Игра на двоих - Татьяна Тальская

Через час мне уже очень нужно в туалет, а Катя до сих пор мертвой хваткой держит меня за руку. Я слегка шевелю рукой — она хмурится и сжимает еще сильнее.

— Не уходи, — сонно бормочет она.

— Я сейчас вернусь, — шепчу я.

— Я сказала нет.

Командирша. Я голодный, как зверь, и мне уже физически больно терпеть в туалет. Ну, извините.

Я аккуратно высвобождаю руку, поднимаюсь и иду в уборную. Тут тесно: корзина с грязным бельем, розовые полотенца, такой же коврик. Я справляю нужду, мою руки и возвращаюсь в комнату.

Подхожу к стеллажу с книгами, рассматриваю фотографии: на одной — пожилая пара, на другой — они же и маленькая Катя. Родители, скорее всего. На следующей — черно-белый бордер-колли. На другой — Катя и какой-то парень ее возраста, фото явно старое. Интересно, бывший? Она говорила, что сейчас одна.

Продолжаю разглядывать ее вещи. Пара камешков аккуратно разложены по полке. Только не говорите, что она из этих чокнутых, которые верят в «исцеление кристаллами». М-да.

Комната очень… необычная. Ничего общего с моей идеально вылизанной квартирой.

Пробегаюсь взглядом по корешкам книг — что она читает? Ага, любительница любовных романов. Никогда бы не подумал.

На маленькой хрустальной тарелочке россыпью лежат золотые украшения. Я улыбаюсь, беру одно кольцо и примеряю на мизинец. Крошечные ручки.

Снимаю, кладу обратно, продолжаю изучать ее мир. Экскурсия «узнай своего врага поближе». И, надо признать, что здесь нет ни ведьминского котла, ни метлы.

Я вытаскиваю ее телефон из сумки, возвращаюсь и снова сажусь рядом. Она переворачивается на бок и кладет руку мне на бедра. В животе что-то нехорошо екает.

Так, прекрати.

Мне вообще-то уже пора, я слишком долго здесь торчу. Где этот тупой Даниил с его тошнотворной белоснежной улыбкой, когда он нужен?

— Катя, — наклоняюсь, — разблокируй телефон, я кому-нибудь позвоню.

Она морщится, прижимается ко мне еще сильнее, я невольно провожу рукой по ее волосам. Мы так проводим какое-то время, и не буду врать — мне это нравится. Но я голоден, на часах почти десять.

— Катя, — подношу телефон к ее лицу, — разблокируй, пожалуйста.

— М-м…

— Кать.

Она нащупывает телефон вслепую, не открывая глаз, что-то нажимает и возвращает его мне. Снова устраивается щекой у меня на бедре, я пару секунд просто смотрю на нее.

Ладно, признаю. Она мне нравится. Не прям как «нравится-нравится», просто… я ее больше не ненавижу так, как думал раньше.

Листаю контакты, ищу «Даниил». Хм. Никакого Даниила. Фамилии его я не знаю. Прекрасно. Пользы от него ноль.

Еще через час думаю: может, спуститься на кухню, поискать что-то поесть, а потом… просто остаться здесь на ночь? В конце концов, оставить ее одну я не могу. Да. Так и сделаю.

Дверь в комнату открывается, я вскакиваю. Входит Даниил. Катя спит, все так же держит меня за руку. Он окидывает нас непонимающим взглядом.

— Она отрубилась, — объясняю.

— Э-э… что вообще происходит? — спрашивает он, подходя к кровати.

— У нее была реакция на лекарство, ее сильно разморило. Я нашел ее без сознания в офисе и привез домой.

Глаза у Даниила расширяются.

— Нам надо отвезти ее в больницу.

— Я уже звонил в «скорую». С ней все нормально, просто спит. Она была в сознании, потом вырубилась.

Он смотрит на Катю.

— Ничего себе…

Я поднимаюсь.

— Раз вы здесь, я, пожалуй, поеду.

Он садится рядом на край кровати.

— Малышка, — тихо говорит он, — все хорошо?

В животе что-то неприятно сжимается. Не называй ее так. Напряженный, делаю шаг к двери.

— Ладно, оставлю вас.

Даниил поднимается, протягивает мне руку.

— Огромное спасибо, правда. Очень ценю, что вы о ней позаботились. Дальше я сам.

Смотрю на него и четко понимаю: он мне не нравится. Слишком уж… по-свойски общается.

— Не уверен, что могу так просто ее оставить, — говорю.

— Почему?

— Ну, я же не знаю, не воспользуетесь ли вы ситуацией.

— Я ее друг… и я с ней живу, — отвечает он.

Я поправляю галстук, взвешивая варианты.

— Хм... — Кручу запонки.

— Послушайте, многоуважаемый… — начинает Даниил.

— Илья Мельников, — представляюсь.

Он натягивает вежливую улыбку.

— Господин Мельников, спасибо, что за ней присмотрели, но я уже дома. Правда ценю все, что вы сделали.

— Ладно, — оглядываю комнату в последний раз. — Я буду на связи.

Я направляюсь к двери, останавливаюсь, достаю из кармана золотую визитницу и протягиваю ему карточку.

— Позвоните, если что-то пойдет не так или станет хуже.

Он берет визитку.

— Хорошо, позвоню.

— Спокойной ночи.

Я спускаюсь по лестнице, выхожу, возвращаюсь к «Бентли» и падаю на заднее сиденье.

— Куда едем, Илья Сергеич? — спрашивает Андрей, выезжая на дорогу.

— Куда угодно, лишь бы кормили.

Я просыпаюсь от тупой, тянущей боли внизу живота и корчусь.

Ай! Привет, месяки.

Открываю глаза. Надо в туалет. Сажусь и с удивлением смотрю на свои ноги.

Стоп. Почему на мне форма для волейбола?

Слезаю с кровати и наступаю на что-то мягкое.

— Это еще что?..

Щелкаю лампой — на полу, на диванных подушках, свернувшись калачиком, спит Даниил.

— Что за… — перешагиваю через него и иду в ванную.

Сейчас мне явно не до разговоров. Проклинаю все на свете. Эти дни — явный брак в конструкции женского организма.

Сижу на унитазе и прокручиваю в голове вчерашний вечер. Подождите… а чего это я в форме для волейбола? Не помню, чтобы играла. Я была в офисе… а дальше — пусто. И почему Даниил спит на полу в моей комнате?

Принимаю быстрый душ, напрягая мозг. Я пила, что ли?.. Вообще пусто, жесть.

Натягиваю халат, выхожу — Даниил уже проснулся, оперся на локоть.

— Как ты себя чувствуешь?

— Почему я была в форме для волейбола? — сразу в лоб спрашиваю я.

Он садится, удивлен.

— Ты не помнишь?

— Я… — пытаюсь вытянуть хоть что-то, — вообще нет.

— Ты отключилась на работе. Какая-то реакция на таблетки.

— Ты серьезно? — Я вспоминаю. — Да… обезболивающее. Блин!

— Хорошо, что Илья тебя нашел.

Я резко поворачиваюсь к нему.

— Кто?

— Илья Мельников отвез тебя домой.

Глаза округляются.

— Что?!

— А тут никого не было, так что он сидел с тобой, пока я не приехал.

Я хватаюсь за голову.

— Да что за… Он был здесь? У меня дома?

— Ага.

Начинаю метаться по комнате.

— И выглядел он чересчур уж уютно, между прочим, — добавляет Даниил. — Сидел, держал тебя за руку и все такое.

Я с облегчением усмехаюсь.

— Да иди ты! Я почти поверила. Что правда