Ее ошибка - Лена Бонд

Вместо ответа я делаю финт и пытаюсь провести правый хук, которому на прошлом занятии меня учил Сергей Иванович. Руслан, как всегда, с легкостью уходит от удара, но в его глазах мелькает одобрение.

– Лучше, – кивает он. – Но все еще слишком медленно.

Мы продолжаем, и на одном из упражнений рукав футболки неудачно задирается, обнажив новый синяк на моей руке. Руслан жестом останавливает тренировку и замирает.

– Опять? – спрашивает он, и в его голосе отчетливо звучит тревога.

– Ничего страшного. На физкультуре, наверное, ударилась.

Руслан хмурится, а его глаза темнеют.

– Это не похоже на случайный ушиб, Аня.

Сердце начинает биться быстрее, и я поспешно отвожу взгляд. Отчаянно не хочу признаваться в причине возникновения синяков. Это стыдно. И к тому же я уже немного знаю Руслана и боюсь, что он может как-то навредить брату. Не то чтобы мне было очень жалко его, но это же Руслан, он крупнее и намного сильнее Стаса… Он настоящий боец, в то время как мой брат бьется лишь с виртуальными боссами в очередной компьютерной игре. Силы изначально неравны, а Руслан может не сдержаться и покалечить брата. Перед глазами вновь встает картина, как он практически уничтожал своего спарринг-партнера в порыве ярости, хотя я уверена, что тот ничего плохого лично Руслану не сделал…

– У меня просто слабые сосуды, – нахожу оправдание я. – Синяки появляются даже от незначительных ударов. Это с детства…

Слова льются потоком, как будто если я скажу достаточно много, то ложь станет правдой. Руслан смотрит на меня изучающим взглядом. В его глазах читается сомнение, но он не настаивает, за что я мысленно его благодарю.

– Хорошо, – наконец произносит он. – Пожалуйста, будь осторожнее.

Мы возвращаемся к тренировке, но что-то меняется. Руслан становится еще внимательнее, а его прикосновения – еще осторожнее. Словно я стала фарфоровой статуэткой, которая может разбиться.

Но интенсивность нагрузки не снижается, и к концу занятия я все равно чувствую себя выжатой как лимон. Руслан, видимо сжалившись надо мной, наконец объявляет, что на сегодня достаточно. Я снимаю перчатки и падаю на скамью, пытаясь отдышаться.

– Ты делаешь успехи, – говорит он, протягивая мне бутылку с водой и присаживаясь рядом. – Но защита хромает.

– Я стараюсь, – бормочу я, жадно глотая жидкость, словно это божественный нектар.

– Знаю, ты умничка, – неожиданно мягко отвечает он, улыбнувшись. – Иди в душ, встретимся здесь.

Я киваю и иду в сторону пустой раздевалки. Захожу и с облегчением сбрасываю с себя пропитанную потом одежду, после чего направляюсь в душевую.

Горячая вода смывает усталость и напряжение. Я закрываю глаза, позволяя струям барабанить по плечам и спине. Мысли текут лениво, как вода по кафелю. Все они о Руслане… Я согласилась, чтобы он стал тренировать меня, и сейчас понимаю, что ни капли не жалею. Мне приятно находиться рядом с ним, наблюдать за его работой, даже подчиняться его приказам… Тренировать людей – это однозначно его. Я надеюсь, что однажды он сможет осуществить свою мечту и откроет спортивный клуб или даже сеть…

Закончив мыться, выключаю воду и тянусь за полотенцем. Обернув его вокруг тела, выхожу из душевой кабинки, по пути отжимая мокрые волосы рукой. Подняв глаза, застываю на месте. Руслан стоит посреди раздевалки, опираясь на шкафчики. Сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с утроенной силой. Я крепче сжимаю полотенце на груди и остаюсь стоять на месте.

– Что… что ты здесь делаешь? – мой голос звучит выше обычного, выдавая волнение.

Руслан молча смотрит на меня, его взгляд скользит по моим плечам, рукам, задерживаясь на синяках, которые пестрят на коже разными оттенками фиолетового и желтого.

– Прости, – произносит он, но в его голосе нет ни капли раскаяния. – Тебя долго не было, и я решил проверить, все ли в порядке.

– Это женская раздевалка… – произношу я очевидные вещи, пятясь и чувствуя, как горят щеки. Капли воды с волос стекают по плечам и спине, вызывая дрожь. Или это дрожь от его взгляда?

– Я знаю, – он отталкивается от шкафчиков и делает шаг ко мне.

Паника поднимается внутри меня. Я ведь сейчас стою перед ним практически голая, с мокрыми волосами, без капли макияжа… И эти ужасные синяки на руках! Мне хочется провалиться сквозь землю, лишь бы Руслан не видел меня такой…

Он медленно приближается, а я больше не могу сдвинуться с места. Руслан останавливается так близко, что я буквально чувствую тепло его тела, вижу каждую деталь лица – едва заметную ямочку на подбородке, маленький шрам над левой бровью, расширенные зрачки в карих глазах…

Его пальцы нежно касаются моего голого плеча, стирая каплю воды. Прикосновение обжигает кожу, подобно раскаленному металлу. Резко вдыхаю, не в силах выдохнуть.

– Руслан, пожалуйста… – я не знаю, о чем прошу. Чтобы он ушел? Или чтобы остался?

Он не уходит… Вместо этого его пальцы скользят вниз по моей руке, останавливаясь на особенно ярком синяке чуть выше локтя, а брови сходятся на переносице.

– Может, я слишком сильно тебя нагружаю, – произносит он, осторожно обводя контур синяка.

Мое сердце колотится так сильно, что, кажется, он должен его слышать. Я стою и не шевелюсь, боясь спугнуть момент и одновременно мечтая, чтобы это закончилось.

– Нет… все нормально, – шепчу я. – Я… я справляюсь.

Руслан поднимает глаза от синяка и встречается со мной взглядом. Что-то мелькает в его темных глазах – тревога? забота? желание? – я не могу понять.

– Ань, ты меня боишься? – тихо спрашивает он, не убирая пальцев с моей руки.

– Н-нет, – запинаюсь, потому что это неправда. Я боюсь. Но не его, а себя рядом с ним, своих чувств, реакций на его прикосновения.

– Не бойся, – его голос становится еще тише, почти переходит на шепот. – Я никогда не сделаю тебе больно…

Я смотрю в его глаза и тону в них. Киваю, не в силах произнести ни слова.

– Ты дрожишь, – замечает он, и его рука снова касается моего плеча, нежно проведя тыльной стороной ладони вверх к шее, отчего по телу тут же пробегает волна мурашек.

– Я… Просто холодно, – вру я, хотя в раздевалке достаточно тепло, а от его близости меня и вовсе бросает в жар.

– Тебе нужно одеться, – говорит он, но не отступает. – Во сколько у тебя начинается смена?

– В пять, – на автомате отвечаю я.

– Тогда у нас есть время пообедать, – он наконец делает шаг назад, давая мне возможность вдохнуть полной грудью. – Знаю хорошее место недалеко отсюда.

Это не вопрос, скорее утверждение. Но я все равно киваю, сжимая полотенце, как спасательный круг.

– Хорошо, – мой голос звучит