержался на моем стуле для татуировки.

Я покачала головой. — Я имела в виду один. Вы знаете, я, большая старая футболка, ведерко мороженого и хороший девчачий фильм».

Он ухмыльнулся мне убийственно