Няня по приказу - Ари Ви

Я откинулся в кресле. В ушах гудело. Скандал был потушен в зародыше. Силовым методом. Потери будут: кто-то уволен, многие будут шептаться за спиной. Но её — не тронут. По крайней мере, в лицо.

Теперь мне предстояло самое трудное. Подняться наверх. Посмотреть ей в глаза. И сказать… Что сказать? «Извини, моя жизнь испачкала тебя»? «Не обращай внимания, это просто корпоративные крысы»?

Нет. Я просто посмотрю. И, возможно, впервые за всё время, позволю ей увидеть в моих глазах не начальника, не заказчика, а просто мужчину. Мужчину, который только что вступил в бой за что-то хрупкое и важное. И проиграть этот бой было нельзя. Потому что ставкой была не репутация. А тихий смех на кухне и рука, которую я совсем недавно держал, лёжа на ковре.

Глава 16. Защита

Демид

Лифт поднимался на пятидесятый этаж, а у меня в кармане разрывался телефон. Светлана прислала новый скриншот — уже после моего громового сообщения. Кто-то из мелких менеджеров, явно не унявшись, написал в полуприватном чатике: «Ну, ясное дело, крышует. Барин нашёл себе тёплое местечко для пассии под видом няньки. Удобно, кстати: и за ребёнком присмотрит, и…»

Сообщение обрывалось, но смысл был ясен. Меня передёрнуло от омерзительной пошлости. Это было уже не просто нарушение субординации. Это было плевком в душу. В её душу. И это уже не могло остаться просто угрозой в общем чате.

Я вошёл в пентхаус. Тишина. Звук лепета Миши и её спокойного голоса доносился из гостиной. Она читала ему. Я застыл в прихожей, слушая этот звук — чистый, мирный, абсолютно несовместимый с той грязью, что кипела внизу, в мире, который я считал своим.

Я не стал сразу идти к ним. Прошёл в кабинет, закрыл дверь. Набрал номер начальника службы безопасности.

— Андрей. Тот чат. Найди автора последнего сообщения. Менеджера по логистике, кажется. Уволить. Сегодня же. Официальная формулировка — «разглашение конфиденциальной информации и создание враждебной рабочей среды». Выплатить всё, что положено по закону, но пусть уходит с пониманием, что чёрной метки от меня он не избежал. И пусть это станет известно. — Понял, Демид Денисович. — И подготовь письмо для всего руководящего состава. О дополнительных мерах по защите частной жизни сотрудников. Сошлись на новый корпоративный этический кодекс, который мы… который мы внедрим со следующего квартала. Да, придумай что-нибудь. Главное — чтобы все поняли: тема закрыта навсегда. Любой намёк — и следующая остановка — отдел кадров с увольнением.

Я положил трубку. Мои методы были грубыми, как кувалда. Но я не знал других. Я знал, как защитить актив. Как отбить атаку на серверы. Как выиграть суд. А как защитить… чувства? Репутацию женщины, которая стала для меня чем-то большим, чем наёмный работник? Я мог только оградить её стеной из страха и денег.

Я вышел из кабинета. Они сидели на диване, Миша почти уснул у неё на коленях, а она перелистывала страницу. Картина была настолько идеальной, такой далёкой от всего, что происходило внизу, что у меня сжалось сердце.

Она подняла на меня глаза. И увидела. Не маску хозяина, вернувшегося с работы. А что-то другое. Напряжение в плечах, тень в глазах.

— Всё в порядке? — тихо спросила она.

Миша заворочался, и она поправила одеяло.

— Нет, — честно сказал я, подходя ближе. Я сел в кресло напротив. — Возникла… проблема на работе. Касающаяся тебя.

Она насторожилась, осторожно отодвинула Мишину голову на подушку и повернулась ко мне.

— Какая?

Я рассказал. Без прикрас. Про фотографию. Про чат. Про своё первое грозное сообщение. И про тот, последний, мерзкий комментарий. Я не стал цитировать его дословно, но дал понять суть. Я видел, как бледнеет её лицо. Как в её глазах сначала мелькнул испуг, потом стыд, а затем — вспыхнул знакомый, яростный огонь.

— И что теперь? — спросила она, и голос её дрогнул. — Все будут думать, что я… — Они не будут думать ничего, — перебил я, и в моём тоне снова зазвучали стальные нотки, но теперь они были направлены вовне. — Человек, который написал это, уволен. Остальным объяснили правила игры. С дорогостоящими для карьеры последствиями.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Вы… уволили человека из-за сплетни? — Не из-за сплетни, — поправил я. — Из-за нарушения корпоративной этики и клеветы. И да. Я уволил. И уволю следующего, кто позволит себе подобное.

Она молчала, переваривая. Я видел, как в ней борются противоречивые чувства. Благодарность за защиту и ужас от методов этой защиты.

— Мне жаль, — наконец сказала она. — Что из-за меня… что так вышло. Я не хотела проблем. — Проблемы не из-за вас, — резко сказал я. — Проблемы из-за глупости и зависти. Вы… — я запнулся, ища слова, которые не звучали бы как ещё один приказ. — Вы здесь выполняете важную работу. Самую важную. И никто не имеет права это обсуждать. Особенно в таком ключе.

Я встал, подошёл к окну, снова отвернулся. Мне было трудно смотреть на неё.

— Я не могу контролировать, что у них в головах, — сказал я в стекло. — Но я могу контролировать, что звучит вслух. И что пишется в корпоративных чатах. Ваше имя, ваша репутация… они будут в безопасности. Я гарантирую это.

Я услышал, как она встала, подошла ко мне. Не вплотную, но близко.

— Демид, — она произнесла моё имя. Не «господин Волков». И не «Демид Денисович». Просто — Демид. — Спасибо. Но… вам не нужно было так жёстко. Из-за этого теперь о вас будут говорить ещё больше. — Пусть говорят, — отрезал я, оборачиваясь. Наши взгляды встретились. — Обо мне — можно. Я к этому привык. О вас — нельзя.

В её глазах что-то дрогнуло. Огонь сменился чем-то мягким, тёплым, от чего моё собственное сердце совершило нелепый прыжок в грудной клетке.

— Это… это по-рыцарски, — тихо сказала она, и уголки её губ дрогнули в подобии улыбки. — Хотя и очень по-волковски. Грубо и эффективно.

— Других способов я не знаю, — признался я. И это была правда. Вся моя жизнь была построена на эффективности и силе. Даже защита.

— Я знаю, — сказала она. И вдруг её рука легла мне на предплечье. Лёгкое, почти невесомое прикосновение,