Бедная Лиза и Волк(ов) - Татьяна Сонная

— Адрес?

— Ну я покажу, где она живёт. На окраине у леса. Ведьма как никак, потомственная, — усмехнувшись, он тут же растерянно осекается, словно боясь, что его услышат.

— Шутки у вас, — качаю головой. — Ключ от замка дай. Вещи нужно занести.

Отворив двери, вхожу в здание. Тишина. Света нигде нет. Сторож топает за мной.

— Надеюсь, отопление работает?

— А как же! Иначе система совсем встанет.

— А кухня?

— Дак некому тут готовить. Никого нет, всё закрыто.

Вздыхаю. Хорошо, взял с собой кое-что на первое время.

— Свет включи на этаже.

— Сейчас, сейчас.

Старик торопливо шлёпает грязными сапогами по полу. За ним тянутся следы. Морщусь. Нужны рабочие руки. Принеси, подай, по мелким поручениям — то, с чем любой деревенский справится. Да и платить им меньше можно, чем наёмным из города. Бюджет, мать его!

— Сейчас сумку брошу, и поедем Алевтину искать. Мне её помощь нужна.

— Так если согласится. Баба она упрямая. Уходила, сказала, ноги её тут больше не будет.

— Что, так и сказала?

Он разводит руками.

— Ничего, передумает, — самоуверенно заявляю я. — Деньги решают многие вопросы.

Мужик активно кивает головой, отчего уши шапки смешно качаются в такт.

— Хорошо, иди. Как буду готов, позову, — проглотив смешок, выпроваживаю его из здания, пока всё не затоптал своими кирзачами.

— Хозяин, а как с оплатой? Мне вот Аля каждое десятое число денег подкидывала, — неуверенно мямлит собеседник, переминаясь с ноги на ногу.

— Сколько?!

— Ну-у, дак это… пять тыщ, — округлив глаза, он отводит взгляд в сторону.

Лукавит. Да чёрт с ним, не великие деньги! Пошарив по карманам, достаю купюру и сую ему в руки.

— Жди во дворе и за машиной смотри!

— Бегу! — расплывшись в довольной улыбке, дед испаряется из виду.

Войдя в комнату, нахожу свою сумку на том же месте, где и оставил. Рядом ставлю вторую.

Сейчас бы кофе или хотя бы горячий чай. Ладно, не до капризов. Схватив кошелёк и папку с документами, возвращаюсь во двор. Иван Спиридонович, как оловянный солдатик, несёт вахту у тачки. Одобрительно ухмыляюсь. Исполнительный дед и любой копейке рад.

— Садись вперёд, Иван Спиридонович, — бросаю ему. — Не за руль только!

— Да, да, — кивает, ковыляя к двери.

Глава 12

Дорога к дому Алевтины оказалась не длинной, но заняла очень много времени. Не дорога, а полоса препятствий. Там только на лошади ехать — ямы да канавы, в общем, ещё тот квест.

Как и сказал Кощей, дом на самом краю посёлка, я бы даже сказал, за чертой, в лесу. Я бы его и не увидел, если б не провожатый. Небольшая аккуратная избушка, за живой изгородью из деревьев. Словно в дремучую чащу попал. Припарковав машину у ограды, замечаю во дворе какое-то движение. Подросток. Судя по фигуре, одежде и причёске — мальчишка.

— Эй, пацан! — окликнув его, размашистым шагом топаю к забору. — Мать позови!

Мальчишка, едва обернувшись, испуганно ныряет в дом. Качаю головой. Ну в таком месте и я бы, наверное, нелюдимым стал. Лес и ни души вокруг.

Спустя минуту на крыльце появляется Алевтина.

Накинув на плечи шаль, шагает ко мне. На лице ни одной эмоции. Ледяная маска. Неужели Лиза ей рассказала? Да, неудобно получается. Смутившись, отвожу взгляд, но лишь на мгновение. Не в моих правилах перед кем-то тушеваться. Женщина выходит ко мне за ограду, предусмотрительно закрыв за собой калитку.

— Максим Сергеевич, — тон строго официальный. — Какими судьбами?

— Здравствуйте. Не пригласите в дом? Есть разговор.

— А не о чем нам с вами беседы задушевные вести.

— А что ж так?

— Да не по душе вы мне. А я тех, кто мне не нравится, в дом не пускаю.

— За что ж такая немилость? — интересуюсь на её манер.

— А вам ли не знать. И кто вас научил так поступать с девушками невинными? Отец? Или, может, мать?

— А вы мне морали собрались читать? Или угрожать будете? — поджав губы, безэмоционально спрашиваю я.

— Да нет. Что вы! Мне на ваше воспитание ровным счётом без разницы. И не судья я вам точно. От человека, у которого совести нет, бесполезно требовать раскаяния. Но радует одно, рано или поздно, каждый ответит по заслугам.

— Значит, на вашу помощь не рассчитывать?

— Думаю, вы человек неглупый, самостоятельно справитесь, — отвечает она, разворачиваясь ко мне спиной.

— Вы подумайте, я человек не жадный. Щедро заплачу.

— Заплатишь, милый, сполна, — обернувшись, она смотрит на меня, прищурив неожиданно ярко-зелёные глаза. — Уезжал бы ты отсюда по добру по здорову. Не будет тебе здесь удачи. Жив бы остался.

Округлив глаза, удивлённо хлопаю ресницами.

— Я с Лизой хотел поговорить, — внезапно голос становится хриплым, словно что-то сдавило горло.

— Не о чем тебе с ней говорить.

— Но… скажите, где она. Я же найду.

— Оставь её в покое. Долго она тебя ещё не забудет, и ты… вижу помнишь, не спишь, — усмешка. — Привыкай. Это только начало.

— Да что вы несёте? Точно Кощей сказал — ведьма.

— А ты веришь в такое?! — она неожиданно начинает громко смеяться. — Глупый мальчишка! Последуй моему совету и уноси ноги, пока всё не потерял! Не усвоишь урок, ещё хуже будет.

Женщина кутается в шаль плотнее и осматривается.

— Холодно, весна ранняя. Пойду.

— Постойте, — сунув руку в карман, достаю пачку крупных купюр. — Передайте ей. Мне жаль… правда, — положив деньги на забор, отхожу в сторону.

— Равноценный откуп должен быть. Это не поможет.

— Ей поможет, — не соглашаюсь я и, развернувшись, иду прочь.

В санаторий возвращаемся в полном молчании. Разговор с Алевтиной оставил неприятный осадок. Действительно, а чего я хотел? Купить всё в этом мире? Не получилось! С ней не вышло. Усмехаюсь.

Бросив сотовый на постель, беру полотенце и топаю в душ. Нужно помыться и что-то съесть, хотя аппетит как рукой сняло. Ком в горле стоит, не протолкнуть.

Распахнув двери, застываю, смотря на пол.

Тряпка и поверх что-то… волосы. Длинные, волнистые локоны. Подойдя, опускаюсь на корточки и, подцепив пальцем длинную прядь, со стоном выдыхаю, сообразив, чьё это богатство валяется на полу, как мусор.

Полотенце, то самое, в которое я завернул Лизу после душа, и её красивые, длинные кудри.

Стоп. Пацан во дворе, с короткой стрижкой! Неужели это она? Поднявшись, хватаю всё, что валяется под ногами, и швыряю в мусорное ведро.

— Блять! — ору, запустив пальцы в волосы.

Поздно! Всё поздно. Теперь ничего не исправить. Дебил. Повёз ей бабки!

Просидев в комнате полночи, засыпаю только под утро.

Бодров заявляется ближе к обеду.

Глава 13