Номер люкс: тайны включены в стоимость - Лариса Лазарова

Благодетель мнется у порога и улыбается мне, демонстрируя прекрасные зубы. Скрепя сердце приглашаю выкушать чая. На кухню. Родители на цыпочках удаляются, взволнованно переглядываясь. Плотно закрываю дверь кухни. Ставлю расписные чашки, щедро лью заварку и кипяток. Усаживаюсь напротив, глаза в глаза. Бесцеремонно спрашиваю:

– Ну?

– Том, извини. Звонил весь день и вечер. Телефон у тебя не отвечает. Хорошо, что подруга дежурит. Иначе не нашел бы.

Медленно мешаю чай маленькой мельхиоровой ложкой. Жду продолжения. Внимательно рассматриваю гостя. А почему, собственно, я решила, что он намного старше меня? Просто рыжий со светлой кожей и зеленоватыми глазами. Морщин много, но это, скорее, издержки жизни, чем возраст. Причесочка только вот… Слишком спортивная. Наводит на размышления. Видимо, взгляд мой красноречив. Он давится чаем и преданно смотрит мне в глаза.

– Я не бандит. И не девиант. Просто лысый. Вот.

Наклоняет голову. Буквально подсовывает ее мне под нос. Он действительно лысый. Конспирация. Мне стыдно.

– А я худая. Футболку поднять?

Миша вторично давится чаем. Мотает головой. Набираюсь наглости и спрашиваю. До всего мне есть дело, маленькой.

– А тебе что, в нашем городе делать совсем нечего? Вчера весь день за мной таскался, сегодня? Ты же в командировке?

Он смущенно пожимает плечами.

– Сам не пойму. Нет, все самое важное под контролем, конечно. А вот к тебе прилип. Сто раз видел, общались – ничего. А тут после сауны кровь в мозги...

– Или чего другое, – хамлю я.

Но он на все согласен. Смеется.

– Или чего другое. Глянул – оторопел. У тебя поляков в роду не было?

– Поляков?! Почему поляков? Зачем и каких? – оскорбляюсь за свою великорусскую породу. – А надо?

– Да необязательно, конечно. Ты не представляешь! Мы с мужиками балагурим, ты глаза поднимаешь…и как будто светишься изнутри, когда я смотрю на тебя. До сих пор не пойму, как на ногах устоял.

Слушаю. Хорошо излагает, кучно. За четыре года я таких витиеватых комплиментов наслушалась – могу романы писать. В стихах. Даже розой, полной росы в пустыне, называли. Как только не назовешь, когда душа просит поэзии, а кругом только за деньги. А это все так грубо, грубо! Зачем только для этого домой ездить? Цветочки ведрами?

Михаил смотрит на меня просительно. Терпеливо мешаю чай, жду продолжения.

– Тамара, ты подожди меня прогонять. Я ведь события не тороплю. Присмотрись. Давай культурные мероприятия освоим. Вот что ты любишь?

– Что я люблю? Я много чего люблю. Путешествовать, например, точно люблю. В театр не пойду. Мне настрой нужен. В кино – смешно. На танцы? Весь город хохотать будет. Тамарка из комплекса с ума сошла. Турбаз мне на работе вполне хватает. Кабак – о нет!

Дурные мысли написаны у меня на лице, потому что Миша улыбается и предлагает сам:

– Давай съездим в Москву. На пару дней. После следующей смены. У мамы твоей я отпрошу.

–У меня ребенок от рук отбился, – вздыхаю я. – Москва – это хорошо. Давно не была. Говорят, там сейчас прямо заграница…

– С ребенком разберемся, – твердо говорит Михаил. – Это я тебе обещаю. Но Москва теперь не заграница, там теперь совсем другая планета.

Наивный. Вздыхаю. Разобраться с моей Катериной под силу только какому-нибудь Верховному главнокомандующему. Тут меня осенило.

– Паспорт покажи!

Михаил безропотно, как само собой разумеющееся, достает краснокожую книжицу. Тэк, все по правильному. Прописан. Разведен. Ребенок старше моей Катьки. Подарок судьбы. За что со мной так?! За что мне такое счастье?! Сейчас разрыдаюсь.

Классическое прощание. Вся семья в коридоре. С папой за руку, маме ту же руку целуем, Катерине пожелание расти большой. Мне нежный взгляд. Хитер бобер. Мама идет со мной на кухню.

– Тамара, мне надо с тобой поговорить.

Сегодня вечер вопросов и ответов.

– Тамара, так нельзя. Уходи с этой работы. Ты на всех мужчин смотришь, как на потенциальных злодеев. Это ненормально. Вот я тебе специально из газеты вырезала.

Мама специально для меня вырезает адреса и телефоны новоявленных психотерапевтов. Считает, что со времен Катерины что-то сдвинулось в моей голове.

ГЛАВА 14

Не могу сказать, что я от этого не страдаю. Просто как-то само собой получилось, что не было у меня мечтаний о принце на белом коне. Друзей из мальчишек – сколько хочешь. Школу закончили, в институты разбрелись, письма из армии получала, отвечала. Но не представляла, что кто-нибудь из них будет мелькать перед моими глазами всю сознательную жизнь. Свидания с такими же неопытными студентами, поцелуи на лестничных клетках, но не более того. Страстные признания мужской стороны. Томные ответы от меня. Никто меня не обижал. Слушая ровесниц, которых хватали и тащили где-нибудь в темных углах, искренне удивлялась. До комплекса меня даже никто не обругал матерно. Да что не обругал! Кое-какие выражения, устроившись на данную работу, я вообще расшифровывала, как иностранные. Фантазии не хватало.

Пока мои родители женили брата, жила у подруги. В моде тогда были спортивные костюмы. У меня был шикарный темно-зеленый, под велюр. В нем я лихо проходила все лето и осень. Так как в нашей трехкомнатной квартире жило тогда три семьи, переодевались все в ванной. Пришла – из одного спортивного костюма в другой. Полный порядок. Маме хватало забот с новой невесткой. Невестку женщиной-вамп я не считала. Поэтому, когда я в декабре заявила своим, что исчезну на неделю, никто не удивился. Все просто решили, что мне вечная толкотня на кухне и в туалете стала действовать на нервы. Уж если быть совершенно откровенной, она была на год моложе меня и очень любила моего характерного братца. Так что совет да любовь.

После университета осталась я работать на кафедре лаборантом. Кто обращает внимание на лаборанта? Если она, конечно, не опаздывает на работу и выдает нужные пособия. Когда я пришла к декану с заявлением о предоставлении мне декретного отпуска с приложением больничного листа, у него был шок. Он долго смотрел в больничный лист и спрашивал, может, ошибка?

–Тебе что, через неделю рожать?

Я смущенно кивала. Он съел валидол и грозно посмотрел на меня:

–Ты почему все КЗоТы нарушаешь, а? Да меня из-за тебя общественность загрызет! Ты когда должна была в декрет уйти?!

– По новым правилам, если я в силах, имею право. А мне деньги нужны.

Тут декан